"Последняя Баллада" - читать интересную книгу автора (Высоцкий Михаил)

Глава 1 ОРИЕНТИРОВКА НА МЕСТНОСТИ

— Это я добрый? — Возмущение Олега не имело границ. — Промми, посмотри на меня внимательно. И скажи: я похож на благородного Конана-варвара? Или Геракла? На худой конец — Тесея, Персея или Одиссея?!

— Не очень, — честно признал его собеседник, присмотревшись к самой заурядной внешности верховного вампира.

— Тогда посмотри внимательно: может, у меня за спиной крылья выросли, нимб над головой, а сам я весь в перьях, белый и пушистый?

— Тоже нет, — вынужден был признать тот, кого Олег называл Промми.

— Тогда у меня, наверно, на лбу написано: «Спасаю миры, обращаться всем желающим»? Или, может, у меня значок па груди: «Хочешь спасти мир? Спроси меня как!»

— Нет, такого нет.

— Да неужели? И объясни мне тогда, Промми, простым человеческим языком: кто тебя так жестоко обманул, посоветовав обратиться ко мне за помощью? Кто совершил подобную глупость, назвав меня, верховного вампира, кровососа с тысячелетним стажем, добрым?

— Олег, я тебя знаю уже больше двух тысяч лет…

— Извини, Промми, я тоже рад с тобой встретиться, но не кажется ли тебе, что такое «приглашение» было несколько бестактным с твоей стороны? Между прочим, еще пять минут назад я тихо-мирно жарил своей любимой жене омлет, и, выдернув меня в эту чащобу, ты несколько нарушил мои планы на сегодня!

— Извини, Олег, ты же знаешь, со времен Александра я больше не имею власти в твоем мире…

— Но это не помешало тебе бесцеремонно влезть в мою жизнь!

— Олег, выслушай же ты меня наконец!

— А я чем, по-твоему, занимаюсь? — удивленно спросил Олег, — Промми, я тебя внимательнейшим образом слушаю. Итак?

— Олег, ты совершенно не изменился! — обреченно вздохнув, заметил собеседник вампира, — Все такой же бесцеремонный — что с людьми, что с богами, что с последним из титанов… И почему ты взял себе это странное наименование — «святой»? То, прошлое, намного лучше отвечало твоей натуре…

— Давай еще вспомним, как мы с Исидкой и Герми на Крите выпивали! Промми, ты к делу когда-нибудь перейдешь или так и будешь прошлым ворочать?

— К делу… Что же, Олег, ты прав. Только скажи, что ты знаешь про огонь?

— Огонь? — Олег для вида задумался, — Огонь — это совокупность раскаленных газов, выделяющихся в результате химической реакции, протекающей…

— Олег! Хватит! Ты невыносим! Ты прекрасно понял, что я имею в виду: что ты знаешь про мой Огонь, про Огонь Прометея?

На этот раз Олег задумался по-настоящему.

— Точно не уверен, — наконец признался он, — но предполагаю, что это некий магический артефакт. Больше ничего не могу сказать, ты, даже выпивши, никогда про него не рассказывал. Но, судя по реакции твоего племянника, нечто весьма ценное…

— О да! Бесценное! Олег, то, что люди называют Огнем Прометея, — суть и смысл бытия, безграничное сосредоточение мощи мириадов миров, сердце самого сущего!

— Да ну? И чтоб Зевс позволил у себя украсть такую игрушку? В жизни не поверю, тот еще скряга был!

— Огонь Прометея никогда не принадлежал Зевсу, Олег. Он был доверен мне самим сущим, я был первым хранителем Огня.

— Угу, и поэтому его назвали в твою честь… Пром- ми, хватит сказки рассказывать. Ты к делу переходи. Причем давай по-быстрому, меня жена ждет, я ее не предупредил, что в соседний мир опять отлучаюсь… Сказки про «животворящий огонь» птицам рассказывай.

— Олег, но это не сказки! Огнем Прометея называется камень размером с куриное яйцо, прочнее алмаза и чище горного хрусталя! Этот камень никогда не знал жара земных глубин, его не скрывали толщи горных пород, он не вымывался оттуда речной водой! Огонь Прометея принадлежит высшему миру, миру богов, но он не родился из людской веры, а сам был сотворен тканью бытия!

— Короче, Склифосовский! — перебил Олег.

— Если короче, то Огонь Прометея обладает властью делать людей богами.

— И всё? — скривился Олег, — Между прочим, я знаю пару человек, которые и без всяких камней на небо попали. Да мне и самому делали такое предложение, только вот как-то земную твердь привычнее топтать, чем по облакам шляться…

— Нет, не всё: кому, как не тебе, знать, что сила богов — в людской вере. Этот же камень дарует мощь вне зависимости от того, веруют в тебя или нет! И точно так же он может лишать силы даже самых могучих богов! Олег, это ключ к всевластию! Завладевши Огнем Прометея, каждый может стать равным по силе прародителю всех богов, самому Хаосу! Каждый, Олег! Представь, что станет с миром, что станет со всеми мирами, если этот Огонь попадет не в те руки!..

— А те они или не те, кто будет определять? Остынь, Промми. Не горячись. Можешь считать, что я проникся глубинной сутью нависшей над миром беды. Теперь осталось только услышать имя того злого дяди, что задумал нехорошо подшутить над нашей вселенной, превратив ее в веселое местечко.

