"Мэри Рено. Персидский мальчик " - читать интересную книгу автора

лошадей. Естественно, кроме колышков, там ничего и никого не осталось.
Мой бедный маленький Тигр, красивый подарок Дария... Он был взращен не
для тяжкой поклажи! Я недолго скорбел о нем, бредущем сейчас за каким-нибудь
бактрийским увальнем, ибо совсем не много времени потребовалось мне, чтобы
ужаснуться собственной участи.
Враг ушел. Ушли также все те, что были мне друзьями. Ночь уже
перевалила за половину, но я не видел знаков, куда они могли направиться.
Мне потребуется пища. В царском шатре, выброшенное на землю, лежало
содержимое обеденных чаш. Бедняга, он так и не поел. Завернув еду в платок,
я набрал полную флягу воды из ручья.
Голоса доносились еле-еле. Я шел за ними, уповая на то, что это не
бактрийцы последними свернули лагерь. Те, за кем я шел, кажется,
намеревались пройти вдоль горного кряжа; за собой они оставляли хорошо
вытоптанную тропу, пересекавшую ручьи; ноги я замочил по колени, и в
дорожной обуви мерзко хлюпала вода. Я не ходил по бездорожью с тех пор, как
был ребенком, а по возвращении меня всегда ожидали заслуженный нагоняй и
сухая одежда.
Рассвет еще не забрезжил, когда я прибавил шагу, заслышав впереди
женские голоса. То были следовавшие за лагерем женщины, и они несли свой
скарб. Если поспешить, я скоро поравняюсь с колонной. Теперь, когда лунный
серп прибавил немного света, я мог идти быстрее.
Вскоре я увидел впереди мужской силуэт. Один из воинов отстал от
остальных, чтобы помочиться, и я стоял, отвернувшись, пока он не закончил.
Только тогда я подошел - и увидел пред собою грека. Значит, это их я
нагонял! Меня сбили с толку женские голоса; конечно, эти женщины -
персиянки, как же иначе? Наемники не таскали за собою жен, они оставляли их
дома.
Грек был крепким воином, с приземистой фигурой и короткой черной
бородой. Его лицо показалось мне знакомым, но я, верно, обознался. Шагнув
навстречу, он воззрился на меня в изумлении. От него несло потом.
- Клянусь Псом! - сказал он наконец. - Это мальчишка Дария, и все тут.
- Я Багоас, из царских слуг, и мне нужна помощь. Я пытаюсь догнать
персов, ушедших с Артабазом. Скажи, сильно ли я сбился с пути?
Грек медлил, оглядывая меня с ног до головы, но все же произнес:
- Нет, не слишком. Следуй за мной, и я выведу тебя на верную тропу. -
Он зашагал прямо в чащу. При нем не было оружия, по греческому обычаю на
марше.
Ни малейшего признака тропы; лес, казалось, вырастал вокруг нас стеной,
и мы не успели уйти далеко, когда грек обернулся. Одного взгляда было
достаточно. В словах нужды не было, и, не тратя их зря, он просто упал на
меня, придавив своим весом.
Когда он прижал меня к земле, ко мне вернулась память. Чернобородый
грек и вправду походил на человека, которого я знал когда-то: на Обара,
ювелира в Сузах. В одно-единственное мгновение я пережил все снова, но я уже
не был двенадцатилетним мальчишкой.
Грек был вдвое тяжелей, но я ни разу не усомнился, что у меня достанет
силы убить его. Я вяло боролся с ним - только для того, чтобы скрыть, чем я
занят, - пока не вытащил кинжал. И тогда я вонзил его греку меж ребер, по
самую рукоять. Среди танцев, которыми я радовал царя, был один из его
любимых - я исполнял его лишь ночью, когда мы были одни. Танец тот