"Ф.Д.Свердлов. Ошибки Г.К.Жукова (год 1942) " - читать интересную книгу автора

Клюшки они разожгли точно такие сигналы, какие были в группе Белова, и ТБ-3
приземлился. Когда личный состав понял ошибку, было уже поздно. Началась
перестрелка. Три человека из состава экипажа погибли, а троим все же удалось
пробиться к своим.
Несколько слов о снабжении личного и конского состава продовольствием и
фуражом. Вопрос работы тыла фронта был довольно серьезным и до того, как
группа войск Белова прорвалась в тыл врага. В ходе рейда он приобрел
первостепенное значение. Оставался он очень тяжелым и до конца пребывания
группы в тылу врага. Правда, тыл фронта несколько исправил свои ошибки,
допущенные им до рейда, и, особенно в первые месяцы рейда. Все же он далеко
не справился с работой и не смог наладить снабжение группы Белова. В первые
дни рейда, когда люди и лошади форменным образом голодали, все телеграммы во
фронт с просьбами о снабжении, как правило, оставались без ответа. В крайнем
случае, получались телеграммы за подписью Жукова типа "Жми, действуй
нахальнее, и Вязьма будет наша". Но все равно, все донесения во фронт в
начальный период рейда заканчивались воплем: "Люди, лошади голодают! Белов".
До 18 февраля лишь три раза - 4, 5 и 16 февраля группе было сброшено немного
продовольствия - сухари, чай, сахар, соль, табак и патроны к автоматам. Но
еще труднее было разделить полученные крохи между частями и соединениями.
Хотя был строжайший приказ Белова -продовольствие в первую очередь тем, кто
ведет бой.
Группе сбрасывали и снаряды, но по какой-то причине не все они рвались,
и Щелаковский сообщал в политотдел фронта генералу Макарову: "Больше
половины сбрасываемых снарядов не рвутся". Еще хуже было с заменой зимнего
обмундирования,
когда начал таять снег и потекли весенние ручьи. В это время 2-я гв.
кавдивизия действовала в районе болот и на местности залитой водой. Бойцы
находились по колено в воде, будучи обутыми в валенки, и когда ночью
начинались заморозки, положение еще больше усложнялось. 8 апреля в донесении
Белова сообщалось: "К исходу дня противник занял станцию Вертерхово, 2 гв.
кд с трудом удерживает рубеж Новинка, Вербилово, Ильинка, Селище. Бойцы
совершенно выбились из сил, в мокрых валенках, в плохом обмундировании.
Кожаной обуви нет. Люди лежат в мокрых снежньгх окопах". С лошадьми было не
лучше. Животные совершенно были истощены. Кавалеристы кормили их всем, чем
могли, -молодыми побегами кустарника, соломенными крышами с изб и амбаров,
но это не могло помочь строевой лошади, которая привыкла к регулярному
приему определенной порции овса, сена и прочим условиям сохранявшим ее
работоспособность. В конце концов, лошадь не человек, в группе начался
массовый падеж лошадей. 14 мая начальник штаба группы полковник Заикин в
своем донесении в тыл фронта генералу Виноградову писал: "Фуража совершенно
нет. Лошади голодают, увеличился падеж. Прошу срочно подать овес,
комбикорм".
Хочется привести очень "интересный" документ - ответ Жукова на мольбы
Белова о подаче продовольствия и фуража. Вот этот документ от 16 марта:
"Если местные ресурсы продфуража исчерпаны, то маневрируйте. В большие
бои не ввязывайтесь. Жуков".
Потребовалось более полутора месяцев для того, чтобы ответить на
просьбу - "дайте кушать людям и лошадям!" Было рекомендовано
"маневрировать". Кому и что оно давало? О каких местных ресурсах могла идти
речь, когда население само голодало. Если бы группа начала "маневрировать",