"Владимир Севриновский. Карабахские записки" - читать интересную книгу автора

других стран. В центре деревни пришвартовался 'Титаник' - большой
ресторан, в который для пущей экзотики наняли официантами китайцев. Один
из заборов напротив 'Титаника' почему-то целиком сделан из старых
автомобильных номеров.
Корабль выглядел покинутым - по-видимому, туристический сезон давно
закончился. Час неспешного восхождения по петляющему серпантину - и я уже
иду через старое кладбище к воротам обители. На некоторых надгробиях
вместо крестов высечены серп и молот, а у самого входа в храм покоится
доктор медицины Берлинского университета.
Храм Ованеса Мкртича (Иоанна Крестителя), освященный еще в 1240 году,
был воздвигнут на месте другого, более древнего. Согласно преданию, в
усыпальнице захоронена одна из многочисленных голов этого святого, которым
поклоняются в десятках церквей и мечетей по всему миру. Во время войны с
Азербайджаном монастырь подвергся бомбардировкам. Теперь на месте
разрушенных келий воздвигнуты новые, а реактивные снаряды, застрявшие в
монастырской стене и почти ее не повредившие, демонстрируются посетителям
в качестве одного из чудес Гандзасара. Священник, ничуть не удивившийся
вечернему гостю, без лишних слов проводил меня в уютную келью - вполне
комфортную, с ванной комнатой и лампами. Для номера люкс не хватало только
телевизора, который за стеной смотрели святой отец с привратником.
Под каменными сводами храма чадила одинокая свечка, почти не
разгонявшая темноты. В углу стояли каменные плиты с вырезанными крестами,
словно сплетенными из множества нитей волшебной кружевницей. На второй
этаж вели узкие каменные ступени без перил, типичные для многих армянских
церквей, а вверху, над куполом, колебалось облако розового света.
Прожекторы заливали золотом древние стены, и тени деревьев выступали на
них, словно вены на старческих руках.
Наутро, встретив зарю, я тихонько покинул спящий монастырь и отправился
дальше. Разные попутчики попадались мне, и каждый желал помочь. Двое
всадников, разыскивавших пропавшую кобылу, предлагали подвезти мой рюкзак,
а владелец чахлого Москвича долго уговаривал остаться погостить - 'Шашлык
кушать будем, чачу пить будем!' Не без сожаления, я отказался - времени
оставалось мало, и впереди ждали новые приключения.
На перекрестке с трассой 'Север-Юг', у заправки были припаркованы
внедорожник и огромная фура. Услышав, что я направляюсь из Гандзасара в
Дадиванк один, почтенный водитель внедорожника нахмурился: 'Как! Они
отпустили тебя без провожатых!' Пришлось спешно оправдывать
негостеприимных монахов и объяснять, что я сам от них сбежал поутру. В
итоге я был посажен на фуру, которая подвезла меня до самого Дадиванка.
Мы неспешно ехали, на водохранилище справа от дороги резвились мириады
солнечных зайчиков, а леса, густо покрывающие окрестные горы, сияли чистым
золотом. То и дело на деревьях и столбах попадался знак - желтая босая
ступня на синем фоне. У горного склона притулился подбитый азербайджанский
танк.
Башни нет, резьба поворотника завилась вверх причудливой спиралью. Еще
пара десятков метров - и с другой стороны трассы мы увидели остов
армянского БТР.
Рядом с ним - памятник погибшему солдату.
'Танк уничтожить легче, чем пулеметное гнездо, - рассказывал экспедитор
Володя, в прошлом - заместитель комбата, воевавший в этих местах и дважды