"Михаил Петрович Одинцов. Преодоление " - читать интересную книгу автора

переставал удивляться безграничному разнообразию воздушного океана,
омывающего голубую планету Земля.
Иногда небо воистину потрясало его своей необычностью, своей
таинственной силой, и тогда ему думалось, что никакими красками невозможно
передать его разноликость: великолепие раннего утра и глубоких задумчивых
сумерек, знойного или морозного дня, нудность пасмурной мокроты и
тревожность хмурой ночи... Если полету сопутствовала удача, Иван Анисимович
наслаждался небесным гостеприимством, но и не обижался на его неожиданную
ярость.
Кто-кто, а уж он лучше многих знал, как изменчиво небо. Оно могло не
раз меняться в течение одного часа полета.
Даже безоблачное небо всегда и везде различно. Сухой воздух Средней
Азии делает его горячим и бледным, выгоревшим от жары. Глубина небесной
синевы растворяется в желтой пыли, которая закрывает даль дымчатой кисеей.
Воздух Ледовитого океана заполняет небо голубой хрустальной
прозрачностью, до предела раздвигающей горизонт. Зимой оно искрится в
звонкой тишине, а летом отгораживается от тепла фронтами облаков, в которых
идет сражение между севером и югом.
Атлантика насыщает небо Европы белесой сыростью циклонов, которые
создают много житейских и летных неудобств.
Сохатый, как и многие, сердился на службу погоды, когда не сбывались ее
предсказания, когда небо оказывалось неприятным для жизни и опасным для
полета. Он забывал иногда, что зародившийся циклон через сутки уже можно
описать, но кто возьмет на себя смелость дать характеристику будущему
ребенку?
Небо... Генерал часто сравнивал его с океаном, старался определить, что
роднит воздух и воду, И главное видел в том, что они были сыновьями одной
матери - Планеты. Дети, оберегающие мать и дающие жизнь всему сущему на
земле.
Сохатый выключил самолетные аэронавигационные огни и подсветку
приборной доски летчика. Убедившись, что оцифровка всего оборудования
читается свободно, скомандовал по самолетному переговорному устройству:
- Экипажу выключить ночное освещение и перейти на дневной режим работы.
Выслушав доклад об исполнении указаний, он посмотрел на часы и
продолжил:
- Объявляется завтрак. Установить очередность: у штурманов -
навигатору, в задней кабине - командиру огневых установок; остальным в такой
последовательности: бортинженер, помощник командира, командир. Времени на
всех - двадцать пять минут...
Завтрак, обед, ужин, отдых - строго по расписанию. Все это - обычная в
безграничном небе жизнь экипажа стратегического корабля.
Завтракает бортинженер - его и свои обязанности выполняет командир,
обедает второй пилот - за двоих работает командир. С него, командира,
никогда не снимается ответственность.


* * *

Самолет шел на восток, поэтому для Сохатого солнце поднималось над
горизонтом с удвоенной скоростью. Его лучи уже упали на землю, и стали видны