— Это самое страшное, Олег. Немало рук тянулось к Огню Прометея, но никто и никогда не был так близок к достижению своей цели. На этот же раз за ним начал свою охоту тот, чьи имена суть синоним зла… Самый страшный и самый великий враг…

— Да ну? Неужто Моргот? Да нет, вроде этого гада Зинка прищучила. Может, Азат-Тот или Ктулху? Тоже не думаю, господа из нефритового замка еще нескоро оклемаются… Безымянный дух из Китежграда шалит? Тоже вроде победили…

— Олег, те, кого ты называешь, — лишь жалкие слуги истинного владыки зла. Имя же ему — Люцифер! — Пауза, — Ты почему смеешься?

— Рассмешил! — улыбнувшись, покачал головой Олег, — Промми, ты столько лет прожил, а все еще в сказки веришь? Люцифера не существует! Светоносный павший ангел, что стал князем тьмы, — байка!

— Нет, Олег, он существует на самом деле! — убежденно возразил Прометей.

— Ну конечно же существует! А еще существует Черная Рука, которая ворует маленьких и непослушных детей, и спрятаться от нее можно только под одеялом, существуют зеленые человечки на больших летающих тарелках и существуют моральные политики. Промми, Люцифера нет — это сказка, небылица, байка, небывальщина. Это говорю тебе я, вампир, который пил на брудершафт с Исидой Египетской, чокался со старым Одином, напивался со старым пьяницей Перуном и пил воду из горного ручья под мудрые речи Заратустры. Это заверяет тебя Олег, воевавший с атлантами и гиперборейцами, победивший Змия Горы- ныча и сразивший Ктулху.

— Но именно Люцифер мечтает завладеть Огнем… — уже не так уверенно заявил Прометей.

— Как же с вами, титанами, тяжело… — вздохнул Олег, — Ну хорошо. Пусть будет Люцифер — мне-то какая разница? Это даже лучше — всегда мечтал встретить врага, которого на самом деле не существует. С галлюцинациями мне еще не доводилось воевать. Что дальше? Если ты такой умный, зачем меня вытащил в этот дикий лес, отправил бы сразу к черту на кулички… В смысле к Люциферу в ад, я бы там все скоренько устроил — и домой…

— Не все так просто, Олег… Выслушай же историю Огня Прометея, какова она была на самом деле! И Ураном прошу — не перебивай! Уважь старого титана…

— Давай свою сказку. Мне лапшу на уши уже давно никто не вешал, — махнул рукой Олег.

— В давние времена, когда мир был юн… — начал было Прометей, но, присмотревшись к задремавшему Олегу, решил историю несколько укоротить. — Как я уже говорил, Огонь Прометея был доверен мне на хранение самим сущим. Но носить с собой столь ценный дар я не мог, это означало подвергать его лишней опасности. Потому я занялся поисками места, где Огонь был бы в безопасности, и я нашел его. Этот мир. Он не такой, как все, Олег, он исключительный, он расположен вне основной цепи миров. Мой путь сюда был открыт волею Провидения, и я навеки связал себя с ним, оставив тут часть себя…

— Угу, то-то орел за пару веков так и не смог твою печень выклевать, она у тебя тут валялась… — тихо прокомментировал Олег, не стесняясь, что Прометей его прекрасно слышит.

— Именно здесь я схоронил Огонь и, дабы обезопасить его, создал Орден Хранителей[1]. Я бродил по мирам в поисках людей, чистых помыслами, и лучших из них приводил сюда. Они переняли эстафету, именно они стали новыми хранителями Огня — священной реликвии, что тысячи лет озаряла своей благодатью твердыню Ордена!

— Промми, ты же знаешь, как я пафос ненавижу? — не выдержал Олег, — Можешь фактами ограничиться? Группой лиц иномирного происхождения производились мероприятия по обеспечению безопасности порученных им материальных ценностей. Я уже понял. Что дальше?

— Но опустилась на эту благодатную землю тень зла, и проросло тут семя ненависти — нашлись среди потомков первых Хранителей недостойные, что открыли путь в этот мир иным существам. Существам, родственным самой тьме, — химерам и сиренам, гидрам и минотаврам, гарпиям и гесперидам, горгонам и грайям…

— Тролли и гоблины, орки и черепахи, — продолжил Олег.

— При чем здесь черепахи? — переспросил титан.

— Вот и я тоже думаю, при чем здесь черепахи… — задумчиво пробормотал вампир, — Промми, ты мне собираешься всех местных тварей перечислять?

— Но самыми страшными среди тех, кто пришел в этот мир, были…

— Люди. Сам знаю. Давай дальше.

— Но не в силах тьмы было сломить твердыню Хранителей, прекраснейший из городов, что был когда-либо воздвигнут под этими небесами…

— С учетом того, что, по твоим словам, других городов тут не было, не впечатляет… — зевая, буркнул вампир.

— Олег! Дай же мне закончить!

— Я разве тебе мешаю? Заканчивай давай — сколько тебе еще часов надо?

— Хочешь покороче? Да будет так. Долгие годы силы тьмы не могли взять твердыню Хранителей, потому что были разрознены. А недавно среди них появились загадочные существа, что своими речами и сладкими посулами сумели объединить тысячи и тысячи племен в одну единую армаду, и сейчас с четырех сторон света величайшая из армий сего мира приближается к твердыне Хранителей. И ведет их сила самого Люцифера, сила той тьмы, что задумала похитить Огонь…

— И ты, Промми, хочешь, чтоб я всех этих нехороших редисок остановил? Так сказать, стал на страже справедливости, личным геройским примером подвигнув Хранителей на подвиги? — саркастически поинтересовался вампир.

— Нет, Олег, — горько вздохнул Прометей, — Твердыня Ордена Хранитедей падет. