"Туве Янссон. Город солнца (роман)" - читать интересную книгу автора

юридические советы. Кроме того, в городе чрезвычайно заботятся о наличии
разнообразных запасов шерсти и узоров для вязания, о всевозможных играх,
материалах для изготовления брошек и всяких штучек-дрючек в этом роде. И
будьте уверены: в этих магазинах вас ждет радушный прием и полная готовность
помочь. Тот, кто гуляет вдоль эспланад, или спускается вниз к морю, или же
поднимается наверх в городской парк и церковь, не встретит ни
детей, ни хиппи, ни собак. Только в конце недели на пирсе и вдоль
набережных полным-полно людей, приехавших в этот красивый город, чтобы
посмотреть на корабль "Баунти".
Пансионат "Батлер армс" - в трех кварталах к северу от Второй авеню -
дом двухэтажный, где из окна угловой комнаты последнего этажа можно видеть
кусочек моря и парусную оснастку судна "Баунти", освещенного по вечерам.
Веранда пансионата красивее большинства других в городе и украшена резными
перилами; она производит приятное и даже несколько интимное впечатление
благодаря тому, что кресел-качалок здесь всего восемь. Вообще-то можно
упомянуть, что дом очень стар, ему почти семьдесят пять лет.
Два раза в день Баунти-Джо проносится по авеню на своем мотоцикле: чуть
раньше одиннадцати утра, когда открывается касса, и в сумерки, когда корабль
освещен, а он с бешеной скоростью проезжает с открытым лицом и, поворачивая
на углу улицы Палмера, сбрасывает ногу с педали и заставляет подошву своего
сапога скользить по асфальту. Потом все снова стихает. Баунти-Джо любит
Линду - уборщицу в пансионате "Батлер армс".
Место миссис Элизабет Моррис из Небраски (77 лет) - на веранде в
кресле-качалке возле большой магнолии, почти у самых перил. Ближе всех к
магнолии сидел мистер Томпсон, притворявшийся глухим, а по другую сторону -
мисс Пибоди, чрезвычайно застенчивая; таким образом, миссис Моррис могла
спокойно предаваться своим мыслям. Она прибыла в Сент-Питерсберг на
несколько недель раньше, ее никто не сопровождал, горло у нее болело, а в
пансионате "Батлер армс" голос и вовсе исчез. На одной из страниц своей
записной книжки миссис Моррис указала свое имя, имущественное положение, а
также несколько предметов антикварной мебели, которым должно прибыть
позднее. Тишина в доме избавила ее от опрометчивой возможности, грозящей
обернуться опасностью, довериться кому-либо после длительного и одинокого
путешествия. Когда же к ней вернулся голос, опасный момент доверительности
миновал; постояльцы привыкли к ее молчаливости и к тому, что она не задавала
вопросов.
Элизабет Моррис была женщиной крепкого телосложения, к тому же
необычайно статной. Единственная косметика, которой она пользовалась, была
нанесена на ее могучие брови, красиво очерченные и линией своей напоминавшие
вольный взмах птичьего крыла. Эти царственные брови, темно-синие под сенью
седых волос, придавали ее взгляду ясное испытующее выражение, но видеть
кому-либо ее глаза доводилось крайне редко.
Наклонившись вперед, мисс Пибоди спросила:
- У вас столько разных темных очков?
- Трое, - ответила миссис Моррис. - Я делаю улицу синей, коричневой или
розовой. Синяя улица - лучше всего.
Баунти-Джо проехал мимо на своем мотоцикле; взревев на крутом повороте,
машина устремилась прямо к берегу. На заднике мотоцикла Джо нарисовал
большой белый крест.
- Мотор скрипит хуже, чем я, - сказал Томпсон.