"Людмила Козинец. Я дарю тебе весну" - читать интересную книгу автора

Одинаковые братья Тепловы одинаково улыбнулись Рихарду.
- А это - несчастье наше, Тони. Если ты станешь объектом контакта с
пришельцами или получишь нежную записку от суперкинозвезды Мей Лу, за
разъяснениями можешь обращаться прямо к Тони.
Гибкий, с подвижным обезьяньим личиком Тони расхохотался и на бегу
прошелся колесом, обойдя на вираже братьев Тепловых. Марек продолжал:
- Это Бен - золотые руки и золотое сердце.- Рихард поглядел на Бена и
поразился: у этого огромного, бесшумно двигающегося с ленивой, замедленной
грацией негра были яркие, светло-зеленые глаза.
- Ну, а я, собственно, командир экипажа.
Рихард споткнулся на ровном месте, но заданный экипажем "Мистраля"
темп не позволил остановиться. Тот же темп был предложен и за обедом.
Минуты три Рихард пытался не отстать, потом сдался и отложил вилку,
завороженно наблюдая за "ювелирами". Великий Космос, как они ели! Новая
кельнерша сбилась с ног. Наконец Тони задумчиво осмотрел разгромленный
натюрморт стола и сообщил:
- Собственно говоря, я бы не прочь перекусить, а то до ужина еще два
часа, - и потопал к буфетной стойке, где немедленно принялся заговаривать
зубы новой кельнерше.
Марек горестно вздохнул ему вслед и вспомнил о существовании Рихарда.
- Да, парень, это надо иметь специальное везение. Первый раз на вахту,
и сразу к нам.
- А вы кто? - не удержался от вопроса стажер.
- Мы-то? "Ювелиры". Занимаемся... плетением кружев. Знаешь? Раз, два -
кружева, три, четыре - прицепили. А если серьезно, то мы обслуживаем зону
отдыха. Эксперимент ООН. Выбрали Сахару, объявили зоной отдыха, отдали ее
климатологам и терраформистам, те превратили ее в рай земной, поплатившись
за это всего-навсего двумя ураганами и одним хорошеньким тайфуном. И что мы
имеем? Имеем сотню заказов ежедневно. И все разные. Одному подай дождик, а
сосед ведро требует. Однажды кто-то захотел северное сияние. А я что - бог?
Я могу держать на таком клочке земли сотню разных погод?
Марек схватил с блюда последнюю булку с корицей и принялся ее
поглощать.
Потом покровительственно поглядел на Рихарда:
- Не робей, друг. В том-то и дело, что могу. И ты сможешь. А я сбегу в
океанскую вахту.
Первым побуждением Рихарда было пасть в ноги тихому шефу и умолять его
отменить назначение на "Мистраль". Но стажеру не пристало перебирать. И
Рихард смирился.
Честно говоря, работа ему не понравилась. Мелкое, кропотливое дело,
почти все вручную - действительно, плетение кружев. Аппаратура настолько
тонкая, что на нее даже дышать не рекомендовалось. А главное, ради чего?
"Торнадо" вязал в узел ураган в Карибском море, "Хиус" сражался с железными
морозами в Якутии, "Сирокко" спасал плантации марикультурологов от цунами,
а "Мистраль" лепил погоду для беззаботных отдыхающих. Нет, Рихард все
понимал. Что это нужно, что эксперимент имеет большое будущее, что
результаты их работы тщательно изучаются, что в перспективе - управление
погодой всей Земли, чего давно уже ждут земледельцы, рыбаки, строители. И
все-таки...
Он работал. Стоял вахты, подолгу обрабатывал и систематизировал данные