"Мэри Джо Патни. Обаятельный плут (Том 1) [love]" - читать интересную книгу автора

открывать ворота. Робин приветливо ему улыбнулся, но в разговор вступать
не стал.
Проехав еще полмили по обсаженной платанами подъездной аллее, в конце
ее он придержал лошадь и окинул взглядом открывшийся ему гранитный фасад
Вулверхемптона. Его нельзя было назвать уютным домом, однако это было
родное пепелище, и сюда его повлек усталый дух, когда он покончил с делами
в Париже.
Лакей увидел Робина и выбежал ему навстречу. Робин соскочил с лошади,
молча передал ему поводья и стал подниматься по ступеням к высокой двойной
парадной двери. Конечно, надо было бы предупредить брата о приезде, но
Робин не стал этого делать, боясь, что тот откажется принять его под
крышей Вулверхемптона.
В холле к нему подошел молодой лакей, который не узнал его, пока не
взглянул на визитную карточку. Его глаза расширились, и он с изумлением
произнес:
- Лорд Роберт Андервилль?
- Он самый, - мирно отозвался Робин. - Заблудшая овца. Лорд Вулвертон
дома?
- Сейчас узнаю, - ответил лакей, поспешно придав лицу бесстрастное
выражение. - Провести вас в гостиную, милорд?
- Я сам найду туда дорогу. В конце концов я здесь родился. Обещаю,
что не украду столовое серебро.
Лакей вспыхнул, поклонился и исчез в глубине дома.
Робин не спеша прошел в гостиную, несмотря на нарочито небрежный тон,
хорошо знавший его человек сразу понял бы, что у него неспокойно на душе.
Однако о них со старшим братом уже нельзя было сказать, чти они хорошо
знают друг друга.
Робин не знал, как примет его Джайлс. Когда-то, несмотря на разницу в
характерах, они были друзьями. Старший брат научил его ездить верхом и
стрелять и даже пытался, правда, безуспешно, наладить отношения между
своим непреклонным отцом и непослушным младшим братом. Даже когда Робин
уехал из Англии, братья из-, редка переписывались.
Но под одной крышей они не жили уже пятнадцать лет, и с их последней
встречи в Лондоне прошло три года. Тогда, поначалу обрадовавшись друг
другу, они тут же обнаружили, что между ними возникло напряжение, которое
перед самым отъездом Робина вылилось в короткую, но ожесточенную ссору.
Джайлс вообще редко выходил из себя, а с братом был неизменно ровен,
поэтому ссора особенно огорчила Робина. Правда, они тут же помирились и
расстались по-дружески, но Робин до сих пор вспоминал о ссоре с болью и
сожалением.
Он разглядывал убранство гостиной, которая производила на него более
приятное впечатление, чем раньше, немного напоминая Версаль, но смягченный
английским уютом. Уют, наверное, был привнесен Джайлсом, который ненавидел
пышное великолепие. А может быть, гостиную заново отделала женщина,
которая краткое время была женой Джайлса. Робин ни разу в жизни ее не
видел и даже не мог вспомнить, как ее звали.
Он подумал, что, наверное, надо сесть, но понял, что не сможет
расслабиться в комнате, где ему почти явственно слышались отзвуки былых
яростных ссор с отцом. Поэтому он мерил шагами гостиную, сжимая и разжимая
вдруг занывшую левую руку. Она так толком и не зажила после того, как