"Алексей Свиридов. Русский вираж (Истребители-2)." - читать интересную книгу автора

поднялся с места, загораживая дорогу идущим.
- Господа! Вам туда нельзя, это нарушение инструкции и правил... - начал
он, но договорить ему не дали. Шедший впереди "переводчик" коротко ударил
Корсара в живот, а следующий за ним длинный и худой парень молниеносным
движением выхватил откуда-то из глубин своей одежды пистолет и приставил
согнувшемуся Корсару к затылку.
- Паслэдний глаз береги, да? - бросил переводчик издевательски,
одновременно с этими словами извлекая из-за пазухи пистолет-пулемет
системы "бизон".
Наверное, будь это какой-нибудь "узи" или "ингрем", Корсар остался бы
спокоен и хладнокровен и действовал бы обдуманно и расчетливо. Но чувства,
которые он питал к "бизону", были особыми: именно это, внешне неказистое,
изделие российской оборонки было его спутником там, в Сербии, и именно
"бизон" помог ему не остаться навсегда в горах Пирина... И вновь, как и
тогда, в его восприятии что-то сместилось, и Корсар был вновь готов
драться насмерть - не отрабатывая несчастные Хомяковы баксы, какой там! Он
видел перед собой врагов, которые не просто осмелились поднять на него
оружие - а его же собственное оружие!!!
Наверное, макаронообразный парень казался себе очень красивым в этот
момент: согнувшийся от боли одноглазый кяфир стоял перед ним почти на
коленях, а он, возвышаясь над сломленным врагом, уткнул ему в затылок
ствол.
И поэтому следующее действие жертвы застало парня врасплох: Корсар,
продолжая оставаться в согбенном положении, резко двинул головой в сторону
- макаронообразный все-таки нажал на курок, и прогремел выстрел, но пуля
лишь чиркнула летчика по уху и выбила из угла между полом и стенкой горсть
пластмассовых осколков. Не обращая внимания на боль, Корсар продолжил
движение всем телом, одновременно разгибаясь и перехватывая локоть
стрелявшего, не давая ему повторить попытку.
Переводчик, успевший шагнуть вперед, начал разворачивать дуло "бизона", но
летчик, перехвативший руку с пистолетом, вновь резко согнулся, теперь уже
по собственной воле. Макаронообразный, качнувшись, взвыл, Корсар помог ему
ногой - и парень полетел вперед. Не успев понять, что произошло,
переводчик рефлекторно нажал на спуск и сообразил отпустить его, лишь
когда штук пять пуль уже сидели в худом.
Самолет вздрогнул - это дернулся штурвал в руках Хомяка, услышавшего
выстрелы за спиной, но Корсару это сыграло только на руку: он сумел
выскользнуть из-под падающего парня и прижаться к правому борту, уходя от
еще одной очереди. В занавеси появилась россыпь дырок, в салоне раздались
выкрики, а потом оставшиеся там четверо открыли ответный огонь.
Они палили сразу из нескольких стволов, били вслепую, через занавеску, и,
падая на пол, Корсар успел увидеть, как опрокидывается навзничь переводчик
и как ударами пуль второго пилота отбрасывает обратно к креслу - только и
успел, бедняга, что вскочить на ноги. Корсар перевалился через труп
худого, и его передернуло от отвращения - из ран продолжала течь кровь,
Андрей вымазался в ней, - и вжался в пол, прячась за мертвецом, как за
баррикадой...
В этот момент раздался еще один выстрел, а вернее два, дуплетом. Звук от
них был мощнее и глуше, чем от предыдущих, и сквозь изрешеченную занавеску
в коридорчик влетели два небольших цилиндрических предмета. Один из них