"Братья Стругацкие. Понедельник начинается в субботу" - читать интересную книгу автора

В трубке что-то бормотали, и гнусаво тянул Мерлин: "...И возле
Лежнева они встретили сэра Пеллинора, однако Мерлин сделал так, что
Пеллинор не заметил председателя..."
- Сэр гражданин Мерлин, - сказал я. - Нельзя ли чуть потише? Я ничего
не слышу.
Мерлин замолчал с видом человека, готового продолжать в любой момент.
- Алло, - снова сказал я в трубку.
- Кто у аппарата?
- А вам кого нужно? - сказал я по старой привычке.
- Вы мне это прекратите. Вы не в балагане, Привалов.
- Виноват, Модест Матвеевич. Дежурный Привалов слушает.
- Вот так. Докладывайте.
- Что докладывать?
- Слушайте, Привалов. Вы опять ведете себя, как я не знаю кто. С кем
вы там разговаривали? Почему не посту посторонние? Почему в институте
после окончания рабочего дня находятся люди?
- Это Мерлин, - сказал я.
- Гоните его в шею!
- С удовольствием, - сказал я. (Мерлин, несомненно подслушивавший,
покрылся пятнами, сказал: "Гр-рубиян!" - и растаял в воздухе.)
- С удовольствием или без удовольствия - это меня не касается. А вот
тут поступил сигнал, что вверенные вам ключи вы сваливаете кучей на столе,
вместо того чтобы запирать их в ящик.
Выбегалло донес, подумал я.
- Вы почему молчите?
- Будет исполнено.
- В таком вот аксепте, - сказал Модест Матвеевич. - Бдительность
должна быть на высоте. Доступно?
- Доступно.
Модест Матвеевич сказал: "У меня все", - и дал отбой.
- Ну ладно, - сказал Ойра-Ойра, застегивая зеленое пальто. - Пойду
вскрывать консервы и откупоривать бутылки. Будь здоров, Саша, я еще забегу
попозже.



2

Я шел, спускаясь в темные коридоры и потом
опять поднимаясь наверх. Я был один; я кричал,
мне не отвечали; я был один в этом обширном, в
запутанном, как лабиринт доме.
Ги де Мопассан

Свалив ключи в карман пиджака, я отправился в первый обход. По
парадной лестнице, которой на моей памяти пользовались всего один раз,
когда институт посетило августейшее лицо из Африки, я спустился в
необозримый вестибюль, украшенный многовековыми наслоениями архитектурных
излишеств, и заглянул в окошечко швейцарской. Там в фосфоресцирующем
тумане маячили два макродемона Максвелла. Демоны играли в самую