"Наталья Солнцева. Сокровище Китеж-града" - читать интересную книгу автора

ароматические свечи. Приду на дежурство, зажгу... мне будет приятнее.
Говорят, призраки огня не любят, он их отпугивает.
- Только не здешний, - засмеялся Гущин. - Дама в красном сама не прочь
со свечой прогуляться по темным коридорам. Если верить слухам, конечно.
- А ты веришь?
- Водочки употреблять меньше надо, Володя, - серьезно ответил Гущин. -
И травку желательно не курить на ночь. Тогда никакие призраки не страшны.
- Я не курю, - обиделся Володя. - И не напиваюсь до чертиков!
Он был помоложе Гущина, поменьше ростом, но крепкий, широкоплечий, с
хорошо развитыми мышцами, и расписываться в собственной трусости ему было
неловко. Но... видать, допекло парня.
Гущин добродушно похлопал его по плечу.
- Ладно, приноси святую воду, - пошутил он. - Вреда не будет. Ты,
главное, сам облейся как следует, охлади горячую головку! Ха-ха-ха! Ха-ха!
Однако слова Володи подействовали на него сильнее, чем он ожидал.
Оставаясь в салоне один, Гущин невольно начинал ощущать беспокойство,
прислушиваться. Сидеть, как раньше, спиной к открытой в коридор двери он не
мог и передвинул кресло ближе к стене. Время от времени, особенно после
двенадцати, охранник чувствовал неприятную тяжесть в затылке, навязчивое
желание оглянуться. Сон пропадал, и ночь напролет Гущину приходилось
развлекаться телевизионными передачами, щелкая пультом и проклиная "нечистую
силу".
В призраки и тому подобную чепуху он не верил, но... береженого бог
бережет.
Однажды под утро, когда Петру с трудом удалось задремать, он увидел
сон - танцовщица в красном шелковом наряде, в золотых украшениях, звеня
браслетами и ритуальными колокольчиками, бродит по салону - из комнаты в
комнату, потом по коридору к комнатушке охраны... приближается к Гущину...
наклоняется... Могильный холод сковывает его члены, сердце замирает, он
поднимает глаза и... вместо прекрасного лица видит белую мертвенную маску,
оскалившуюся в дикой улыбке... Жуткий крик вырывается из его горла, он
дергается, просыпается... и действительно слышит вопль, только женский.
Гущин, все еще сонный, вскакивает, бежит на крики и натыкается в
коридоре на уборщицу Катерину, которая едва не сбивает его с ног.
- А-а-аа-а! - вне себя от ужаса, орет она. - А-а-а-ааа...
Охранник схватил ее за плечи, встряхнул. Глаза Катерины приобрели более
осмысленное выражение, она закрыла рот и жестом показала в сторону подсобки.
- Что случилось? - зло спросил Гущин. - Ты как здесь оказалась?
- Так... утро уже... - стуча зубами, выговорила она. - Я убираться
пришла... сегодня моя очередь.
- Чего орешь как резаная?
- Там... там... - Катерина вздрогнула. - Она...
- Кто - "она"? Где? - еще больше рассвирепел Гущин, чувствуя, как ее
страх передается ему.
- Там...
Охранник побежал по коридору, свернул вправо и оторопел... что-то,
похожее на женскую фигуру в красном, притаилось в углу... Преодолевая страх,
Гущин рванулся вперед и схватил "призрака". У него в руках оказалось красное
кимоно, забытое кем-то из клиенток. От него шел слабый запах духов. Кимоно
было накинуто на подставку в виде дракона, которые стояли в салоне по всем