"Ника Ракитина. Легенда о заклятье" - читать интересную книгу автора

шлялась по Верде.

Больше всего любила она толкаться в порту среди матросов - лобастая,
крепкая, загорелая, с линялой лентой в выцветших до соломенной желтизны
волосах. Быстро перенимала их повадки, речь, пела и танцевала для них,
вызывая своим видом восхищение и жалость, а потом, сидя с каким-нибудь
моряком в пропахшей рыбой и дешевым вином таверне, вонзала зубы в черствую
лепешку. Мать - богобоязненная и нервная - не могла с ней ничего поделать.
Отец, как и дочь, до безумия влюбленный в море, только смеялся на слезные
мольбы супруги. "Еще годик подрастет - и возьму с собой, - не то в шутку, не
то всерьез сказал он как-то. - Все равно все дело ей передавать." Мать
вздохнула. А Кармела снизу вверх взглянула на отца:
- Я не буду купцом.
- А кем ты будешь? - спросил он, смеясь и подхватывая ее на руки.
- Капитаном.

Отец не успел взять Кармелу с собой. Пропал с кораблем где-то в
Закатном море. Только до этого было еще...
Мать разбудила девочку среди ночи. Одела, не прибегая к помощи
служанок, повела вниз, крепко держа за руку и освещая путь свечой. Кармела
вздрагивала - не от холода, от возбуждения. Мать казалась ей незнакомой -
злой и слишком бледной, и пальцы, сжимающие руку дочери, были ледяными.
У ворот, почти слившись с окружающим мраком, ждала запряженная карета,
только от ее резных квадратных фонарей падали на землю желтые круги. Слуга
открыл дверцу, помог войти. Карета взяла с места резко, так, что Кармела
ударилась о стенку. Но ехали они недолго. Сошли в незнакомом тесном
переулке. Ночь была безлунная, звездное небо прорезали шпили соборов. Двери
низкого дома перед ними отворились без скрипа, и они попали в еще большую
темноту. Безмолвная, громко дышащая служанка провела их по лестнице наверх и
оставила одних.
В комнате горела свеча.
Комната была тесная от загромоздивших ее вещей и драпировок, окна
завешаны наглухо, и в ней стоял какой-то сладковатый тяжелый дух. Подсвечник
со свечой располагался на тяжелом фолианте, обрез которого поблескивал
золотом, рядом лежал человеческий череп.
Мать, завидя его, вздрогнула и сильнее прижала к себе Кармелу. Той это
не понравилось: она столько слышала про черепа в портовых побасенках, что
просто необходимо было рассмотреть его поближе. Она вырвала руку, подбежала
к столу и схватила череп обеими руками. С удовольствием подергала его за
челюсть и, взгромоздив на стол, попыталась всунуть ему между зубами палец.
Мать же ее застыла в ужасе, близкая к обмороку.
Пламя свечи колыхнулось - кто-то раскрыл и закрыл дверь. Мать схватила
Кармелу за руку и оглянулась. В комнату бесшумно вошла тонкая высокая
женщина в шелестящем черном платье, ее глаза казались раскаленными на
бледном удлиненном лице, волосы были скрыты под черным кружевным покрывалом.
- Рада видеть вас у себя, - сказала она низким протяжным голосом, -
садитесь. Сложите к ногам моим дары ваши, и вам откроется истина...
Мать подтащила Кармелу к незнакомке, рывком поставила на колени и
встала сама, свободной рукой извлекая из складок платья кошелек. Золотые
монеты растеклись по темному ковру. Женщина шевельнула их кончиком туфли,