"Братья Стругацкие. Понедельник начинается в субботу" - читать интересную книгу автора

надо, товарищ Ойра-Ойра, возможность от действительности, случайность от
необходимости, теорию от практики и вообще...
- Все-таки, может быть, на полигоне...
- Я испытываю не бомбу, - высокомерно сказал Выбегалло. - Я испытываю
модель идеального человека. Какие будут еще вопросы?
Какой-то умник из отдела Абсолютного Знания принялся расспрашивать о
режиме работы автоклава. Выбегалло с охотой пустился в объяснения. Угрюмые
лаборанты собирали свою технику удовлетворения духпотребностей. Кадавр
жрал. Черная пара на нем потрескивала, расползаясь по швам. Ойра-Ойра
изучающе глядел на него. Потом он вдруг громко сказал:
- Есть предложение. Всем лично не заинтересованным немедленно
покинуть помещение.
Все обернулись к нему.
- Сейчас здесь будет очень грязно, - пояснил он. - До невозможности
грязно.
- Это провокация, - с достоинством сказал Выбегалло.
Роман, схватив меня за рукав, потащил к двери. Я потащил за собой
Стеллу. Вслед за нами устремились остальные зрители. Роману в институте
верили, Выбегалле - нет. В лаборатории из посторонних остались одни
корреспонденты, а мы столпились в коридоре.
- В чем дело? - спрашивали Романа. - Что будет? Почему грязно?
- Сейчас он рванет, - отвечал Роман, не сводя глаз с двери.
- Кто рванет? Выбегалло?
- Корреспондентов жалко, - сказал Эдик. - Слушай, Саша, душ у нас
сегодня работает?
Дверь лаборатории отворилась, и оттуда вышли два лаборанта, волоча
чан с пустыми ведрами. Третий лаборант, опасливо оглядываясь, суетился
вокруг и бормотал: "Давайте, ребята, давайте, я помогу, тяжело ведь..."
- Двери закройте, - посоветовал Роман.
Суетящийся лаборант поспешно захлопнул дверь и подошел к нам,
вытаскивая сигареты. Глаза у него были круглые и бегали.
- Ну, сейчас будет... - сказал он. - Проницательный дурак, я ему
подмигивал... Как он жрет!.. С ума сойти, как он жрет...
- Сейчас двадцать пять минут третьего... - начал Роман.
И тут раздался грохот. Зазвенели разбитые стекла. Дверь лаборатории
крякнула и сорвалась с петли. В образовавшуюся щель вынесло фотоаппарат и
чей-то галстук. Мы шарахнулись. Стелла опять взвизгнула.
- Спокойно, - сказал Роман. - Уже все. Одним потребителем на земле
стало меньше.
Лаборант, белый как халат, непрерывно затягиваясь, курил сигарету. Из
лаборатории доносилось хлюпанье, кашель, неразборчивые проклятия. Потянуло
дурным запахом. Я нерешительно промямлил:
- Надо посмотреть, что ли...
Никто не отозвался. Все сочувственно смотрели на меня. Стелла тихо
плакала и держала меня за куртку. Кто-то кому-то объяснял шепотом: "Он
дежурный сегодня, понял?.. Надо же кому-то идти выгребать..."
Я сделал несколько неуверенных шагов к дверям, но тут из лаборатории,
цепляясь друг за друга, выбрались корреспонденты и Выбегалло.
Господи, в каком они были виде!..
Опомнившись, я вытащил из кармана платиновый свисток и свистнул.