"Сомерсет Моэм. Луиза (Перевод В.Артемова)" - читать интересную книгу автора

докторам, и все они считают, что ее жизнь висит на волоске. Просто у нее
необычайная сила воли.
Он передал Луизе мое мнение о ее выносливости.
- Завтра мне придется за это расплачиваться, - сказала вечная
страдалица. - Я окажусь на пороге смерти.
- По-моему, сил у вас предостаточно, было бы желание, - возразил я.
Я давно заметил, что в веселой компании она может танцевать ночь
напролет; если же ей скучно, она чувствует недомогание и Том вынужден везти
ее домой.
Боюсь, что мой ответ ей не понравился, - она мило улыбнулась мне, но ее
большие голубые глаза оставались серьезными.
- Вы, верно, ждали, что я упаду замертво, лишь бы доставить вам
удовольствие, - сказала она.
Луиза пережила своего мужа. Он умер, жестоко простудившись, когда они
катались на яхте и все пледы понадобились Луизе, чтобы не замерзнуть. Он
оставил ей солидное состояние и дочь. Луиза была безутешна. Удивительно, как
она вообще выдержала этот удар. Друзья ждали, что она тут же последует за
бедным Томом в могилу. Они уже от души жалели ее дочь, которая останется
круглой сиротой. Они удвоили свое внимание к Луизе. Не давали ей пальцем
пошевелить; старались делать все на свете, только бы избавить ее от забот.
Как же иначе, ведь, если предстояло что-нибудь утомительное или
неинтересное, сердце изменяло ей и она оказывалась на пороге смерти. Она
говорила, что просто погибает без человека, который заботился бы о ней, и не
знает, как с ее слабым здоровьем вырастит свою дорогую Айрис. Друзья
спрашивали, почему бы ей не выйти опять замуж. О, с ее сердцем об этом не
может быть и речи, хотя, конечно, дорогой Том хотел бы этого, и, пожалуй,
так было бы лучше для Айрис; но кто ж захочет возиться с таким жалким
инвалидом? Как ни странно, охотников взять на себя эту обузу нашлось более
чем достаточно, и спустя год после смерти Тома Луиза позволила Джорджу
Хоб-хаусу повести ее к алтарю. Это был превосходный, подающий надежды
молодой человек, к тому же далеко не бедняк. Он был бесконечно признателен
за то, что именно ему предоставили право заботиться об этом хрупком
создании.
- Не бойся, долго я не протяну, - говорила она.
Он был человек военный, притом весьма честолюбив, но вышел в отставку.
Здоровье Луизы требовало, чтобы зиму она проводила в Монте-Карло, а лето в
Довилле. Он не сразу решился отказаться от своей карьеры, а Луиза сперва и
слышать об этом не хотела; но наконец она уступила, как уступала всегда, и
он целиком посвятил себя тому, чтобы остаток жизни жена его была по
возможности счастлива.
- Теперь уже недолго, - говорила она. - Я постараюсь не быть тебе в
тягость.
Следующие два или три года Луиза, несмотря на слабое сердце, ухитрялась
появляться в нарядных туалетах на всех самых шумных вечерах, крупно играла и
даже флиртовала с высокими и стройными молодыми людьми. Но Джордж Хобхаус
был не так вынослив, как первый муж Луизы, и, чтобы справиться с
повседневными обязанностями ее второго мужа, ему то и дело приходилось
поддерживать себя крепкими напитками. Возможно, это вошло бы у него в
привычку, что вряд ли понравилось бы Луизе, но, к счастью (для нее),
началась война. Он вернулся в полк и, спустя три месяца, был убит. Это был