"Дмитрий Володихин, Игорь Черный. Бургундское вино, миланская сталь, брабантские кружева..." - читать интересную книгу автора

детским восторгом они делятся с читателями своими этимологическими
изысканиями, лукаво жонглируя словами, играя на их смысловых оттенках. Но
как бы ни менялась эпоха и исторические реалии, во всех этих произведениях
Олди развивают одну общую метатему: распад, разрушение политеистических
систем верований, уступающих место монотеизму с единым Богом, и, как
следствие этого, ожидание прихода Мессии.
Наиболее монументальным произведением в этом плане является трилогия
"Черный Баламут", основанная на священном эпосе индусов "Махабхарата". На
первый взгляд, главный герой здесь - новоявленный Господь Кришна, пришедший
провозгласить некую абсолютную Идею, пропеть "Песнь Божью". Но если
присмотреться повнимательнее, становится очевидным, что основная идея цикла
антиклерикальная. Боги индуистского пантеона, действующие на страницах
романов Олди, - это не более чем раскрашенные статуэтки или, точнее,
марионетки из классического индийского кукольного театра. Их дергает за
ниточки жестокий и мрачный Кукловод, а они, в свою очередь, пытаются
проделать то же самое с людьми. Однако люди отчаянно сопротивляются, не
желая жить по указке сверху. "Черный Баламут" - яркая костюмная драма,
напоминающая по размаху замысла, пространственно-временного охвата и
богатству декораций крупнобюджетные голливудские блокбастеры вроде "Трои"
или "Клеопатры". По признанию специалистов, в первую очередь самих
кришнаитов, многие детали в трилогии выписаны с небывалой долей реализма,
какого-то мистического прозрения, словно авторы знакомились с потайными,
сокровенными текстами "Махабхараты", которые либо не дошли до нас, либо
хранятся за семью замками у брахманов.
Среди многочисленных историко-фантастических романов Андрея Валентинова
собственно фэнтезийными можно считать книги "Серый коршун", "Диомед, сын
Тидея" и дилогию "Ория" ("Нарушители равновесия" и "Если смерть проснется").
Пожалуй, Валентинов один из немногих авторов, профессионально разбирающихся
в истории и пишущих, что называется, "со знанием дела". История для него не
самоцель, не экзотическая декорация, а естественная рама для сюжета,
практически ни на йоту не грешащего против духа и буквы воссоздаваемой
эпохи. Будь это Микены XIII века до нашей эры, гомеровская Эллада или
условная Древняя Русь - Валентинов всегда добросовестен, следуя заветам
Вальтера Скотта. То есть главное для него - исторически правдивые характеры,
действующие в привычной для них обстановке. Фэнтезийно-волшебный элемент в
названных книгах вторичен. Все мифологически-фольклорные существа,
присутствующие на страницах "Серого коршуна", "Диомеда", "Ории", при желании
могут быть истолкованы как грезы главных героев, навеянные теми или иными
обстоятельствами их жизни.
К временам совсем уж легендарным, "допотопным" обращаются Святослав
Логинов и Ник Перумов в романе "Черная кровь", а также Дмитрий Володихин в
"Детях Барса", Александр Золотько в "Играх богов". По словам Логинова и
Перумова, они хотели написать "фэнтези каменного века". Отталкиваясь от
славянской мифологии, эпоса и этнографии других народов: якутов и мордвы,
австралийцев и индейцев Южной Америки, соавторы воссоздали причудливый мир,
в котором человек только-только начинал выходить из дикого состояния. Мир,
где наряду с мамонтами, диатримами, саблезубыми тиграми с людьми соседствуют
древяницы, лешие, жуткие мангасы, карлики, кот Баюн, баба Йога. Впрочем,
знание конкретного историко-мифологического материала оставляет желать
лучшего.