"Пол Ди Филиппо. Верите ли вы в чудо? " - читать интересную книгу автора

Это настоящий шедевр, выпущенный 30 лет назад, уникальное издание,
самый первый альбом из купленных мною, краеугольный камень безвозвратно
ушедшего десятилетия, отправная точка моей жизни... И все это теперь
безвозвратно разбито на осколки, что полоснули меня по самому сердцу:
пластинка группы "Lovin' Spoonful" "Верите ли вы в чудо".
Я смотрю в другой конец комнаты, где лежат ничем не украшенный бумажный
(а не пластиковый) внутренний конверт и картонная обложка диска. Из-под
названия пластинки, написанного старомодным шрифтом, выглядывают и дразнят
меня ухмыляющиеся лица Джона, Зэла, Джо и Стива. (Забавно, когда-то именно
этот стиль назвали "модерн". Но так уж повелось: сегодняшний модерн завтра
превращается в ретро...). Особенно едок взгляд Джона, держащегося двумя
пальцами за проволочную дужку своих очков... Внезапно со мной происходит
что-то вроде припадка, даже вздохнуть не могу. Встав, я плетусь к фарфоровой
раковине в ржавых пятнах, сую голову под кран и включаю холодную воду. Это
немножко помогает. Проклятие! ЭТОТ АЛЬБОМ БЫЛ СРЕДОТОЧИЕМ МОЕЙ ЖИЗНИ! МНЕ
БЫЛО ШЕСТНАДЦАТЬ, КОГДА Я КУПИЛ ЕГО! ТА МУЗЫКА БЫЛА ПРЕКРАСНА! БЕЗ НЕЕ МНЕ
НЕ ЖИТЬ!
Тут я осознаю, что реву в голос. К счастью, мои соседи - кем бы они ни
были - привыкли к исходящему из моей квартиры шуму. Во всяком случае, похоже
на то. Никто уже тысячу лет не жаловался. Несомненно, что если кто и слышал,
как я тут беснуюсь, то, скорее всего, принял это за очередную запись.
Внезапно на меня снисходит озарение: пора действовать! Я должен покинуть
свое жилище, и обрести еще один экземпляр этой пластинки, воспроизведение
оригинала. Я действительно не могу жить без нее. Вся жизнь моя - случайное
собрание осязательных примет и звуковых символов. Изъять один из них -
значит исказить всю музыкальную мозаику.
Картина Мироздания должна быть воссоздана!
Я уже полон энергии и отправляюсь во Вселенский По-иск!
Вытаскиваю кеды из-под груды одежды, надеваю их на босу ногу и
завязываю шнурки. Теперь погода за иллюминатором обретает более существенное
значение. Я снова выглядываю. М-да... Лучше надеть куртку. Выудив несколько
банкнот из жестянки, где у меня хранятся деньги и необналиченные чеки,
засовываю их в карман куртки. Направляюсь к двери и останавливаюсь. Уже
двадцать лет я не выходил за порог своей квартиры. Наверное, в последний раз
это случилось где-то в 1972 году. Но увидев, что дела пошли в худшую
сторону, я забился в нору. Половину этого срока у меня не было посетителей.
Я связан с миром почтой, телефонными линиями и коаксиальными кабелями. Даже
не уверен, существует ли этот мир вообще в каком-либо ином воплощении, чем
те записи, которые я получаю для рецензирования.
Меня охватывает дрожь. НЕ ХОЧУ ТУДА ВЫХОДИТЬ! Пытаюсь зацепиться хоть
за какой-то признак уюта в своем жилище. Кругом беспорядочные груды книг, в
основном о музыке, сломанный телевизор, не работавший со смерти Дика Кларка.
Залежи аудио-оборудования: колонки разных видов, усилители, эквалайзеры и
проигрыватели для пластинок и компакт-дисков и магнитофоны для цифровых
аудиокассет, обыкновенные кассетники и различные пульты дистанционно-го
управления. А вот старое пишущее устройство, при помощи которого я строчу
свои статьи для "Мэгнетик Моумент" и других изданий, которые отправляю по
электронной почте. Затем, естественно, моя коллекция записей: приблизительно
шесть тысяч долгоиграющих пластинок и столько же сорокопяток. Они с любовью
расставлены по стеллажам, старейшие же из них защищены пластиковыми