"Дмитрий Шашурин. Отзовись, комбайнер! (Авт.сб. "Печорный день")" - читать интересную книгу автора

Дмитрий Шашурин.

Отзовись, комбайнер!

-----------------------------------------------------------------------
Авт.сб. "Печорный день".
OCR spellcheck by HarryFan, 26 September 2000
-----------------------------------------------------------------------


Из-за вашего журнала я вспомнил про последнюю делянку, когда увидел на
развороте схемы и фотографии довоенных зерноуборочных машин. Даже
удивительно, что не вспоминал до этого ни разу после госпиталя - ни
Студента, ни его несчастный комбайн, который оказался напоследок даже
_умным_.
Какая, если задуматься, образовалась пропасть между старым пониманием
слов _умная машина_ и нынешним! Сегодня представляется, что она решает
вмиг интегральные уравнения, рассчитывает и вычерчивает эпюры или, на
худой конец, играет в шахматы и одновременно переводит с нескольких
языков. И то мы сомневаемся, спорим: интеллект? - не интеллект? А тогда,
немного пораньше всего лишь лет на пятьдесят, косцы, глядя на
жатку-самоскидку, которую волокла по ниве пара коней, восхищались: вот
ловка, вот умна! Человек, правивший парой, выглядел куда как глупее -
держал вожжи да взмахивал кнутом, эка невидаль.
Машина же одной граблей наклоняла стебли с колосьями к ножам, чтобы
подрезали, вторыми граблями в это же время скидывала скошенную охапку на
землю, третьими замахивалась, словно высматривая, как половчее, над
очередной порцией колосьев. Жатка-сноповязалка, кроме того, стягивала
подрезанную охапку в сноп. Выходило еще умнее! И разве кто-нибудь
сомневался, что умнее, хотя какой ум в примитивных передачах - цепях,
шарнирах, шестеренках. Где ему там спрятаться, интеллекту? Не блоки памяти
на диодах-триодах, магнитные ленты, лазеры-мазеры. Кто поверит, что
шестеренки вдруг начали действовать самостоятельно, помимо человека и без
всяких АСУ, кибернетики управлялись не хуже, чем выдающийся мастер уборки?
Не поверит никто.
Однако такое однажды случилось, и я могу за это поручиться так же, как
если б все произошло на моих глазах или при моем непосредственном участии.
Подчеркиваю: управлялись не хуже. Вдруг вырваться на свободу и наломать
дров, накрошить черепков способна любая примитивная машина. Что можно
одернуть самым грубым образом даже сложнейшую забарахлившую машину -
стукнуть, а то просто погрозить кулаком, знают все. И что это помогает,
тоже известно.
Студент примерно так и начинал. Ноги отбил, пиная комбайн и по раме
молотилки, и по хедеру, и по ходовым колесам. Считал Студент тогда свой
"Коммунар" зловредным ленивцем и симулянтом... Не только удивительно, а
даже странно, что не вспоминал я ни разу Студента, ведь его история запала
мне в душу и стала как своя собственная. Лежали мы с ним койка к койке в
одной палате с одинаковыми ранениями. Обо всем переговорили, а про комбайн
- бесконечно. Если б выписали меня тогда из госпиталя не на фронт, а в МТС
- косил и молотил бы хлеб, как заправский комбайнер, так изучил я