"Вардгес Петросян. Письма с полустанков детства " - читать интересную книгу автора

цветы и шипы на его дороге, другие полустанки...
Из костра прожитых лет, говорят, нужно брать искры, а не золу. Я
пытался оживить искры собственного детства, скрывшиеся в пепелище лет. Не
знаю, удалось ли мне это...


Моя учительница

- Завтрака не получите!
Наша учительница Арпик Поладян наказала в тот день троих - Арама, Каро
и меня.
Мы должны были дома тридцать раз переписать предложение, которое
нацарапали на прошлом уроке, как курица лапой, насажали клякс, понаделали
ошибок. У меня духу на четыре раза хватило - дома холод гулял, старший брат
дров не раздобыл, а предложение, как назло, было длинным и непонятным...
Каро переписал его шесть раз, а Арам счел за благо позабыть тетрадь...
Товарищ Поладян повелела нам остаться после уроков и переписать то
предложение тридцать семь раз (не пойму, почему не сорок) и вдобавок лишила
нас завтрака - горячего пирожка с мясом. А я утром только выпил стакан чая с
урюком.
- Завтрака вы не получите! - еще раз повторила учительница свою обычную
фразу и, поскольку звонок уже прозвенел, раздала пирожки - горячие,
мясные...
Мы трое в коридор вышли. Посвистываем себе с Арамом - мол, подумаешь,
велика беда. А Каро хмуро в окно уставился - смотрит на снежные хлопья, а
видит, наверное, горячие пирожки.
Арпик Поладян преподавала армянский, сама же не была армянкой, а из
Полиса* (много лет прошло, прежде чем я понял, что полисцы - так у нас
окрестили всех беженцев - те же армяне, такие же, как и мы). Товарищ Поладян
была сухонькая, с горсточку. В школу ходила все в одном и том же платье, на
голове зимой и летом что-то вроде берета. Строгая - случалось, поколачивала
нас, потому что учиться нам, прямо скажем, было неохота. Какое там учиться,
когда немцы добрались уже до Кавказского хребта! Холодно, голодно, а она
упрямо вколачивает нам в башку местоимения, наречия, склонения. Лишь у
семерых моих одноклассников отцы еще оставались в живых, а она била нас по
пальцам узкой линейкой, чтобы мы писали покрасивее, не забывая о волосяных
линиях - они ей особенно нравились. А я не желал писать красиво - я есть
хотел, и дома у нас гулял холод. Если мне что и было по душе - так это
книжки читать, вроде "Манон Леско" и "Квентина Дорварда". В этих книжках
было тепло, их населяли красивые девушки в златотканых нарядах, кони,
сладости...
______________
* Полис - Константинополь.

О, до чего ж я ненавидел товарищ Поладян!
- У меня агандз* есть, - сказал Каро и поделил пшеницу между нами по
зернышку.
______________
* Агандз - жареная пшеница.