"Николай Полунин. Орфей (Серия "Абсолютное оружие")" - читать интересную книгу автора

какая-то на Альбионе существует на эту тему...
- Я постараюсь быть вежливым. Соберу остатки былых приличий и перестану
заглядывать дамам в окна перед сном. Хотя, если руководствоваться главным
правилом Крольчатника, - почему нет? Вдруг я это считаю для себя нужным?
Я, может, визионист по сексуальной направленности?.. Но вспоминаются мне
традиции родных российских узилищ. Там принято новеньких в порядки
посвящать. Жестоко, как правило, происходит, но хоть толк есть. И
"старичкам" увеселение.
- Почему вы, почтеннейший, думаете, что мы сейчас не имеем такого
увеселения?
Я заткнулся. Я был убит. В самом деле, с чего я взял, что они так закрыты?
Разъединены? Беспристрастны? Почему бы им не обсуждать на неизвестных мне
междусобойчиках ломящегося в открытые двери глупого недоросля? Не
придумывать назавтра программу с новыми увеселениями? В конце концов,
развлечений тут раз-два и обчелся. Но надо признать, ломился я не особо...
Нет, погодите, Гордеев - это серьезно. Мой собеседник, который, кстати,
так и не назвался, - серьезно не менее. То, что я подсмотрел утром, эпизод
с Юношей, с Ксюхой, чудеса в столовой... Ну до какой же степени я болван..
- Не надо отчаиваться, почтеннейший. (Читать можно по моей физиономии, как
в букваре!) Все совсем не так. Мы тут на самом деле каждый сам по себе.
При всем желании не может ни один раскрыть секреты других. Разве что для
вас, порадовавшего старика...
Кузьмич взял с края стола какой-то особенной прозрачности хрустальный шар,
лежавший на восковом круге. Плоская, как спил дерева, подставка была
испещрена оккультными символами. Пентакль, вписанный в октауэр, знаки
планет, Луны и Солнца, разбросанный по семиугольному периметру латинский
алфавит, каббалистические знаки оборотного идиша... С шаром Кузьмич
обращался, будто тот был тоньше яичной скорлупы.
- В тысяча пятьсот восемьдесят первом году математику, философу, советнику
английской Елизаветы Первой знаменитому Джону Ди во время молитвы было
явление. "Засиял ослепительный свет, в котором во всем величии предстал
ангел Уриэл. И передал дух кристалл ярчайший, прозрачнейший и славный".
Созерцая кристалл, Ди мог общаться с духами иного мира!
- Да, - сказал я, чувствуя, что от меня требуется как-то отреагировать, -
с хрустальными шарами связано множество легенд. Некоторые очень красивы.
- Это не легенды, молодой человек, - строго сказал Кузьмич. - Это тот
самый предмет. Можете мне поверить, я в свое время очень немало заплатил
за него. Экспертиза всех сопровождавших шар архивов делалась в Лондоне. У
меня много прелюбопытных вещиц можно отыскать. Впрочем, я обещал вам
маленькую чужую тайну. Посплетничаем, почтеннейший.
Кузьмич вернул раритет на место. По мне, так подставка была куда
интереснее. Вдруг до меня дошло, на чем я их всех тут, в Крольчатнике,
могу раскалывать. Вскрывать несознанцев. Это было так просто и смешно, что
я едва не расхохотался. Кузьмич не преминул подтвердить мою догадку.
- Наш любимец Семочка вам что-то успел про меня такое наболтать? Нет, я и
знать не желаю. Но кое-что о нем. Ответ-тую, так сказать. Вам не знакома
фамилия Сафронкин? Виктор Сафронкин? Питерец. Художник-эмоциолист. Из
молодых. Хорошо продавался. Брали частные покупщики - не терплю новых
словечек, дилер, например, - говорят, что-то висело в "Aрт Музеум", что-то
в Европе. Врали про "Кристис"... Врали. Потом пропал. Семья пропала, все.