"Энн Миллер. Взгляд в прошлое " - читать интересную книгу автора

карточек и надеялся, что у меня появится возможность щелкнуть замочком и
всучить хоть пару штук в какие-нибудь очень богатые ручки.
К моему удивлению, аукционный зал был переполнен, что лишило меня
возможности выбирать, с кем сесть. Вместо того, чтобы сидеть в "нужной"
компании, по соседству с дорогими костюмами и сверкающими драгоценностями, я
оказался зажатым между молодой женщиной, работающей агентом первый год, и
пожилым, довольно убого одетым джентльменом, от которого воняло трубочным
табаком. Я уселся поудобнее и взглянул на женщину: помнится, ее звали
Лизетта. Она была одета в серо-голубой костюм бизнес-леди с укороченной
юбкой - очень стильно и очень женственно. В бриллиантовых серьгах сияли и
переливались огоньки, когда она поворачивала голову.
- Привет, Сэм.
- Салют, Лизетта. Необычайно многолюдно для начала торгов, с чего бы
это?
- Они подняли цену на дневники Кеттльмана. Я думала, ты знаешь... Все
утро обзванивали покупателей.
- У меня мобильник был отключен, - печально сказал я. Ни за что и
никогда я не отключил бы телефон перед торгами, даже несмотря на свое
отсутствие в списке особых клиентов, которых принято предупреждать о любых
аукционных изменениях. И попасть в этот список я не мог. А она и подавно.
Интересно, откуда она узнала?
- Скорее всего, Ришад собирается стать единственным претендентом на эти
дневники и самолично прибудет торговаться. Сегодня днем он летит обратно в
Египет, и программу из вежливости подстроили под его планы, - сообщила
Лизетта.
Принц Ришад был коллекционером Дикого Запада, а точнее, всего, что хоть
как-то связано с ковбоями. Один лишь его интерес взвинтил цену на дневники
Кеттльмана, хотя непохоже, что кто-нибудь сможет переиграть Ришада. Я его
даже не видел никогда. Осторожно и, как мне казалось, незаметно я оглядел
зал: смогу ли узнать принца?
- Человек с красным галстуком, на две трети сзади справа, - прошептала
Лизетта. И добавила, заметив мое замешательство: - Ладно тебе, все в
порядке. Если бы я чего-нибудь не знала, то спросила бы у тебя.
Уверен, что не спросила бы. Весь смысл нашей игры в бизнес состоял в
том, чтобы выказывать свою осведомленность, а значит, являться игроком.
Помощник аукциониста вышел на подиум. Он искусно и красиво связал лот
номер 41 с его солидным прошлым, с самой историей. Он рассказал, что Питер
Кеттльман был одним из старых владетельных баронов, имел 5000 акров
плодородной земли и 3000 голов скота. Тем не менее существовало одно
обстоятельство, которое отличало его от остальных землевладельцев. Он учился
в Гарварде. Кеттльман обладал некоторыми литературными амбициями и, хотя ему
так и не удалось опубликовать роман, поддерживал добрые отношения с такими
людьми, как Оуэн Уистер, Зейн Грей и Гарольд Белл Райт.[5] Его журналы были
полны пустых сплетен, праздных слухов о них и очерков о настоящей
деревенской жизни.
Аукционист назначил стартовую цену в 25 тысяч долларов. Ришад, презрев
правила аукционного этикета, тут же предложил 75 тысяч, и торг по этому лоту
кончился. Пожилой джентльмен рядом со мной тихонько рассмеялся, будто
произошедшее оказалось великолепной шуткой, а я тем временем размышлял, как
бы заполучить Ришада в клиенты. Принц со всей своей свитой покинул зал, и