"И.Кучеров. Растительный мир Средиземья." - читать интересную книгу автора

гирчовник, жесткие стебли болиголова, буйные заросли кипрея,
рассыпающего вокруг пепел созревших семян, густая крапива и
бодяк" (Здесь и далее пер.М.Каменкович и В.Каррика; СПб,1994.
Т.1: 181-182). Надо сказать, что это совершенно не случайное
собрание растений, - это те виды, которые в Западной Европе, в
том числе и в Англии, первыми заселяют лесные гари и именно в
таком сочетании там и растут, именно на своем пока гарь снова
не начнет зарастать лесом.

Другой пример, воистину удивительный, встречает нас в
Итилиене. Первое, что ощущают хоббиты, попав туда - это
"...благоухание камеди мастиковых деревьев" (Т.2:358). Итилиен
- это примерно зона средиземноморских субтропиков от
Закавказья до Анатолии и Палестины (кстати, Ородруин тогда,
вероятно, Арарат, некогда бывший действующим вулканом). Там
растет много разных замечательных деревьев, в том числе и
мастиковое дерево, Phistacia terebinthus (англ.terebinth),
близкий родственник фисташки, смола которого издает очень
острый (pungent), но приятный запах. В нагорных редколесьях
Азербайджана первое, что чувствуешь, поднимаясь по горному
склону в солнечный день - это аромат камеди Phistacia mutica,
также ближайшего родственника этих деревьев. Это деталь
фантастической точности, и то, что автор сумел ее угадать -
поразительно.

Вторая книга, по вниманию к растительному миру
сопоставимая с "Властелином колец" и в этом сопоставлении в
некотором смысле опасная - это роман Ричарда Олдингтона "Все
люди - враги", где читателю также встречается примерно 150
видов растений, каждый из которых филигранно точно занимает
присущее ему местоположение. Олдингтон (также англичанин)
написал свою книгу в период "Великой Депрессии", перед войной;
Толкин начал писать свою в 1938 году. Не знаю, были ли авторы
знакомы друг с другом, - это вопрос для специального
исследования. По духу эти книги скорее антагонистичны. Одна из
основных идей олдингтоновского романа - это возрождение,
воссоздание былых языческих ценностей Античности, единственно,
по его мнению, способных противостоять отчужденности,
жестокости и року. Ценности эти в первую очередь
индивидуалистические и душевные - как антитеза духовным. В то
же время во "Властелине Колец", романе героическом и
проникнутом духом высокой жертвенности, действие, разумеется,
происходит в дохристианскую, языческую эпоху, но сам стержень
действия - это созидание Эпохи Грядущего, строительство начала
именно духовного - не в противовес душевному, а, пользуясь
словами католической мессы, "через него, и с ним, и в нем". Я
знаю лишь одну Книгу, еще более богатую и щедрую в описании
растительного царства, где с превосходящей пределы сравнения
лаконичной точностью описано более 500 видов растений. Этими
описаниями занимаются специальные общества и институты, им