"Евгений Санин. Березовая елка " - читать интересную книгу автора

Евгений Cанин

Березовая елка

СВЯТОЧНЫЙ РАССКАЗ


Каких только чудес не случается в Рождественскую ночь! Сережа слушал,
как мама читает ему святочные рассказы, и диву давался. Все они, начинаясь
грустно-грустно, заканчивались так, что даже плакать хотелось от радости.
Были, правда, и рассказы с другим концом. Но мама, хмурясь, пропускала их. И
правильно делала. Печального им хватало и в жизни.
За окном наступала темно-синяя ночь. Двор быстро чернел, и только
береза под ярким фонарем продолжала оставаться белой. Крупными хлопьями,
словно ватные шарики на нитках, которыми они когда-то украшали комнату с
елкой, падал снег.
Вспомнив то счастливое время, Сережа прищурил глаза. Береза сразу
превратилась в ель, а многочисленные горящие в честь Рождества окна дома
напротив стали светящимися гирляндами. Папа с мамой сновали по заставленной
мягкой мебелью и увешанной коврами комнате. Они доставали из буфета
праздничную посуду и накладывали в нее сыр, колбасу, дымящуюся картошку с
мясом...
Сережа сглотнул голодную слюну и открыл глаза. Ель снова стала березой,
а комната - пустой и унылой, где не было ни ковров с креслами, ни
праздничного стола, ни папы... Мама лежала на истрепанном диване, читая про
то, как бедный мальчик однажды попал из жалкой лачуги на рождественский бал
во дворец. А папа... Его последний раз он видел на вокзале, в окружении
точно таких же спившихся бомжей.
- Ну, вот и все! - сказала мама, переворачивая последнюю страницу.
"Как жаль, что такое бывает только в книгах!" - вздохнул про себя
Сережа и вслух спросил:
- А почему эти рассказы - святочные?
Мама подумала и улыбнулась:
- Наверное, потому, что они про Рождество. Ты же ведь теперь знаешь,
что сегодня кончается пост...
- Он у нас и завтра будет! - буркнул Сережа.
- ... и наступает самая веселая неделя, которая называется - святки! -
делая вид, что не слышит его, закончила мама.
- Самая грустная неделя... - снова искаженным эхом повторил мальчик.
Мама с трудом приподнялась на локте и затеплила перед стоявшей на столе
иконой лампаду:
- Ну, вот и праздник. С Рождеством Христовым, сынок! Я так хотела,
чтобы и у нас с тобой были настоящие святки, но...
Не договорив, она легла лицом к стене. Плечи ее вздрагивали. Чем Сережа
мог помочь ей? Обнять? Сказать что-нибудь ласковое? Но тогда она заплачет
навзрыд, как это уже бывало не раз. И он опять стал глядеть через стекло на
березовую ель и радужные из-за слез на глазах окна.
Сережа знал, что мама надеялась получить сегодня щедрую милостыню у
храма, куда придет на Рождество много-много людей, и, помнится, даже помогал
ей мечтать, как они потратят эти деньги. Но у мамы заболело сердце, и врач