"Алексей Калугин. Резервация ("Резервация" #1) " - читать интересную книгу автора

людей может дать команду, которая заставит меня умереть. Наверное, не
дожидаясь этой команды, я сам начал бы убивать каждого, в ком мог заподозрил
бы врага.
- Ну знаешь... - Не находя слов, Джана развел руки в стороны. - Кончай
жевать эфимер, он тебя до добра не доведет.
- Эфимер здесь ни при чем, - Стинов снова взглянул на часы. - Пора
собирать клонов. Сегодня они свое отработали.
Вторую неделю Шалиев не давал о себе знать, и это начинало слегка
беспокоить Стинова. Он ни на секунду не забывал о том, что Шалиев является
гарантом его безопасности, а потому хотел хотя бы время от времени получать
подтверждения того, что о нем не забыли. Шалиев оставил Стинову свой код
вызова через инфо-сеть и предложил обращаться по любому вопросу, но пока
надлежащего повода для этого не было. Позвонить же первому помощнику
руководителя отдела только для того, чтобы напомнить о себе, Стинов считал
неуместным.
Игорь постоянно думал над тем, как дать знать о себе первому помощнику
руководителя отдела. Вряд ли Шалиев следит за его трудовыми успехами,
поэтому проявлять особое служебное рвение, скорее всего, не имело смысла. А
отличиться в чем-то другом у Стинова просто не было возможности, поскольку
все свое время он проводило только на плантации и дома.
Какое-то время Стинов подумывал о том, чтобы рассказать Шалиеву о
преследующем его монахе-герените. Но, тщательным образом все взвесив, решил,
что подобная информация, выданная, к тому же, со значительным запозданием,
не пойдет ему на пользу.
Если бы представилась такая возможность, Стинов готов был сам создать
чрезвычайную ситуацию, которая дала бы ему возможность как-то проявить себя
и снова оказаться в поле зрения Шалиева. Но спокойный, размеренный ритм
работы на плантации не давал ему на это ни малейшего шанса.
Под вечер, возвращаясь с плантации домой, Стинов обычно заглядывал к
Медлеву.
Поскольку у обоих не было поводов вспоминать о том, что Медлев появился
в секции для того, чтобы присматривать за соседом, между ними быстро
установились непринужденные приятельские отношения. По крайней мере, внешне
все именно так и выглядело. Частенько, захватив по дороге домой пиво для
себя и джин с тоником для соседа, Стинов проводил весь вечер в комнате
Медлева, от которого, если только удавалось его разговорить, можно было
узнать не меньше интересного, чем от Джана.
Медлев, как и обещал, никогда более не касался в разговоре тем, имеющих
отношение к его нынешней работе. Но и без того им со Стиновым было о чем
поговорить. То, что характеры двух молодых людей были абсолютно несхожими,
только усиливало их взаимный интерес друг к другу.
Медлев принадлежал к тому, всегда удивлявшему Стинова, типу людей, у
которых вся жизнь была связана только с работой. Общаясь с такими, Стинов
нередко задавал себе вопрос, чем они занимались, когда были детьми? Неужели
даже тогда они только и думали о том, как бы сделать что-нибудь полезное и
нужное обществу?
Одним из увлечений Медлева были шахматы. На протяжении нескольких лет
передвигая каждый вечер фигуры на пару с компьютером, он вскоре научился
угадывать каждый ход своего противника, и игра с электронным соперником
потеряла для Медлева всякий интерес. Заполучив в свое распоряжение Стинова,