"Вад Капустин. Орки плачут ночью " - читать интересную книгу автора

повторила несколько раз, словно заклинание.
- Ты помнишь, как я пыталась приобщить тебя к прекрасному?
О да, еще бы он не помнил. Детство! Пытка. Бесконечная череда театров,
музеев, выставок и концертов.
В жизни часто бывает, что те, кто нас бесконечно любит, холит и лелеет,
получают в ответ лишь черную неблагодарность. Бывает и наоборот:
требовательность и чрезмерная суровость вызывают в третируемых существах
ничем не оправданное чувство преклонения и обожания. С Севкой именно так и
случилось: бабку он боготворил, и ради редких в ее устах слов одобрения
где-то лет до двенадцати послушно терпел невыносимую скуку общения с
классическим искусством, а взбунтовался только после десятого посещения
Третьяковки.
-Ну а балет! - Анна Николаевна болезненно всхлипнула и с трудом
перевела дыхание.
Мясоедов угрюмо кивнул. В пятилетнем возрасте его отвели в балетный
класс. Конечно, мальчишку не взяли - приемной комиссии хватило одного
взгляда на коренастого и уже тогда довольно густо покрытого шерстью крепыша:
не зря Анна Николаевна никогда не показывала коллегам фотографий
единственного внука.
Она пережила балетный афронт как крушение самых дорогих надежд.
Временным спасением стала группа русских народных танцев, из которой Севке
довольно быстро удалось перебежать к брейкерам. Там его приняли на "ура".
- И музыкальная школа? Скрипка? - бабушка закатила глаза.
А разве Севка виноват, что, при минимуме музыкального слуха, у него
оказалось великолепное чувство ритма? Его судьба - ударные. Да и в рэп он со
своим хрипловатым баритоном вписался бы неплохо, но рок оказался ближе.
Можно сказать, он стал-таки настоящим музыкантом... в своем роде. Но Анну
Николаевну это не утешило:
- Что я вижу после стольких лет страданий? Ударник в рок-группе с
непроизносимым названием! Как я могла рассказать об этом знакомым?
Сева невольно фыркнул. Представить себе госпожу Ленскую произносящей
слово "Кранты" - такое не могло привидеться и в самом страшном кошмаре!
- А школа! - Мясоедов опустил голову. Что школа? Не обладая особыми
способностями, мальчишка из шкуры вон лез, чтобы оправдать чужие ожидания.
Закончил без троек, по физкультуре и музыке отлично, чего еще?
- А ведь Леночка окончила лицей с золотой медалью, - продолжала Анна
Николаевна. - Ей сулили блестящее будущее... и все пропало! А все он, он!
Какой мезальянс. Как она могла так ошибиться! Полюбить монстра! Какая
трагическая ошибка...
Бабушка выговаривала "мезальянс", "монстр" с великолепным французским
прононсом, но от этих слов все равно немного коробило. Ведь речь шла об
отце!
- А спорт? - печальный список поражений длился и длился... - Мы начали
с художественной гимнастики и фигурного катания. И что в итоге?
Мясоедов пожал плечами. Придирки! Спортивными неудачами его никто
попрекнуть не мог. Один из лучших молодых боксеров в полутяжелом весе,
мастер спорта, надежда молодежной сборной страны, а кроме того, немного и
каратист - зеленый пояс: не супер, конечно, но и не позор. Его спортивным
успехам завидовали друзья, восторгались девушки. Чего тут стыдиться? Но
бабушка мечтала о художественной гимнастике!