"Николай Полунин. Орфей (Серия "Абсолютное оружие")" - читать интересную книгу автора

- И это не впервой, не ври. Было у нас с тобой уже дело, когда ты меня
вместе с бензозаправкой сжег. Ничего же потом, в штаны не наделал, когда
снова встретились?
- Там что! Нажал на кнопку - и Вася-кот. Вы, может, с другой стороны
выехали. А тут сам ямку рыл, сам вытаскивал, сам земелькой присыпал. Сам
потом от кровищи отмывался. Думаете, просто? Звали зачем? Я там еле на
рейс попал, да из Быково неизвестно как бы добирался, если б не Геник. Я
ему брякнул, он машину пригнал.
- Как твои мальчики, вникают?
- Вникают. Больше, чем им полагается, не вникнут. К дисциплине я их уже
приучил.
- Ну вот, не прошли мои миллионнолетние назад уроки даром. А как это ты
говоришь, еле на рейс попал? Что, снова с билетами напряг? И на
коммерческие? По твоему удостоверению тебя хоть к пилотам посадят.
- Так не летает же никто. С керосином перебои. Весь шахтеры на путях
выпили. Отстаете от нашей жизни, шеф. Отдаляетесь.
- Мне положено. На, съешь таблеточку. Для профилактики.
Зарозовевший вновь от коньяка рыжий Мишка принял белую овальную облатку,
выскочившую из блестящего футляра. С сомнением оглядел, отправил в рот.
Запил еще одной рюмкой.
- А я мальчикам по горсти из стандартной аптечки давал. Желтые такие, на
случай атомной войны. Для шпаков. - Он искоса поглядел на свое правое
запястье, где на черном браслете помещался приборчик вроде обыкновенных
часов. - Я, конечно, извиняюсь, шеф, но...
- Сколько там, покажи.
- Глядите сами, двадцать один микрорентген.
- Да, для Москвы приемлемо. А ты чего хотел? Значит, так. Для глупых
повторяю: рация на броневике! В смысле, объясняю в тысяча последний раз.
Пока я здесь, - говоривший для убедительности легонько постучал согнутым
пальцем в стол между заливным языком и салатом из авокадо, - засечь меня
невозможно никакими методами. Вплоть до экстрасенсорных. На этом деле
многие зубы поло-
мали. Но это не значит, что от меня не идет. То, что ты видишь, с кем
сейчас разговариваешь и коньячок пьешь, - муляж, "кукла", пирожок для
начинки. Когда я решаю из этого пирожка - тю-тю, испариться, проку от него
ровно столько же, сколько от змеиного выползка...
- Только выползок, говорят, если найдешь, к счастью, а если б меня в
последний раз в лесу застукали, восемь лет гарантировано, сто два-два,
если не три, - вклинился Рыжий. - А то и семь-семь, "два топора". И без
амнистии.
- Не перебивай начальство. Наряду с массой достоинств "кукла" имеет ряд
недостатков. Во-первых, она краткоживущая. Как античастица, - говоривший
хохотнул, но получилось это у него отчего-то невесело. - Во-вторых,
повторяю, исходит от нее... м-м, ну, скажем, излучений всяких до такой
чертовой мамы, что вы и половины не знаете, как назвать, а вторую половину
и не уловите никогда. Однако самые примитивные виды энергий даже
наловчились приборами вашими фиксировать. Опять-таки в моем случае -
только постфактум, когда я ухожу.
Рыжий напрягся, наморщил лоб:
- Гамма-лучи, да?