"Росс Макдональд. Все мы бедные Божьи твари ("Лью Арчер")" - читать интересную книгу автора

- Ни у кого здесь нет таких прав, как у меня. Я поднял свои очи горе,
и голос сказал мне, что я найду здесь убежище. Никто не изгонит меня из
этого убежища.
Я почувствовал, как у меня мурашки по спине побежали. Возможно, он был
просто безобидным психом, но кто знает? Я постарался, чтобы голос мой
звучал ровно и спокойно.
- Я не буду мешать вам, вы - мне. Думаю, так будет справедливо.
- Ты мешаешь мне уже самим своим присутствием. Я не выношу людей, не
выношу автомобили. И уже дважды за эти два дня ты приезжаешь сюда и
тревожишь меня.
- Я не был здесь целый месяц.
- Ты подлый лжец. - Голос его взревел, как внезапно налетевший ветер.
Он сжал свои огромные кулаки и затрясся от гнева.
- Успокойся, старик, - сказал я. - Мир достаточно велик, чтобы нашлось
место для нас обоих.
Он повернулся, окинув взглядом огромный зеленый мир, расстилавшийся
вокруг. Мои слова будто вырвали его из сна, в котором он находился.
- Ты прав, - произнес он уже совсем другим голосом. - На мне лежит
благословенье Божье. И я должен всегда помнить об этом и пребывать в
благорасположении. В благорасположении. Мироздание принадлежит всем нам
бедным Божьим тварям. - Его зубы, обнажившиеся в улыбке, были большие и
желтые, как у старой лошади. Его блуждавший по сторонам взгляд упал на мой
автомобиль.
- И это не ты приезжал сюда прошлой ночью. Это был другой автомобиль.
Я помню.
Он отвернулся и, бормоча что-то о стирке носков, поплелся в свою
сторожку. Я вытащил из багажника свои мишени, пистолет и обоймы, потом
закрыл багажник. Старик следил за мной через свой смотровой глазок, но
больше не выходил.
Ниже по дороге в каньоне простиралась луговина, сзади окаймленная
отвесной насыпью, по верху которой шла осыпающаяся стена, огораживавшая
усадьбу, то был мой тир. Я соскользнул с насыпи по мокрой траве и стал
прибивать мишень к дубу, используя рукоятку моего пистолета двадцать
второго калибра в качестве молотка.
Пока я занимался этим делом, взгляд мой заметил что-то красное, как
рубин, сверкавшее на фоне зелени листвы. Я нагнулся, чтобы подобрать этот
предмет. И тут обнаружил, что предмет этот не что иное, как покрытый
красным лаком ноготь пальца на белой руке. Сама рука была холодной и
окоченевшей.
Я издал звук, который, должно быть, прозвучал громко в этой тишине.
Испуганная сойка вспорхнула с верхушки куста, уселась на высокой ветке дуба
и принялась выкрикивать ругательства в мой адрес. С дюжину галочек
вспорхнуло с дуба и уселось на другой в дальнем конце луговины.
Тяжело дыша, я счищал грязь и мокрую листву, наваленные на тело. Это
была девушка в темно-синем свитере и юбке. Блондинка лет семнадцати. Кровь
засохла на ее лице, уродуя его. Белая веревка, которой она была удавлена,
так глубоко врезалась в шею, что ее почти не было видно. Веревка была
завязана на затылке очень простым узлом, любому ребенку было бы под силу
завязать такой узел.
Я оставил труп там, где нашел его, и вновь взобрался на дорогу. Колени