"Владимир Шатаев. Категория трудности (Спорт и личность)" - читать интересную книгу автора

Кажется, если запустить в него камень, можно пробить дыру...
В этом застывшем, сверкающем снегом и льдом, громадном, давящем
масштабами мире мы всего лишь три мелкие малозаметные точки. Стоит побывать
здесь, чтобы осознать свою бесконечную малость... И все же, как кляксы,
мараем его ослепительную белизну.
Я думаю, как непохож Памир на Кавказские горы, уютные, домашние и
интимные, как окраинные улочки старого европейского города. Здесь же все
огромно и первозданно, все дышит свежестью сотворения. И кажется, будто и в
самом деле только что было изречено библейское: "Да будет свет!"
Здесь теряется чувство расстояния: не поймешь, что далеко, а что
близко. Нет визуальных пропорций - до тех далеких отрогов, которые по правую
руку, ходу окажется час, а до этой близкой вершины, по левую, - сутки.
Только когда тянешься сюда тысячу за тысячей, когда не поймешь, что у тебя
гремит: вещи в рюкзаке или это собственные кости, когда глаза западают в
глазницы и не видать, что справа, что слева... тогда блекнут красоты, а
загадки и парадоксы вовсе не интригуют... Психика идущего сюда имеет лишь
два направления: туда, откуда тянутся его следы, где есть человеческое тепло
и совместимость с жизнью, и в противоположную сторону, где нет ни того, ни
другого...
...Мне повезло - мои мысли направлены только в одну сторону: вниз, где
базовый лагерь... Где Юра Визбор поет свои песни, а доктор рассказывает
анекдоты. Где остался Олег Абалаков и куда с высоты шесть шестьсот спускали
Сашу Воронова.
Они смотрели на нас с откровенной завистью, когда мы с рюкзаками и
ледорубами выходили на этот маршрут. Визбор злился на доктора за то, что тот
не пускал его выше пика Космонавтов... А Олег... Он, кажется, вообще не
вышел из палатки. Тогда я хорошо понимал его - второй сезон неудача. "Пик
Коммунизма не принимает его", - говорили в лагере. Было время, когда Олега
снимали с высоты 7200 метров - заболел, не дотянув до вершины 245 метров...
На этот раз ему удалось побывать только на разведке югозападного ребра, по
которому мы хотели сперва идти к вершине. Когда воз-вращались обратно, он
прыгнул через трещину - простенькую, элементарную - и растянул себе ногу. И
это Олег! Который даже на фоне мастеров скалолазания мог выглядеть как
акробат-виртуоз...
Так что на маршрут выходили мы вчетвером. Это не первопрохождение - мы
идем по пути Евгения Тамма. И если не считать ледника Бивачный, где пришлось
прыгать через крупные трещины и блуждать среди ле-са сераксов - причудливых
ледяных столбов, - пона-чалу все шло довольно гладко.
Часам к пяти, судя по моему альтиметру, перевалили за шесть тысяч. Но
до темноты времени хватало, и мы решили сделать еще рывок, чтобы дотянуть до
плато пика Правды. Здесь, на высоте 6200 метров, отрыли уютную пещерку для
ночевки - копали в охотку, старательно, любовно и весело. Сил хватало!
Казалось, так оно и будет до самой вершины.
Во время ужина Кавуненко, сосредоточенно глядя в кружку с чаем, сказал
Воронову:
- Хочешь, я отгадаю, что у тебя в левой руке? Воронов помолчал и угрюмо
кинул
- Что ж, мне теперь носовой платок из кармана нельзя достать?..
- Злишься?.. В горах не новичок, знаешь, чем такие вещи кончаются.
Лучше сейчас скажи, пока не поздно. Завтра с утра и спустим.