"Марина Палей. Жора Жирняго" - читать интересную книгу автора

я располагаю более-менее сносным ангажементом в амстердамском театре "De
Metamorfose".
И все, вроде бы, идет успешно. Но что же тогда подвигло меня снова,
пяля глаза на дисплей, нещадно обламывать их о корявые кириллические значки?
Скорее всего, то был приговор моего импресарио, который он (маленько
подразмякнув после одной очень удачной премьеры и двух рюмок своего любимого
rode porto) вынес мне со всем своим простодушием - разумеется, не ведая -
абсолютно не ведая, что творит. А сказал он буквально следующее: ты -
классный актер, Том, и никем ты больше уже не будешь.
Третий звонок. Я успел.

Глава 1. Жуткие тайны генов: код Жирняго

Родословная Георгия Елисеевича Жирняго (Жоры Жирняго), хваткого
смоквенского беллетриста, перебравшегося в первопрестольную Смокву из
Петрославля, восходит к не менее продувному петрославльскому вельможе начала
XVIII-го века, получившему дворянство в награду за подлость.
Звали сего сановника Петром Аристарховичем Жирняго; речь о нем пойдет
позже. Любопытно, что, ежели проследить родословную семейства Жирняго, - то
есть, с помощью крупной энтомологической лупы, рассмотреть подетально это
раскидистое генеалогическое древо, насчитывающее уже три столетия и
отягченное несметными плодами (все Жирняго, особенно по мужской линии,
отличались неуемным сластолюбием), то мы не сможем не заметить (дагерротипы
и фотографии яблочек будут густо покрывать толстые ветви), что фатальный
признак, пошедший, собственно говоря, им в фамилию, придавший бесформенности
их телам и четко впечатанный в выражения лиц - сохранялся в течение трех
сотен лет на удивление стойко.
Мы сознательно не называем этот признак "внешним", поскольку, слегка
посвященные в тайны человеческого кода (генетический бум не миновал даже
гуманитариев), понимаем, что эти отступления в экстерьере от некой
приемлемой душою и глазом нормы, - иными словами, сбитые из грубых узлов
жира, корытообразные лики всех представителей семейства Жирняго, - являются
только поверхностным проявлением некой глубинной поломки. С другой стороны,
не будучи такими уж закоренелыми атеистами (каковыми, кстати, в угоду
прошлому веку, являлись все отпрыски семейства Жирняго, во главе с ключевой,
наиболее ловкой фигурой рода, А. Н. Ж.), мы понимаем, что и генетическая
патология сугубо вторична, коль принять на веру первопричинность Замысла. Но
здесь неизбежно возникает подковыристый вопрос натуралиста (и теософа по
совместительству): что, боги, если бурое пятно в окне символизирует вас,
боги, хотели вы нам высказать в итоге?
Имеется в виду: ведь генетическая поломка, имеющая своим следствием
такие малосимпатичные для жизни и малопригодные для жизнедеятельности
свойства, должна была бы естественным образом привести к угасанию линии -
иначе говоря, к радикальной отбраковке особей с пониженной
жизнеспособностью. Но в том-то и отличие сумрачного, суицидного царства
людей от жизнефонтанных царств флоры и фауны, что в популяции человеков
жизнеспособность определяется хитрожопостью, лизоблюдством, небрезгливостью
и прохиндейством, то есть свойствами сугубо интеллектуальными.
Кроме того, невозможно обойти полочки. Во всяком людском биоценозе
(особенно в биоценозе с бездействующими законами и массовым параличом воли)