"Николай Внуков. Компанеевка и дальше (Рассказ)" - читать интересную книгу автора

- Да, да, сейчас, - кивнул я и торопливо начал заполнять листок.
В номере я переоделся, разложил на тумбочке необходимые вещи, включил
свет и задернул занавеску окна.
Шум вечернего Пскова приглох.
Я вынул из портфеля газету и завалился на кровать.
Каждый раз, когда попадал в этот город, я выматывался до изнеможения.
Хотелось единым днем охватить Детинец, Кром, Запсковье, Мирожский монастырь,
глохнущий в тишине кустов, и особенно церковушки. Эти церковушки,
разбросанные по разным углам города, привлекали меня больше всего. Я мог
любоваться ими часами. Удивительная архитектура - теплая, домашняя, я бы
сказал даже - интимная. Белые стены, затертые известью, как бы выглажены
рукой. Простенькие фасады оживлялись двумя-тремя полосками зубчатого
орнамента. Особенно играл этот орнамент на закате. И какие имена: Козьма и
Дамиан с Примостья, Михаил-архангел, Успение у Парома, Василий с Горки...
Первый раз я попал в Псков сразу после войны. Город был страшен. Улицы
едва намечались между обломками зданий. Редкие, бедно одетые прохожие
волокли на детских санках какие-то мешки. В парке на уровне человеческого
роста торчали обгорелые пни, над которыми вились вороны, не зная, куда
присесть... И над всем этим - низкое, медленно текущее серое небо, без
просветов, однотонное, безнадежное. Казалось, ничто уже никогда не встанет
из праха и смятая, поруганная красота древности окончательно развалится под
унылыми дождями и сама превратится в грязь.
Но скоро начали расчищать Довмонтов город, а еще через некоторое время
поднялись из земли древние стены. И вот теперь...
Я развернул газету, но читать не хотелось, и я бросил ее на коврик у
кровати.
Все впечатления дня вдруг закрыла синяя звездочка, серп и молот и
точками разбегающиеся в стороны лучи...
В жизни я видел много разных наколок. Мне было тогда четырнадцать. Я и
три моих школьных друга добыли где-то последний том "Словаря" Ушакова. Там,
в конце, были помещены ходкие латинские изречения. Помню, нас поразила их
краткость. "Когито, эрго сум", "Пер аспера ад астра", "До ут дэс"*. Мы
вызубрили по десятку изречений и при случае, для шика, вворачивали их в свои
разговоры. В конце концов каждый из нас выбрал себе девиз. У меня на левой
руке, на середине кисти - заносчивое: "Пер аспера ад астра" - "Через тернии
к звездам". Жизнь рисовалась нам тогда звездной.
______________
* Мыслю, следовательно существую", "Через тернии - к звездам", "Даю - и
да воздашь" (латинск.).

И тут меня будто подбросило на кровати.
Я вскочил, нашарил ногами тапочки и сел к столу.
Новочеркасск! Вот где была синяя звездочка с разбегающимися лучами.
Новочеркасск... Нет, Новочеркасск - город, а там было что-то вроде местечка.
Дальше, западнее... Стоп, стоп, как же оно называлось? Какие там были
поселки? Запомнились Апостолово, Лихаревка, Зеленое. Нет, нет, что-то на
"К"... Был, кажется, Казанок, потом Купреево, Константиновка... Нет, что-то
такое общее, объединяющее, компанейское...
Компанеевка!
Конечно, это была Компанеевка. Именно Компанеевка. И еще имя и фамилия,