"Вера Панова. Володя (Рассказ)" - читать интересную книгу автора

Володиной куртки, поставил дыбом, прижал к щеке, - Володя глубоко вдохнул
этот режущий ветровой воздух с примесью паровозной гари. В щели между
щитами мчались рельсы.
Дальше опять был переполненный вагон, воздух серый и густой от
махорки, от дыхания, и так же двигалась впереди проводница, уже другая, а
за проводницей Володя, а за Володей контролер со щипцами.
Так же медленно приходилось продвигаться, застревая в грудах
наваленного багажа. И еще переход, еще вагон, до крыши набитый мешками,
корзинами, взрослыми, детьми, плачущими, спящими...
А поезд шел ровным ходом, в окнах серое темнеющее небо и провода, и
телеграфный столб проплывал одиноко и неторопливо.
"Что же, - подумал Володя, - так меня и будут водить по поезду?"
Но в следующем вагоне контролер его оставил, сдав на руки двум
тамошним проводницам. Володины документы он унес с собой.


2

Одна проводница была постарше и потолще, коротконогая, плечистая, с
большим белым лицом под маленьким черным беретом. Лицо выражало хмурую
важность.
Другая - худенькая и еще молодая, хотя ее желтоватый лоб уже был
разлинован длинными продольными морщинами. Худые руки торчали из рукавов
кителя. Глаза были очень блестящие, а тонкие красные губы все усмехались,
будто проводница вспоминала о чем-то смешном.
- Ишь, зайчик! - сказала она громко и резко, глядя на Володю, когда
контролер ушел. - Смотри, Варя, какой зайчик! С черными усами!
И закатилась долгим нервным смехом. В смехе обнажились ее длинные
желтые зубы и розовые десны. Володе сделалось неприятно от этого смеха,
десен, зубов, от взгляда женщины. Он отвернулся и стал смотреть в окно.
Там были провода, столбы да лес. Темнело, лес мрачнел. Паровозный дым
застилал окно и сразу развеивался, сорванный ветром.
Лес подступал вплотную и отступал. Открывалась серая бревенчатая
деревня, уплывала, как приснившийся сон. Деревенские ребята слепили из
снега большую бабу, стояла баба лицом к полотну, салютовала метлой, сквозь
сумерки черные угольки ее глаз посмотрели на Володю пристально.
И стояли люди на маленьких станциях, протягивая флажки. Поезд
замедлял ход, проходя мимо них; но не останавливался.
"Где-то он остановится все же", - подумал Володя.
Он был один в просторном тамбуре. Пассажиры здесь не толпились, -
плацкартный, значит, вагон. Вышел лейтенант, бросил в мусорный ящик пустую
консервную банку и промасленную бумагу; повеяло запахами жира, лаврового
листа, сытости. Володя взглянул в открытую дверь: это был не просто
плацкартный вагон, а купированный; коридор, застланный дорожкой, уходил во
всю его длину; два офицера курили в коридоре. Да, есть избранники, которые
едут в купированном вагоне, и никто не имеет права их высадить, и они едят
свиную тушенку, полную банку тушенки съедает он! - и божественно пахнущую
банку выбрасывает в мусорный ящик - видимо, даже не обтерев ее как следует
хлебом...
"Об этом не думать! - приказал себе Володя. - С неба, что ли,