"Мэри Рено. Персидский мальчик " - читать интересную книгу автора

ярких цветов, в комнату для занятий вошел юноша. Он уверенно шагнул к нам:
веселый, красивый, с золотыми украшениями и в богатой одежде, пахнущий
тонкими и дорогими духами. Я далеко не сразу осознал, что, хоть ему было не
менее двадцати, он оставался безбородым: на вид юноша более походил на
гладко выбритого грека, нежели на евнуха.
- Привет тебе, оленеглазый отрок, - сказал он, щедро обнажив зубы,
похожие на горсть свежеочи-щенного миндаля. - Что же, по крайней мере
однажды мне сказали чистую правду. - Юноша повернулся к моему наставнику. -
И как идут дела?
- Вовсе не плохо для первых занятий, Оромедон. Со временем из него
выйдет что-то путное. - В голосе евнуха звучало уважение, но он говорил с
юношей скорее как с равным. Хозяином Оромедон явно не был.
- Поглядим. - Юноша подал знак невольнику-египтянину поставить на пол
ношу и покинуть нас.
Я вновь повторил пройденный урок, и, когда собрался наполнить чашу
вином, он сказал:
- Ты слишком сильно согнул локоть. Попробуй вот так, - он поправил
меня, легко прикоснувшись к моей руке кончиками пальцев. - Видишь?
Получается гораздо грациознее.
Предложив блюдо со сладостями, я замер, ожидая порицания.
- Неплохо. Теперь давай-ка проделаем то же самое еще разок, но с
настоящим сервизом.
Из принесенного рабом тюка он вынул сокровище, при виде которого я
зажмурился. Здесь были чаши, кувшины и блюда из чистого серебра с искусной
гравировкой, инкрустированной золотыми цветами.
- Ну-ка, - сказал юноша, небрежно отодвигая медный сосуд. - Видишь ли,
в руках, держащих воистину прекрасные вещи, есть несомненная красота, но
достичь совершенства можно, лишь ощутив их благородный вес.
Его удлиненные темные глаза послали мне тайную улыбку.
Когда я осторожно поднял блюдо, Оромедон вскричал:
- Вот! В нем есть этот дар! Он не боится брать их, зная, как с ними
следует обращаться. Кажется, у нас все будет отлично.
Оглянувшись вокруг, юноша спросил в недоумении:
- Но где же подушки? И столик для вина? Он ведь должен научиться
служить в опочивальне.
Мой прежний наставник вперил в него вопрошающий взгляд.
- О да, - ответил юноша, тихо рассмеявшись; его золотые серьги
мелодично звякнули. - В этом ты можешь быть уверен. Просто вели прислать
сюда необходимое, и я все покажу ему сам. Я не стану беспокоить тебя.
Когда подушки были доставлены, он уселся на одну из них и показал, как
следует подавать господину поднос, не поднимаясь с колен. Он вел себя столь
по-дружески, даже указывая на мои ошибки, что я справлялся с этой новой для
меня работой, не боясь показаться неуклюжим. Поднявшись, Оромедон похвалил
меня:
- Замечательно. Быстро, ловко и плавно. А теперь давай приступим к
обрядам спальни.
- Боюсь, господин, я еще не успел обучиться - ответил я, потупившись.
- Вовсе не обязательно называть меня господином. Это всего лишь игра,
вторящая всем церемониям. Я же должен обучить тебя другим вещам. В спальне,
разумеется, полно церемоний, но нам следует лишь быстро пробежать их; почти