"Дмитрий Леонтьев. Дипломатия греха (Следствие по-русски)" - читать интересную книгу автора

- Добрый день, - поздоровался я. - Моя фамилия Куницын. Это я звонил
сегодня утром.
- Проходи и присоединяйся, - предложил мне Сафонов. - Подержи вот
здесь, я сейчас отмерю... Так... Теперь перехвати с этой стороны... Хорошо.
Видишь, что паразиты наделали?! Вчера изъял довольно увесистую сумку с
"правкой", а сегодня они мне - кирпичом в окно. Хорошо, не гранатой...
Теперь держи крепче...
Стеклорез противно заскрипел, бороздя гладкую поверхность. Легонько
постукивая рукояткой стеклореза вдоль отмеченной полосы, Сафонов отломил
ненужную часть и отставил ее к сейфу.
- Что-то слишком ловко у тебя, получается, - заметил я, - уже есть
печальный опыт или раньше стекольщиком работал?
- Опыт не пропьешь, - согласился он. - Третье стекло вставляю. Как
только с работы выгонят, на руках вторая профессия будет. К тому времени я
уже мастером стану... Поднимаем... Не так, разверни... Ага. Придерживай, я
закреплю... Вот и все...
Он передвинул стол на место, закрыл окно и указал мне на диван:
- Присаживайся. Так чем, говоришь, я могу тебе помочь?
- Дело Бориса Косарева, - напомнил я. - Мне сказали, что им занимаешься
ты, и я хотел бы, чтоб ты, объяснил мне, что к чему.
- Зачем тебе это? - напрямик спросил Сафонов. - Ты не обижайся, старый,
но в духе нашего времени я сейчас самому себе не верю, не говоря уже о
прочих. Ты мне честно скажи, что тебе нужно, а я тебе честно дам ответ.
- Меня интересует само дело, - сказал я. - От начала и до конца. Так уж
получилось, что у меня появились некоторые сомнения в правильности
направления поиска. Я хотел бы кое-что проверить... Ты просил честно, я
ответил... Хотя это, наверное, и некорректно...
- Это и хорошо, - улыбнулся он. - Я вежливым и сладкоголосым не особо
доверяю... Ты ему кто? Родственник, знакомый?
- Никто, признался я. - Совершенно посторонний человек Так уж
получилось...
- Зачем же время теряешь?
- Долго объяснять. Может, выпадет время - как-нибудь расскажу.
Посмеешься. А сейчас, если можешь, то расскажи, в чем там дело.
- Мочь могу, но, признаться, не хочу... Ты же знаешь, чем заканчиваются
подобные внедрения в процесс следствия. Я останусь у разбитого корыта,
лишенный старой версии и не получив новую. Я же вижу: ты заинтересован в
этом деле несколько с иной стороны, нежели я...
- Юра, я обещаю, что не стану мешать. Все, что мне удастся раздобыть, и
плохое, и хорошее, я буду приносить тебе, а уж ты сам станешь решать, как с
этим поступать. Я хочу не влезать в дело, а вести параллельное
расследование. А без материалов, имен, дат и прочего я не смогу этого
сделать.
- Вот человеку заняться нечем! Я не знаю, как десять минут на обед
выделить, а он чужими делами интересуется... Да и не люблю я этого, ох как
не люблю!.. Ладно, запишем на должок. Может, потом доведется - сочтемся. Но
смотри, парень: подведешь - обижусь. Что тебя интересует?
- Я бы хотел бы поговорить с самим Косаревым. Но поначалу послушать,
что ты сам думаешь об этом деле. У меня слишком общая информация, чтобы
конкретиризировать.