"Фрида Абрамовна Вигдорова. Дорога в жизнь " - читать интересную книгу автора

деле потрудились, так и мне можно.
С виду он все такой же, как в юности: богатырь, быстры и уверенны
движения, те же горячие, как угли, глаза. Страстность - по-прежнему главное
свойство его натуры. Разные есть воспитатели, разные учителя. Семен
воспитывает не уговором, не объяснением, а собою, самой жизнью своей. Это
хорошо, это и плохо. Надолго ли хватит человека, если он вот так, без
оглядки, отдает себя? Да, но ведь он и берет - у жизни, у книги, у людей, у
ребят. Человек, что сидит сейчас напротив с книжкой в руках, - насколько он
богаче того парнишки, что пришел сюда двенадцать с лишним лет назад!
Нет, не впервые заботят Антона Семеновича эти мысли. Отрадно смотреть
на выращенное тобою дерево, на дом, построенный твоими руками. Ну, а если
перед тобою человек, которого ты вырастил? Был бесшабашный парень,
сорвиголова, вчерашний бандит. И вот он теперь - сильный, с большим сердцем
и смелым разумом, облагороженный культурой, книгой. Человек, который сам
воспитывает других, находит и выращивает в них лучшее. Ты привык работать
бок о бок с ним, чувствовать в нем надежного помощника, ты любишь его. И
вот надо с ним расстаться. Такова судьба всех отцов.
Антон Семенович встал, отошел к окну. Тихо. Дом спит. Ничто не мешает
раздумью. Только слышен шелест, когда Семен перевернет страницу.
Однажды уже пришлось расставаться и с ним и с другими... Они уезжали
тогда учиться в Харьков, на рабфак, - первенцы колонии, ее гордость:
Карабанов, Задоров, Вершнев, Бурун... Тогда тоже было тяжело, и казалось,
рана не затянется. Но она затянулась, потому что нет счастья большего, чем
видеть: твои дети нашли место в жизни.
Этот вернулся, он работал вместе с тобой. Но никогда не будет хорош
тот воспитатель, который не действует самостоятельно. Семен работает
хорошо. Но он работает за твоей спиной, думаешь за него ты. Он должен
уехать. Пора!


1

За окном вагона тянулись заводские окраины Ленинграда, потом
безлистные, скучные рощи, поля, покрытые грязноватым мартовским снегом. Я
смотрел на все это, слушал погромыхиванье колес на стыках, а внутри в такт
постукивало: "Скорее! Скорее!"
Наконец Березовая Поляна. За стволами берез, за черными голыми ветками
сквозило серое небо, тропинка под ногами была скользкая и грязная, а я
подумал: "До чего хорошо здесь будет весной!"
Но вот кончилась роща, и передо мною - широкая поляна, огороженная
высоким дощатым забором. Посреди поляны - большой, в три этажа, дом с
башней, построенный просторно и красиво, но белая краска давно облупилась,
стены грязные, облезлые. У входа - будка, но и в будке и вокруг - ни души.
Я прошел на территорию детского дома. Здесь было так же пустынно. Взглянул
на часы - уже двенадцать. "В школе? В мастерских?" - подумалось мне.
Подошел к дому, поднялся по широкой лестнице и открыл первую попавшуюся
дверь. В большой комнате с высоким потолком стояли в ряд кровати, кое-как
покрытые серыми одеялами. На некоторых лежали подушки без наволочек. Я
хотел уже уйти, но тут в дальнем углу что-то зашевелилось. Я обернулся.
Из-под одеяла вылез паренек лет одиннадцати. На совершенно грязном, почти