"Владимир Романовский. Генерал и его женщина" - читать интересную книгу автора

головой: уж слишком дерзкой, даже безумной казалась затея. Однако, как
показало дальнейшее, именно вследствие своей нелепости замысел не обнаружил
противников и не встретил организованного сопротивления. Предложение
казалось слишком уж несерьезным, руководству было просто не до этого.
Потом было дело. Целая команда докторов и кандидатов наук, собранных
по указанию Барабанова, занялась глубоким обоснованием проекта. Заняло оно
двадцать пять машинописных страниц, хотя известно, что настоящие начальники
документ толще одного листа не читают: нет у них для подобных занятий ни
времени, ни желания. После этого необходимость переделки госпиталя в НИИ
стала очевидной. Впрочем ничего нового, по сравнению с мыслями Марии
Петровны, они не придумали. Да и вывод звучал похоже: в период реформ,
массовых отравлений и борьбы с алкаголизмом противохимический НИИ жизненно
необходим стране.
Через год институт вступил в строй. Уплотнив жилую часть и сократив
число лечебных отделений, строители освободили два корпуса для научных
лабораторий. Заново проектировать и строить пришлось только виварий.
Территория была разделена на три участка. В жилой части с размещался
персонал, лечебный корпус занимал середину городка, исследовательская зона
со спецотделением размещалась в глубине городка и имела ещё один
контрольно-пропускной пункт. Войти на её территорию можно было только по
специальным пропускам.
Руководящему составу были предоставлены отдельные трехкомнатные
квартиры. Среднему звену - всевозможным заместителям и старшим научным
сотрудникам - выделили жилплощадь поменьше. Молодежь: младших научных
сотрудников - "эмэнэсов" и им равных, вселили по две семьи в двухкомнатные
квартиры и, записав на очередь, пообещали улучшить положение. Солдат
поместили в совpеменной казарме, обоpудованной по последнему слову
строительной науки - с типовой спальней на семьдесят коек, умывальником с
ледяной водой и туалетом на двенадцать очков.
Начальником НИИ назначили известного токсиколога доктора наук Андрея
Васильевича Сазонова: к тому времени Мазанов просто ещё не успел защитить
диссертацию.
За год институт был укомплектован. Ехали сюда охотно: из-за жилья,
которое предоставлялось немедленно, ради науки или служебного повышения, а
многим просто надоели прежние начальники.

* * *

Прапорщик Виталий Борисович Дронин встал в шесть утра, выпил стакан
портвейна, пробормотав: "как-никак выходной", и отправился на дачу
Барабанова. Идти предстояло недалеко, но он торопился и завтракать не стал.
На всякий случай отрезал кусок колбасы с хлебом, завернул в газету и сунул
в карман. В спящем поселке кричали петухи. Смотри-ка, поют, неужели их ещё
не сожрали, подумал Дронин.
В одинаковых щитовых домах, окруженных огородами, обитал персонал
расположенного рядом учебного полигона. Дронин миновал окраину и пошел
березовой рощей. Он был почти двухметрового роста, но гвардейский вид
несколько портили большой живот и оплывшее лицо с плутоватыми глазами.
Крупная фигура в сапогах, и десантном костюме выглядела по-боевому
внушительно, будто шел он не к отопительному котлу на даче шефа, а по