"Густав Майринк. Зеленый лик " - читать интересную книгу автора

Построенное в виде приплюснутого куба здание напоминало верхний ярус
мрачной четырехугольной башни, с годами провалившейся в мягкую торфяную
почву по самую шею, то бишь каменное жабо, заменяемое здесь стеклянной
галереей.
Посреди витрины, на тумбе, обитой красным сукном, покоилась
темно-желтая мертвая голова из папье-маше. У нее был какой-то чудной вид:
верхняя челюсть непомерно велика, этакий бугор под носовыми отверстиями,
глазницы и височные впадины оттенены черной тушью, а в зубах зажат пиковый
туз. "Het Delp-sche Orakel, of de stemm uit het Geesteryk"* - гласила
надпись наверху.
______________
* "Се дельфийский оракул, глас из царства духов" (гол.).

К большим латунным кольцам, цепью свисавшим с потолка, крепились
гирлянды аляповатых картинок. На них были изображены усеянные бородавками
физиономии тещ с висячими замками на губах или страховидные супружницы,
грозно воздевшие метлы; другие портреты отличались деликатной мягкостью
красок, коими были выписаны пышнотелые молодки в неглиже, стыдливо
прикрывающие вырез на груди; пояснительная надпись рекомендовала: "Смотреть
на свет. Для гурманов".
По соседству с тюремными кандалами, означенными как "Знаменитая
гамбургская восьмерка", рядком лежали египетские сонники, рукотворные
козявочки и тараканы (для подбрасывания в пивную кружку), самораздуваемые
каучуковые ноздри, реторты с красноватой жидкостью (превосходный любовный
градусник, или неотразимый прелестник в обществе дам), стаканы для игральных
костей, блюда с монетами, "купейный жупел" (верное средство для господ
коммивояжеров, желающих завязать приятное знакомство во время длительной
поездки) в виде волчьей челюсти как пикантного приложения к усам; и над всем
этим великолепием - благословляющий жест восковой женской ручки с бумажным
кружевом на запястье, простертый из линялой черноты витринного задника.
Движимый не столько покупательским интересом, сколько желанием
выбраться из облака рыбного запаха, распространяемого обоими самозваными
"пажами", иностранец вошел в лавку.
В углу помещения, положив ногу на ногу, в лаковых туфлях с арабесковым
узором, сидел смуглолицый щеголь. Сверкая фиолетовым глянцем выбритых щек и
пробором жирно напомаженной шевелюры (типично балканская физиономия), он
углубился в чтение, что не помешало ему пронзить посетителя своим острым
взглядом. И как раз в этот момент на перегородке в рост человека, отделявшей
зальчик для клиентов от внутреннего помещения лавки, с грохотом опустился
ставень оконца, и в проеме показался декольтированный бюст, принадлежавший
барышне с обольстительными голубыми глазами и белокурой челкой на лбу.
По акценту посетителя и его неловкой голландской фразе: "Покупать...
что-либо любое!" она мгновенно сообразила, что перед ней - соотечественник,
австриец, и тут же принялась по-немецки толковать ему про фокус с тремя
оказавшимися у нее в руке пробками. При этом она пустила в ход свои
испытанные женские чары со всем богатством оттенков - от точного наведения
грудей на живую цель до почти телепатически тонких флюидов, излучаемых
ароматом кожи, который она умела сделать еще более обворожительным, как бы
невзначай взмахнув рукой и обдав визави дыханием подмышек.
- Вы видите перед собой три пробки, почтеннейший господин. Не так ли?