"Исидор Севильский. История Готов, Вандалов и Свевов " - читать интересную книгу автора

Исидора приняли вид терминологических исследований, разъясняющих смысл и
содержание главнейших понятий, которыми оперировал средневековый человек.
Широкое использование в них греко-римских источников не означало, конечно,
возврата к античному миропредставлению, но определяло тем не менее качества
того материала, из которого потом синтезировалась европейская культура. Оно
наложило отпечаток и на духовный облик самого Исидора, которому стала ближе
статическая безмятежность стоической морали, чем мистика Григория Великого
или взволнованная динамика Августина: свой опыт самоанализа, составленный в
форме риторического увещания ("Синонимы"), Исидор заканчивает заимствованным
у Цицерона гимном разуму и фактически не оставляет места христианской
аскезе. Призыв "познай свою природу" для него важнее призыва "переделай ее".
Потомки ценили Исидора не только как ученого, но и как стилиста,
называя "исидоровским" возвышенный слог риторической молитвенной прозы. В
"Божественной Комедии" его имя названо рядом с Бедой Достопочтенным:

За ним пылают, продолжая круг,
Исидор, Беда и Рикард с ним рядом,
Нечеловек в превысшей из наук.

("Рай", X, 130-132; перевод М. Лозинского)

ИСТОРИЯ ГОТОВ
(HISTORIA GOTHORUM)


ПРОЛОГ

О священная Испания, вечно счастливая мать вождей и народов, прекраснее
ты всех земель от запада до самых индусов. Ты теперь по праву царица всех
провинций, излучающая свет не только западу, но и востоку. Ты - честь и
краса мира, славнейший край земли, в котором изобильно процветает в великой
радости славное готское племя.
По заслугам одарила тебя милостивая природа плодовитостью всего живого.
Ты богата ягодами, ты - сила неиссякаемая, тебя радуют жатвы, ты одета
нивой, осенена оливами и разукрашена узором лоз. Цветут твои луга, горы
зеленеют и берега обильны рыбой. Лежишь ты в самой лучшей стране света, не
выгораешь летом от солнечного жара и не чахнешь от ледяного холода, но,
окруженная умеренным небесным поясом, питаешься счастливыми зефирами.
Рождаешь ты все, что есть плодоносного в пашнях, драгоценного в металлах,
красивого и полезного в живых существах. Не хуже ты тех потоков, которые
славятся своими знаменитыми стадами.
Не сравнится с тобой ни Алфей* своими конями, ни Клитумн скотом, хотя
мчит крылатые квадриги Алфей, посвященный олимпийским пальмам, и огромных
быков приносил некогда Клитумн в жертву капитолийцам. Даже в Этрурии не
найти таких жирных пастбищ, как у тебя, и рощам Молорха ты не дивишься,
полная пальм, и не боишься признать своих коней в беге на годовых скачках.
Богата ты полноводными реками и желта от золотоносных потоков. У тебя
источник конеродный. У тебя руно от природного пурпура пламенеет, как
тирский багрянец. У тебя камень, сверкающий среди мрака обрывистых гор,
светится блеском солнца, которое рядом.