"Лев Жданов. Грозное время (Роман-хроника 1552-1564 гг.) " - читать интересную книгу автора

Четвертый Боголюбивый широкие, гордые планы светлой юности...
"Третий Рим" и кончается на днях взятия Казани, на этих лучших
страницах русской истории XVI века.
В настоящем романе-хронике дальше развертывается свиток жизни царя
Иоанна. Печальная хартия, где каждая строка рдеет кровью, отравлена запахом
тления, запятнана гноем разврата и падения могучей, большой человеческой
души.
Но и эти страницы старался я чертить с возможным равновесием духа,
не позволяя своей возмущенной человеческой душе подсказывать
беспристрастному уму слишком скорые и жесткие слова бесповоротного
обвинения.
Так я старался. Но "еже писах - писах"... То написано. Отдаю
теперь людскому вниманию мой труд. Жду приговора над ним.

Лев Жданов

Часть I Царь Грозный и царек Симеон

Глава 1 Годы 7060-7061 (1552-1553) 11 октября - 23 июня

Взятие Казани, покорение царства Казанского!..
Больше трех веков тому назад юный царь Иоанн IV, прозванный в народе
Боголюбивым за свою набожность, - выполнил, наконец, задачу, завещанную
26-летнему царю его отцом, и дедом, и прадедом: взять юрт Казанский,
овладеть ключом, открывающим путь к Волге-реке, простор которой был
необходим для Московского царства, еще юного, неокрепшего, но растущего не
по дням, а по часам, подобно богатырям старорусских былин.
И сейчас еще в народе не умерли отзвуки этого события, звучат отрывки
песен о "Казанском славном взятии"... о "царе Иване Василиче, покорителе
Казани", который в октябре 1552 года овладел "юртом неверных татар
Казанских".
И невольно отголосками былой гордости и восторга наполняется грудь
старика-крестьянина, поющего "сказание", и грудь мыслящего, культурного сына
великой народной семьи всероссийской, когда он пробегает взором строки
старинной песни, созданной так давно, но оживленной снова станками
скоропечатных машин.
Можно легко представить, какой восторг и живую радость испытывал сам
царь, когда, после долгой осады и кровопролитных боев, вслед за последней
резнею - пала твердыня мусульманская, стоящая помехой на пути для целой
Руси, и сдался в полон последний царь Казанский.
Что переживало войско московское, целую осень зябнувшее в грязи, под
дождем!.. Какое ликование началось здесь, когда рати вступили в богатый,
большой, хотя и полуразоренный осадою город и уснули на мягких постелях,
вместо мокрой соломы, брошенной в грязи, в сырых, намокших от непогоды
шатрах военного лагеря... Еще больше ликовал, веселился шумнее народ
московский, вся земля русская, когда дошли сюда первые вести о взятии
Казани, опережая торжественное шествие победителя-царя, возвращающегося
домой, к своему престольному граду Москве, к жене любимой, к первенцу-сыну,
рожденному царицей Анастасией совсем недавно, пока царь еще воевал с
врагами.