"Дмитрий Соболев. Остров (сценарий полнометражного художественного фильма) " - читать интересную книгу автора

позволял улавливать плеск волн и все более удаляющиеся звуки, производимые
буксиром.

На буксире находился всего один человек. Он был молод, не старше
тридцати, высокий и сильный, в длинном прорезиненном плаще с капюшоном. Его
круглое лицо было не брито, а глаза глядели озабоченно. Он стоял за
штурвалом буксира, то и дело, оглядываясь по сторонам, пытаясь разглядеть,
что-либо в густом тумане. Частенько он поглядывал назад, где за кормой
виднелся нос идущей на буксире баржи, груженой углем. Но корпус баржи и
уголь уходили в туман, поэтому вся баржа не была видна находящемуся на
буксире матросу. Звали матроса Тихоном, и он служил шкипером на буксире.
Тихон глубоко вздохнул и недовольно пробормотал себе под нос:
- Фу-ты, ну-ты, лапти гнуты.
Потом нагнулся и достал откуда-то из-под ног металлическую трубу,
воткнул ее в штурвал, так чтобы заклинить его в том самом положении, в
котором он находится. Подергав штурвал и убедившись, что он неподвижен, и
буксир продолжает движение по заданному курсу, Тихон извлек из-под плаща
планшет с картой. Он достал из планшета специальные линейки, предназначенные
для вычисления положения корабля в океане и расчета его курса. Склонившись
над планшетом, Тихон старательно принялся что-то вымерять на карте. Он
считал в уме, морщась и посасывая обгрызенный конец карандаша. Наконец,
вздохнул, удивленно посмотрел на карту и сказал сам себе:
- Фу-ты, ну-ты, лапти гнуты, мы уже часа три как по суше идем.
В этот момент раздался глухой удар обо что-то твердое, потом звук
заскрипевшего от натуги железа и сильный толчок, словно буксир отбросило
назад. Падая, Тихон успел ухватиться за тягу регулирующую ход двигателя
буксира и свернуть ее в положение "СТОП".
- Земля! - истошно заорал Тихон, уже лежа на палубе своего маленького
судна.
Но тут случилось что-то странное. Вдруг протяжно и печально заныла
сирена, но тут же заглохла выключенная чьей-то невидимой рукой. Потом по
палубе буксира быстро-быстро застучали кованые ботинки. Тихон не видел того,
кому принадлежали эти ботинки, так как он, лежа на спине, потирал ушибленный
во время неожиданного падения затылок, но посчитал своим долгом заявить о
присутствии на катере человека, поэтому он закричал:
- Я здесь, мужики! Я здесь!
Кованые ботинки стали быстро приближаться к Тихону. И когда он совсем
уже хотел подняться и поприветствовать жителей материка, Тихон вдруг увидел
склонившегося над ним светловолосого человека лет двадцати в неизвестной
шкиперу, но, несомненно, морской форме. Светловолосый скривил зверское лицо
и закричал на Тихона по-немецки:
- Hinlegen, russisches Schwein (Лежать русская свинья)! - и ткнул в
лицо стволом автомата.
Неожиданно, в том числе и для немецкого моряка, корабль Тихона потряс
второй удар, это врезалась в его корму шедшая на буксире баржа. От удара
немец не удержался на ногах и плюхнулся на спину, выпустив из рук автомат.
Тихон, не долго думая, навалился на светловолосого гостя всем телом и
принялся изо всех сил его душить. Немец пытался сопротивляться, но было
видно, что он слабеет с каждой секундой. Вероятно, это противостояние
закончилось бы трагично для немецкого матроса, если бы кто-то сзади не