"Майкл Маршалл Смит. И разверзнутся хляби небесные (Оборотни. Антология) " - читать интересную книгу автора

В паб я добрался только к восьми часам и обнаружил, что свободных мест
нет не только на галерее, но и вообще. За столиками сидела, галдела и гудела
разномастная местная публика. Я почему-то всегда называл их битниками,
словечком, которое вот уже больше двадцати лет как вышло из моды. Просто они
всегда казались мне неким анахронизмом. Не могу я поверить в существование
контркультуры - это в девяностые-то годы, когда мы точно знаем, что в один
прекрасный день все эти типы как следует вымоют волосы и пересядут из
раздолбанных "фольксвагенов" в новенькие "форды-сиерра".
Я протолкнулся к стойке бара и стал дожидаться, пока один из
барменов-австралийцев заметит меня. Пока я неуверенно размахивал банкнотой в
надежде обратить на себя внимание, за спиной внезапно раздался громкий крик.
- Эй, ты! Дурь подсыпаешь в пивко, а?
Повернув голову, я увидел парня, который стоял позади меня и орал на
кого-то за стойкой бара, размахивая при этом бутылкой пива. Высокого роста,
коротко стриженный, с большой серьгой в ухе, он говорил - точнее вопил - с
ярко выраженным ньюкаслским акцентом.
Придав лицу самое доброжелательное выражение, я торопливо повернулся к
стойке. Рыжеволосый бармен неуверенно улыбнулся парню с серьгой, не зная,
насколько серьезно следует отнестись к его вопросу. Парень загоготал,
толкнул локтем соседа так, что тот пролил пиво, и снова начал вопить:
- Попался, приятель! В пиве наркотик.
Я было решил, что это крепко поддавший, вроде, человек задорно шутит,
но не был в этом уверен, как не был уверен и бармен. Но тут меня заметила
барменша, и я принялся заказывать "Будвайзер", получать сдачу и все такое.
Заплатив, я отошел от стойки, стараясь держаться подальше от компании парней
лет двадцати пяти, среди которых и стоял возмутитель спокойствия. Все они
громко галдели и неприятно ухмылялись, а их раскрасневшиеся лица блестели от
пота.
Осмотревшись, я отметил, что свободных мест по-прежнему нет, и принялся
протискиваться к длинному столу посреди зала, неподалеку от лестницы на
галерею. Там мне будет удобнее следить за тем, не освободится ли место.
Прошло минут десять, и я уж было решил плюнуть на все и пойти домой.
Встреч у меня здесь ни с кем назначено не было: просто надоело сидеть весь
день в четырех стенах и захотелось немножко развеяться. С собой я взял
книжку в надежде спокойно посидеть и почитать под тихий гул голосов
посетителей паба. А "Дикобраз" для этого вполне подходил. Публика занятная,
атмосфера вполне дружелюбная, можно узнать так много нового и интересного об
астрологии, что и представить невозможно.
Однако в тот вечер все выглядело иначе - и все из-за той компании
парней, столпившихся у стойки. К тому же они были там не одни. Неподалеку от
них стояли еще трое, а другая пятерка тусовалась у длинного стола посреди
зала Они сильно выделялись на фоне обычных посетителей и словно изменили
атмосферу в пабе. Начать с того, что все они громко и одновременно кричали,
явно не слушая друг друга, и на разговор это было совсем не похоже. Какой же
это разговор, если все одновременно кричат? Они отнюдь не выглядели пьяными,
но вели себя весьма развязно, а некоторые даже агрессивно.
В наше время много говорят о насилии по отношению к женщинам, и
правильно делают. В моем романе каждый, кто поднимает руку на женщину,
нарушает правила. Так не поступают. С другой стороны, все, кто в возрасте
двадцати-тридцати лет впервые ввязывается в настоящую драку, воспринимают