"Ника Ракитина. Рован" - читать интересную книгу автора

Ника Дмитриевна Ракитина

Рован

Яан ун Рабике, больше известный под именем "Крысяка", свесил жилистые
ноги с кровати и стошнил в ведро. После этого он долго пил, дергая
кадыкастой шеей, вино из высокогорлого кувшина, не замечая изысканной
прелести последнего. Вино отдавало медью. Напившись, Яан продрал редеющие на
макушке жесткие черные волосы и почесал небритый подбородок. Скосил глаз на
разметавшуюся по постели и приятно обильную телом Удун Герике. Та скоренько
прикрылась простыней. Под левым глазом у нее цвел роскошный фонарь, но мона
молчала, и это радовало. Это было обычной жизнью, рядом с которой забывалось
увиденное сегодня на рассвете раскатанное по булыжнику тело. Судя по одежде,
раздавлен был моряк, хотя очень трудно судить о ком-то, если по нему
прокатит вал из набитых ломом бочонков, или колесница Джаггернах, или
угольный утюг размером с корову. Получается что-то вроде яйца с кровью,
которое намазывают на гренок. Пожалуй, Яан больше гренков не ест. Даже
привычных ко всему каннуокских портовых стражей выворачивало на месте -
возле того, что они пробовали соскрести с булыжника. Яан ун Рабике,
дознаватель Иностранного Квартала Каннуоки, не был неженкой. Ему доводилось
в силу своей профессии видеть пробитые головы, доставать из воды несвежих
утопленников, да и самому саживать нож под чужие ребра доводилось. Но
нынешнее... Крысяка сплюнул. Господи, прости.
Громко постучали в двери.
Сегодня дознавателю не пришлось дожидаться в приемной, его провели к
губернатору немедленно. Мессир Хольстат был в кабинете не один: напротив
него нависал под потолок знакомый Яану еще по Катангу судовладелец, и они с
губернатором шипели друг на друга, как пара разозленных ежей.
- Входите, ун Рабике! - прокричал мессир Хольстат радостно. - Я обещал
вам, Лоренц, что мы разберемся. Вот он, наш лучший дознаватель.
Арматор нелицеприятно фыркнул: дескать, в гробу он видал дознавателя, -
и ушел.
- Садитесь, Яан, - предложил губернатор любезно, и Крысяка понял, что
все идет наперекосяк. Однако опустился в темное с резной, высокой спинкой
кресло. Кожа на узком сиденье протерлась и треснула, а удерживающие ее
металлические гвоздики были начищены задами множества посетителей. Мессир
Хольстат опустился в такое же кресло за рабочим столом. Над его головой
нависала деревянная крышечка наголовья, и выглядел губернатор точь-в-точь,
как угодник ун Страатен с алтаря в Катангском соборе. Над этим алтарем,
похожим на готический замок, трудились в течение пятнадцати лет лучшие
резчики, оставляя специальные ниши для Иешуа, Богодевы и святых. Говорили,
святые были тщательно выделаны как спереди, так и сзади - но с тыла
прихожане их рассматривать, увы, не могли.
- Ты знаешь, что происходит в порту?
Яан кивнул. Нехорошей болью отозвалась голова. За три ночи три одиноких
матросских трупа, раздавленных, как сегодняшний. В глухих местах: на пустых
причалах... между складами... Разумеется, никаких свидетелей. Трупы не
грабят - чтобы грабить такого, это насколько ж надо быть небрезгливым. Все.
- Сегодня у Лоренца раздавило капитана.
- Да? - спросил Крысяка вяло.