"Дмитрий Леонтьев. Дипломатия греха (Следствие по-русски)" - читать интересную книгу автора

* * *

Добравшись до уже знакомой мне дачи, я прислонил мотоцикл к дереву и
отстегнул прикрепленную к багажнику сумку. Аккуратно, стараясь не помять, я
извлек из нее огромный бумажный сверток и, развернув, еще раз перечитал
изготовленный мной ночью плакат. Удовлетворенный увиденным, прошел до ворот
дачи и, прикрепив плакат канцелярскими кнопками, огляделся. Поблизости
никого не было, и мои действия остались незамеченными. Я вернулся к
мотоциклу и поехал на поиски актеров для намеченного мной шоу. Они сидели на
том же месте, где я видел их и вчера. Мне даже показалось, что они вообще
никуда не уходили, настолько неизменными остались небрежность их поз и
выражения лиц.
- Привет, мужики! - приветствовал их я, притормаживая рядом. - Хороший
денек... в натуре...
Ближайший ко мне "ирокез" лениво скосил глаза в мою сторону, прошелся
по мне взглядом, начиная от металлических скоб на сапогах и кончая платком
на голове, и равнодушно отвернулся.
- Это "Алиса"? - кивнул я на магнитофон, из которого доносились
натужные позывные, метко прозванные Асмоловым "ассоциативными блинами".
- Кинчев, - буркнул парень в рваных джинсах и сиреневой, под цвет его
волос, футболке.
- А так похоже на "Алису", - попытался я исправить положение.
На этот раз на меня посмотрели все. Окрыленный тем, что, наконец,
удалось привлечь их внимание, я слез с мотоцикла и подошел ближе.
- В натуре, мужики, я не местный, но я от вас тащусь! Че вы в своем
поселке позволяете?! Вонючки разные, катыши собачкины, вас в грош не ставят,
а вы - ни ухом, ни рылом... Я тут к корешу приезжал, как это увидел, так
даже обидно за вас стало... Я хоть и рокер, но панков уважаю... в натуре...
- Ты о чем, чувак? - так же лениво спросил "сиреневый".
- Объявление на заборе видели? - я ткнул пальцем в сторону дома
Пепловского. - Я тащусь! Вы че! Над вами прикалываются, а вы...
- Да че там такое?!
- Какой-то козел написал: "Неграм, нищим и панкам вход воспрещен!", -
наябедничал я. - Глумятся!
"Сиреневый" мрачно посмотрел на своих друзей. Все опустили глаза, и
лишь молоденькая девчонка с замысловатым огородом на голове попыталась
оправдаться:
- Огрызок, мы ничего не видели... Вчера не было.
"Огрызок" почесал у себя под мышкой и встал.
- Схожу, посмотрю сам, - угрюмо сказал он и направился к даче.
Вернулся он через десять минут еще мрачнее, чем был, бросил на песок
разорванный плакат и плюнул на него.
- Сволочи!.. Спасибо, чувак, что сказал, - повернулся он ко мне. -
Наверное, только недавно повесили. Туда на днях какой-то урод въехал, до
него другой "чек" жил...
- Не за что, - скромно потупился я. - Просто обидно за вас стало. Как
представил себе, что люди этот плакат увидят... На вашем месте я бы эти
ворота дерьмом собачьим вымазал...
- За такое морду бить надо, пытаясь загладить свою оплошность перед