"Кэтрин Сатклифф. Одержимое сердце " - читать интересную книгу автора

Резвая гончая носилась по саду, вынюхивая что-то у самой земли и таща
за сбои на поводке коротконогого сторожа. Заливистый лай животного вызвал у
меня столь яркие воспоминания, что я почувствовала жжение в глазах,
предвещавшее близкие слезы.
Я скользнула в тень, стараясь не шуметь, и пошла по тропинке, заросшей
мхом и пучками жесткой травы. Я торопливо шла, время от времени наступая на
сучья, но шум моих шагов заглушал слой влажных палых листьев, поблескивавших
в тусклом свете яркими красками осени.
Добравшись до начала тропинки, я вздохнула с облегчением. "Все это
глупости, мне нечего бояться", - укоряла я себя, с опаской оглядываясь через
плечо. Сквозь оголенные ветви деревьев уже были видны слуховые окна
Уолтхэмстоу, выступавшие из черепичной островерхой крыши. На мгновение я
представила себе, что за оконной рамой вижу лицо - мрачное, темное лицо, оно
мелькнуло и пропало. "Он" скрылся в доме. Я уговаривала себя, что это мог
быть кто угодно.
И все же этого мгновенного видения было достаточно, чтобы у меня
занялся дух. Неважно, что я внушала себе, покидая Оукс, неважно, что говорил
мне Джером о Николасе Уиндхэме, будущее страшило меня. Прижав руку к бурно
бьющемуся сердцу, я ждала, пока оно не утихомирится, снова и снова повторяя
себе, что причины моего возвращения в Уолтхэм-Менор не имеют ничего общего с
теми чувствами, которые я некогда питала к Николасу, по мое предательское
сердце не желали с этим. согласиться.
У меня еще было время. Поэтому я пошла мимо стены Мак-Бейна, обходя
груды камня и убеждая себя, что чувствую себя лучше, чем это было на самом
деле. "Зачем?" - спрашивала я. "Потому что я должна так поступить, -
убеждала я сама себя. - Я должна успокоиться и стать счастливой. Я так долго
мечтала об этом дне. Разве нет? Я строила планы. Разве не так?" Все было
верно.
Малхэм на вересковых пустошах еще крепко спал, окутанный холодным
влажным покрывалом тумана. Я подняла полы плаща и вскарабкалась на
осыпающуюся каменную стену и теперь стояла наверху, вглядываясь в
погруженные в дремоту строения.
- Малхэм... - Я произнесла это название как стихи, как сонет, я
прошептала его, обращаясь к овце с черно-белой мордой, которая мирно щипала
травку в некотором отдалении.
- Уолтхэмстоу, я вернулась домой. Ты узнаешь меня? Нет, едва ли!
Видишь, я стала взрослой!
И я не смогла удержаться от улыбки. Передо мной было прошлое, полное
дорогих воспоминаний. Малхэм, прекрасный и мрачный, высокие холмы, поросшие
вереском, и тут и там усеянные могильными курганами. В нем было не только
мое прошлое, но и будущее. Подняв голову к небу, зажмурив глаза, я
повторила:
- Я вернулась домой.
...Мне не нужно было идти дальше по тропинке. Толкнув узорчатую
металлическую калитку, увитую плющом, которая со скрипом отворилась, я
осторожно ступила на вымощенную кирпичом дорожку. Плащ мой, волочась по
земле, разметал сухие листья под ногами, а налетавший порывами ветер
подхватывал их легко, как перышки, и уносил. Я подняла голову, вглядываясь в
просветы между оголенными сучьями, но видела только тяжело нависавшие над
землей тучи, обещавшие снег. Воздух был сухим и морозным и обжигал мое лицо.