"В.В.Тараторин. История боевого фехтования: Развитие тактики ближнего боя от древности до начала IX века " - читать интересную книгу автора

каждая первая часть называлась pilus Ряд состоял из трех знамен, а при
знамени было 186 человек За первым знаменем шли триарии - старые бойцы,
испытанные по своей храбрости. За вторым следовали рорарии менее надежные
как по возрасту, так и по нравственным качествам. Наконец, шли
"причисленные" (accensi) - наименее надежный отряд, почему он и был
поставлен в последнем ряду (в этом абзаце речь идет, скорее всего, о ком-то
отдельном построении для охраны знамен - В. Т.).
Когда войско было построено в таком порядке, гастаты прежде всех
начинали сражение. Но если они не могли устоять против неприятеля, они
медленным шагом отступали назад и принципы их тотчас же принимали в
промежутки между своими рядами. Тогда уже сражались принципы а за ними
следовали гастаты. Триарии выстраивались позади своих знамен, вытянув левую
ногу, плечом они опирались на щиты, а копья с поднятым вверх острием держали
воткнутыми в землю, представляя собой боевую линию, как бы защищенную
укреплением. Если принципы терпели неудачу в битве, то они из первого ряда
отступали постепенно к триариям. Отсюда для обозначения крайней опасности
вошло в поговорку выражение "дело дошло - до триариев". Тогда триарии
поднимались с места, приняв принципов и гастатов в промежутки между своими
рядами, образовав, таким образом, сплошную фалангу, как бы загораживающую
все выходы, быстро нападали на неприятеля, не имея уже больше позади себя
никакой поддержки. Для неприятеля этот момент был самый ужасный: преследуя
уже как бы побежденного противника, он вдруг видел, что на него наступает
новый и еще более многочисленный боевой отряд". (Текст приведен по 51, т.
1).
Возможно, в тексте есть неточности. Например, Ливии называет число
манипул в легионе не 30, а 45. Некоторые из приведенных фактов логически не
обоснованы.
Возникает вопрос, а стоит ли серьезно относиться к его сообщениям, если
известна склонность автора к преувеличениям, что хорошо видно на примере
следующего отрывка из описания битвы при Каннах:
"Битва, как водится, началась стычками легковооруженных. Затем вступила
в дело галльская и испанская конница. Но меж рекою и рядами пехоты место для
маневра не оставалось вовсе, и противники, съехавшись лоб в лоб, схватились
врукопашную. На конное сражение это не было похоже нисколько, напротив -
каждый только и старался стянуть или сбросить врага на землю. Впрочем,
странная эта схватка продлилась недолго - римляне быстро ослабели и
повернули назад" (6).
Читая эти строки, можно подумать, что воюют не обученные воины, а дети,
посаженные верхом.
Вот другой пример:
"Враги были еще далеко друг от друга, когда 500 нумидийских всадников,
скрыв под панцирями мечи, помчались к римлянам, знаками показывая, что хотят
сдаться в плен. Подъехав вплотную, они спешились и бросили к ногам
неприятеля свои щиты и дротики. Им велели расположиться в тылу, и, пока
битва только разгоралась, они спокойно выжидали, но, когда все были уже
поглощены боем, внезапно выхватили спрятанные мечи, подобрали щиты,
валявшиеся повсюду между грудами трупов, и напали на римлян сзади, разя в
спину и подсекая жилы под коленями" (6).
Мало того, что нумидийцы были легкой кавалерией, и панцирей, в
подавляющем большинстве, не носили (163), сомнительно, чтобы воин смог спря-