"Юрий Нестеренко. Болезнь Карела Новака" - читать интересную книгу автора

Юрий Hестеренко

БОЛЕЗНЬ КАРЕЛА НОВАКА




Первый раз это случилось с Новаком вечером, когда он возвращался с
работы. Он прошел через сквер, спустился в метро и встал на эскалатор.
Эскалатор плавно понес его вниз. Навстречу проплывали матовые плафоны.
Вдруг Новаком овладело странное ощущение. Как будто все вокруг стало
нереально, словно на грани между сном и пробуждением. У Новака слегка
закружилась голова. Он схватился за перила и зажмурился, пытаясь отогнать
неприятное состояние. Когда же он открыл глаза, все вокруг изменилось.
Бесконечная узкая стальная лента эскалатора с лязгом и грохотом
низвергалась в наклонный бетонный туннель. На ступенях не было никакого
покрытия - это были проклепанные стальные площадки, плохо скрепленные друг
с другом и постоянно дергающиеся. Скорость движения значительно превышала
скорость эскалатора метро, и в лицо дул сырой и холодный ветер. Из
забранных железными решетками грязных плафонов на потолке лился тусклый и
неровный свет. Но что более всего поразило Новака - через определенные
промежутки по бокам туннеля висели вмурованные в его стены стальные
клетки, в которых неподвижно стояли солдаты с автоматами. В следующий
момент зловещий туннель поплыл у Новака перед глазами, и он сошел с
совершенно нормального эскалатора на платформу станции. Некоторое время он
растерянно оглядывался, но видение растаяло без следа. Карел испугался.
Насколько он знал, в роду его не было сумасшедших, да и сам он никогда не
сомневался в собственном рассудке. И тем не менее он явно видел то, чего
не было. "Нет ничего хуже, чем потерять разум, - думал он, сидя в вагоне
метро. - Но ведь сейчас я совершенно здоров. Я трезво рассуждаю, и мне
ничего не мерещится. Впрочем, может быть, все так и начинается? Что я знаю
о шизофрении? Кажется, галлюцинации бывают именно при шизофрении..."
Однако вскоре мысли его приняли более спокойный ход. Он убедил себя в том,
что просто заснул, стоя на эскалаторе - в последнее время он очень мало
спал, так как с головой ушел в работу - и тут же проснулся. Он знал, что
такие случаи бывают от усталости. Придя домой, он, чтобы окончательно
успокоится, достал из кейса бумаги и занялся возникшей несколько дней
назад проблемой. Решение пришло быстро, красивое и эффективное. Новак
повеселел. Сомневаться в собственном уме не было никаких оснований. "Надо
больше отдыхать", - сказал он себе и последующие несколько дней следовал
этому правилу. Ничего необычного не случалось. Но вот однажды, стоя в
институтском буфете со своим приятелем Бронски, Новак вдруг почувствовал
приближение знакомого ощущения. В следующий момент светлое и просторное
помещение институтского буфета превратилось в мрачную бетонную пещеру,
освещенную горящими вполнакала ртутными лампами. Вместо ароматов еды в
воздухе стоял запах дезинфекции. Бронски, только что рассказывавший
какую-то историю, замер с полуоткрытым ртом, должно быть, пораженный
переменой в лице Карела. Тот, в свою очередь, был поражен переменой в лице
своего приятеля. Это лицо постарело сразу лет на двадцать. Оно стало
землисто-серым, с мешками под глазами. На голове у Бронски почти не