"Ф.Д.Свердлов. Ошибки Г.К.Жукова (год 1942) " - читать интересную книгу автора

крупные силы своей авиации, Командующий фронтом не выделял ни одного
истребителя для ее прикрытия с воздуха. Например, 2-4 марта группа вела
тяжелые бои с задачей овладеть Издешково и взорвать железнодорожные мосты
через реки Днепр и Вержа. Все эти дни враг непрерывно бомбил и штурмовал ее
боевые порядки, но ни одного нашего самолета кавалеристы так и не увидели.
4 марта в донесении Белова указывалось: "Последние дни ни одного нашего
самолета. Авиация же противника свирепствует безнаказанно". Лишь 7 марта в
его донесении отмечалось: "10 часов 7.03 появились два наша истребителя,
авиация противника сразу скрылась, идут упорные бои по деблокированию 329-й
сд". И действительно, как только появлялись наши истребители, так
бомбардировщики противника немедленно скрывались. Но все несчастье состояло
в том, что наши истребители почти никогда не появлялись.
В мае месяце, по решению Ставки, к Белову решено было посадить
несколько истребителей. Конечно, наличие истребителей значительно упростило
бы решение задач прикрытия. Больше того, в ходе горячих боев 4-5 мая Жуков
ориентировал Белова, что к нему будет посажено 3-4 полка авиации для удара
по Смоленску, Ярцево и по железной дороге. Но ничего этого не произошло.
Посадить истребители на аэродром не простое дело,
ведь их необходимо обеспечить горючим, соответствующей техникой и
техническим обслуживанием, вооружением и боеприпасами, прикрыть аэродром с
воздуха и зенитными средствами с земли.
Для подготовки аэродрома и обеспечения всех вопросов в указанном деле к
Белову прилетел полковник Агафонов. Генерал Белов приказывает выделить ему
все, чем располагал - две грузовых автомашины, три трактора, два катка, роту
охраны аэродромов, но все это было каплей в море. Агафонов мало, а точнее
совсем не верил в затею посадки самолетов в тылу противника и ругался
страшно. Он говорил, что лишь профан мог додуматься до такой глупости.
Прилетел бригадный комиссар Литвиненко. Они оба с Агафоновым делали, что
могли, и хотя аэродром был подготовлен для посадки истребителей, но для
обеспечения их маскировки и работы ничего не было сделано. Кстати, противник
с 10 мая резко усилил активность своей авиации. Теперь он бомбил и штурмовал
все аэродромы группы Белова днем и ночью.
11 мая немцы бомбили штаб Белова. Генерал вновь настоятельно просил
Жукова прикрыть группу истребителями и доставить ей зенитную артиллерию.
Наконец, на рассвете 12 мая три истребителя Як-1 сели у Белова на
аэродром у населенного пункта Бол. Вергово. Два из них были тут же сожжены
авиацией противника, которая отштурмовав их, сбросила 20 бомб. К вечеру
противник уничтожил и третий истребитель, а заодно сжег деревню Бол.
Вергово. Истребители были уничтожены, но, несмотря на это Белов получил
следующую телеграмму: "Тов. Белову, Щелаковскому.
1. Завтра сядет девятый резервный авиаполк.
2. Сегодня и завтра перебросим 12 крупнокалиберных пулеметов. Через
два-три дня 12 орудий 37 мм.
Жуков Булганин".
Все делалось как-то непродуманно и беспечно. Литвиненко тут же улетел
для исправления недоделок на местных аэродромах.
Командующий фронтом издает приказ за № 264, в котором указывается, что:
"Воздушно-десантная операция по переброске грузов группе генерала
Белова проходит медленно и плохо организована. Посадочные площадки на
территории группы подготавливаются недопустимо медленно. Сбрасывание грузов