"Теннесси Уильямс. Рассказы, Эссе" - читать интересную книгу автора

А она все сидела у окна, с комом в горле, и ждала: вот-вот придут
слезы, она выплачется, и ей станет легче. Если же слезы не шли, бдение ее
иной раз длилось до утра, покуда это болезненное беспокойство не проходило
само собою.
В ту весну она взяла у Керка значок его студенческой корпорации*, но
после этого в жизни ее мало что изменилось. Все так же ходила она на
свидания с другими. Шла почти с каждым, кто и куда бы ее ни пригласил, а
если Керк сердился, даже не пыталась ему объяснить, какое жгучее
беспокойство толкает ее на это: просто целовала его, покуда он не умолкал,
готовый простить ей все, что угодно, чуть не любую ее выходку.
______________
* В данном случае - символ обручения.

С юности - нет, пожалуй, с отрочества Майра писала стихи, но только
изредка. А в ту весну это стало для нее постоянной потребностью. Она сделала
открытие: если волна необъяснимого беспокойства взмывает так, что нет сил
его вынести, стоит взяться за перо, и на душе становится легче. Отдельные
строчки, рифмованные двустишия, а порою и целые строфы вдруг вспыхивали у
нее в мозгу, отчетливые и законченные, словно картинки, отбрасываемые на
экран волшебным фонарем. Красота их ошеломляла ее - порой это было сродни
религиозному экстазу. Она застывала на месте, из груди вырывался вздох. И
всякий раз казалось: еще немного, и ей откроется новая, дотоле неведомая
область человеческой мысли. Чувство такое, будто стоишь на самой грани
огромного, объятого мраком пространства, и оно вот-вот расцветет чудесным
кристаллом света - совсем как бальная зала: за мгновение перед этим темная,
она вдруг озаряется солнечно-ярким сверканием хрустальных люстр и бра,
отражаемым зеркалами и до блеска натертым полом. В такие минуты она
выключала свет в комнате и бросалась к окну. Когда она смотрела на
темно-багряный город, на белоснежный купол главного корпуса, высящийся над
остальными зданиями, или же, как зачарованная, слушала взлетающие над тихими
улочками голоса - то грустные напевы, то хохот мчащихся на велосипедах
парочек - приоткрывшаяся перед ней красота уже не причиняла жгучей боли,
непонятное умиротворение нисходило на нее, словно вдруг разрешился какой-то
мучительный вопрос и жизнь сразу стала гораздо проще и приятней.
"Слова - это сеть, которою ловят красоту!"
Фразу эту она записала на одном из последних листков тетради, во время
лекции о финансовых полномочиях конгресса. Был конец апреля; в тот день она
поняла, чего хочет, и с тех пор необъяснимое смятение уже не так терзало ее.

В кружке любителей поэзии, куда входила Майра, был один юноша, звали
его Гомер Столлкап. Он был влюблен в нее - уже год или больше. Майра
догадывалась об этом по тому, как он поглядывал на нее во время занятий
кружка - только там они и виделись. Гомер никогда не смотрел ей прямо в
глаза: скользнет по ней взглядом и все: но по его лицу и даже по напряженной
позе - он сидел, сжавшись, обхватив руками колени - она понимала: он ощущает
ее присутствие, Гомер никогда не садился с нею рядом или напротив нее
(стулья обычно были расставлены кружком), и она сперва даже решила, что он
ее недолюбливает, но постепенно поняла, что робеет он совсем по другой
причине.
Гомер не входил ни в одну из студенческих корпораций. Чтобы платить за