"Анджей Сапковский. Ведьмак ("Ведьмак"). Пер. с польск. Andrzej Sapkovski." - читать интересную книгу автора

встают! А теперь еще и это для полного счастья! - Он толкнул по столу
свиток пергамента. - Неудивительно, что на ваши услуги такой спрос.
Геральт поднял голову:
- Перед вами королевское воззвание, градоправитель. Вы должны знать
подробности.
Велерад откинулся в кресле, переплел пальцы на животе:
- Подробности, говоришь? Знаю, как же. Не из первых рук, но от людей
надежных.
- Вот это мне и интересно. Подробности.
- Значит, все же собираешься? Ну, как знаешь. Так вот, - Велерад
отхлебнул пива и понизил голос. - Наш милостивый Фолтест еще в бытность
свою наследным принцем, во времена отца своего, старого Меделла, показал
на что способен - а способен он был на многое... Мы то все думали сначала,
что с годами он остепенится. Но когда умер старый король, Фолтест после
коронации превзошел самого себя. У нас у всех прямо-таки челюсти
поотвисали. Короче, сделал он ребенка своей родной сестре Адде. Адда была
чуть младше, держались они всегда вместе, никто ничего такого и не
подозревал, вот разве что королева-мать... Словом, в один прекрасный день
видим: Адда ходит с таким вот брюхом, а Фолтест кричит, что женится на
ней. На родной сестре, смекаешь, Геральт? Положение - хуже не придумаешь.
Визимир из Новиграда собирался было выдать за Фолтеста свою Дальку,
прислал посольство, а нам приходится держать короля за руки - за ноги,
чтоб он этих послов не прикончил. Хорошо еще удержали, а то Визимир со зла
разнес бы нас в пух и прах. Счастье еще, что братец слушался Адду, вот нам
и удалось с ее помощью отговорить нашего щенка от венчания. Ну а потом
Адда родила, в назначенный природный срок, само собой. Слушай, что тогда
началось. _Э_т_о_г_о_, что родилось, мало кто видел - но одна повитуха
сиганула с башенного окна и сломала шею, а вторая повредилась умом и до
сих пор ходит дура дурочкой. А посему я думаю, что этот ублюдок, эта
девочка особой красотой не отличалась. Умерла она почти тут же - сдается
мне, ей не спешили перевязать пуповину. Адда, на свое счастье, родов не
пережила. А потом, братец ты мой, Фолтест снова свалял дурака. Ублюдка
надо бы сжечь или там закопать на пустыре, а не класть в саркофаг, в
дворцовую усыпальницу.
- Поздно теперь каяться, - поднял голову Геральт. - Но в любом случае
нужно было призвать кого-то из Ведающих.
- Ты про тех мошенников в усыпанных звездами колпаках? Ну как же, их
штук десять слетелось, как только узнали, что лежит в саркофаге. И вылазит
по ночам. Но вылазить оно начало не сразу, нет. Сем лет после погребения
прошли спокойно. Но вот однажды, в полнолуние - во дворце верещание,
вопли, беготня! Ну, да ты сам знаешь, читал воззвание. За эти годы
младенец подрос в гробу, а особенно подросли у него зубки. Упырица, одним
словом. Жаль, что ты не видел ее жертв. Вблизи, как я видел. Тогда обошел
бы ты Стужню десятой дорогой.
Геральт молчал.
- И вот собрал к нам Фолтест ораву чародеев. Цапались они друг с
другом отчаянно, едва не подрались этими своими посохами - интересно,
зачем они их носят, собак, что ли, отгонять, когда на них спустят песиков?
Часто ведь спускают, сдается мне... Прости, Геральт, если у тебя другое
мнение о чародеях. Наверняка другое как у ведьмака. Но для меня они -