"Эллен Таннер Марш. Великолепие шелка " - читать интересную книгу автора

внутренние покои. Оживленные голоса, разносившиеся по всему дому, да и сама
царившая здесь праздничная атмосфера, на взгляд стороннего наблюдателя,
никак не вязались с чем фактом, что лишь вчера утром был предан земле прах
хозяина этого имения, достопочтенного Эсмунда Луи Хакомба, восьмого графа
Линвилла, и что многие из этой шумной, разряженной публики еще недавно
шествовали в числе прочих в траурном кортеже.
Прижавшись лицом к стеклу, в темной спальне западного крыла строения на
верхнем этаже девушка лет семнадцати наблюдала, как к дому подъезжают гости.
Когда до ушей ее донесся прозвучавший пронзительно в холодном ночном воздухе
смех некой солидной дамы в кричащем платье из розовой парчи, она
отвернулась, не в силах побороть отвращения. Тяжелые драпировки на окнах
упали на прежнее место, юное же создание остановилось в отчаянии посреди
комнаты и повернуло невидящий взгляд к камину, где огонь жадно лизал сухие
поленья.
- Кажется, они уже заявились? - молвила женщина средних лет, сидевшая в
кресле у очага. Игла в ее тонких руках методично сновала по ткани, выводя на
ней шелковой нитью узор.
- Да, - подтвердила чуть слышно девушка. - И ни один из них, как видно,
даже не помнит, что бедного дядюшку похоронили только вчера. Почему ж они,
Анна, никак не разъедутся по домам? Не собираются же они и эту ночь провести
здесь за пьяным застольем и танцами!
Седая голова Анны Сидней еще ниже склонилась над пяльцами.
- Да кто их знает, детка!
Зеленые глаза Чины Уоррик, как звали эту девушку, засверкали бессильным
гневом. Кружевные накрахмаленные панталоны вновь зашуршали в такт
беспокойным шагам, отмерявшимся ею по комнате. Одетая в закрытое черное
платье, она словно терялась на время в мрачных тенях комнаты, и только возле
камина окружавший ее мрак рассеивался ненадолго, и тогда на рыжих кудрях
вспыхивали огненные отсветы.
- Как бы хотелось мне, чтобы они оставили нас наконец в покое! -
произнесла она с горечью в голосе. - Но как? От меня тут ничего не зависит.
Фрэдди же говорит, будто это все друзья дяди Эсмунда и приехали они сюда в
знак своего к нему уважения. Но что-то я не припомню, чтобы хоть кого-то из
них приглашали в Бродхерст, когда дядя был жив. И вообще, - голос Чины
задрожал, - о каком уважении с их стороны может идти речь, когда они,
напившись до чертиков, играют в карты в первую же ночь после его похорон!
- Но, может быть, сегодня они будут себя вести более прилично? -
заметила с надеждой Анна.
Глаза Чины вспыхнули.
- Трудно в такое поверить! Посмотрела бы ты на них сейчас, когда они
выходят из карет, разодетые в роскошные платья, эти особы смеются вовсю и
шутят как ни в чем не бывало друг с другом! - Девушка ударила своим
маленьким кулачком по ладони. - Поверь, я не могу снова просидеть здесь
сиднем целую ночь и спокойно взирать на то, как они развлекаются без
зазрения совести! Это сверх моих сил! Да и помимо всего прочего, один лишь
Бог знает, чем все это может закончиться, поломают ли они что-либо тут, а то
даже украдут!
Анна молча сжала губы, поскольку ей нечего было сказать в их защиту. Не
далее как сегодня утром в камине в прихожей были обнаружены две разбитые
вазы лиможского фарфора - эти бесцейнейшие, прекраснейшие творения! А одному