"Дидье Поллефе. Иудейско-христианские отношения после Освенцима с католической точки зрения " - читать интересную книгу автора

заняла важное место в истории христианской мысли, поэтому неудивительно, что
она на многие века стала бесспорной частью христианской веры и христианского
учения как на Востоке, так и на Западе. Уже во II в. Тертуллиан (ок.
160-225) говорил об "отмене иудейского завета и иудейской избранности в
пользу христиан". Теория замещения опиралась в том числе и на Евангелие,
особенно рассказ о страстях, в котором иудеи изображаются как враги Христа,
как ответственные за его смерть и поэтому не являющиеся больше народом
Божьим. События Великой Пятницы определяются как конец иудейской истории.
При этом дальнейшее существование иудеев рассматривалось не иначе чем в
контексте богооставленности и возмездия, ибо они считались не только
убийцами Христа, но и людьми настолько жестокосердыми, что и в дальнейшем
продолжали отвергать Его.
Итог теологии замещения заключается в морализирующем, апологетическом и
нетерпимом отношении христиан к еврейскому народу: раз ваше понимание всего,
что связано с Иисусом из Назарета, не тождественно нашему, значит, вы -
враги истины и не заслуживаете ничего, кроме отвержения. Теология,
утверждающая, что с пришествием Церкви Христовой историческое призвание
Израиля завершилось, что его роль в священной истории подошла к концу, стала
краеугольным камнем теологического антииудаизма. За иудаизмом не признается
неизменного и однозначного спасительного значения - разве что в той мере, в
которой он имеет отношение к истории христианства.
В данном случае нам важно отметить, что христология сыграла решающую
роль в легитимации многовековой трагической истории, порожденной подобным
теологическим антииудаизмом. Рютер даже называет антииудаизм "левой рукой
христологии". В контексте понимания отношений иудаизма и христианства, как
"заместительных", мы, вместе с Мак-Гарри и Эккардтом, будем называть такой
род христологии "христологией разрыва". Христиане, являющиеся сторонниками
"христологии разрыва", утверждают, что первоначальная избранность Израиля
была "прервана", и христианство стало "наследником" иудаизма, "верным
остатком", истинным носителем священной функции Израиля. Общим во всех
"христологиях разрыва" является то, что в них подчеркивается уникальный и
всеобщий характер спасительной силы Христовой; они утверждают, что в Иисусе
из Назарета во всей полноте осуществились мессианские пророчества Ветхого
Завета. В Христе избранность Израиля исполнилась и заново воплотилась;
Христос - новый избранный Божий, а его Церковь, его тело - новый народ
Божий. В "христологиях разрыва" неизменно подчеркиваются следующие моменты:


- единственность и окончательность Христа;
- универсальность Христа как единственного проводника спасения;
- исполнение в нем иудейских надежд и пророчеств;
- Христос - это глава и воплощение Нового Израиля, наследующего
иудаизму;
- Христос - мессия;
- необходимость проповеди Христа иудейскому народу.


Идея разрыва фактически сводится к тому, что Иисус был Христом вопреки
своему иудейству, а не потому, что принадлежал к иудейству. Теологи,
разделяющие подобный христологический подход, не заинтересованы в