"Лариса Матрос. Не наукой единой" - читать интересную книгу автора

бывала свидетелем таких ситуаций, но никогда не утруждала себя попыткой
проанализировать этот феномен. И вот сейчас, стимулированные жанром
"Воспоминаний" обобщения как бы рождаются сами собой.
При уникальном воссоединении на небольшом географическом пространстве
небывалого количества ярких индивидуальностей с независимыми взглядами на
всех и на все, в восприятии артистов городковцы проявляли поразительное
единомыслие и "единовкусие".. Это выражалось в том, что, если артист
(коллектив) не понравился, он не понравился всем, если полюбился- то
полюбился всеми.
Форма выражения отношения зала к тому, что ему являет сцена была
уникальной, как уникальна аудиторная, в большинстве состоящая из ученых и
"примкнувших к ним". Потому внешнее проявление отношения к выступающим -
было плодом исследовательского процесса , осуществляемого залом, как единым
целом. Я не помню случая, чтобы в доме Ученых были слышны бурные
аплодисменты в начале концерта (спектакля) при выступлении здесь впервые
даже самых что ни на есть знаменитостей. Как правило, это были скупые
хлопки, скорее как дань вежливости, нежели проявление эмоций зрителей. В
зависимости от результатов "исследования", накал реакции публики мог
нарастать, превращаясь нередко в овации, либо наоборот - совсем угаснуть уже
за пределы черты вежливости к гастролеру.
У артистов это нередко вызывало недоумение, и они теряли ориентацию в
том, как себя вести, что "подать" этим загадочным обитателям загадочного
места, чтоб заслужить адекватную реакцию на свой труд.
Тестирование артистом публики на предмет определения уровня подачи
"развлечения" давало немедленный результат- халтура, подделка, дешевка не
пройдет!
Однако и высшая планка творчества не всегда обеспечивала артисту успех.
Он должен был полюбиться залу.
Я относилась к числу самых активных посетителей разного рода "зрелищ" в
Доме Ученых и мне не раз приходилось быть свидетелем тому, что артисты прямо
обращались к публике с недоумением: "Мол, что Вы хотите, что я должен
(должна, должны) делать, чтоб Вам понравиться...?".
Не могу не вспомнить, как в перерыве одного из концертов классической
музыки в фойе ДУ, ко мне (возможно потому, что я первой попалась ему на
глаза) подошел "первая скрипка" знаменитейшего музыкального коллектива и
сказал: "Извините, но... мы никогда не соприкасались с такой публикой..
Почему Вы нас так холодно принимаете, Что не так? Мы растеряны ..." Я
улыбнулась в ответ и сказала: "Погодите... О реакции нашей публики, вы
сделаете вывод в конце концерта..." Концерт был великолепный, закончился
долгими овациями и исполнениями на бис. Я сидела недалеко от сцены, и когда
счастливые и обессиленные музыканты благодарно кланялись, мне казалось , что
"первая скрипка" смотрит на меня, говоря молча : "А вы, однако, были
правы..." Но может, это только мне казалось. Ведь многим из нас порой
кажется, что актер кланяется именно "мне", смотрит только "на меня", и не
без грусти констатируем после концерта, что каждая конкретная единичка
зрительного зала ( "даже добрый зритель в 9-м ряду", которому посвятил
знаменитую песенку А.Райкин), - незначимая частичка, очень значимого для
него зала в целом.
Однако, здесь хочу подчеркнуть, что по моим наблюдениям подобные
ситуации случались с теми актерами (независимо от степени их всеобщей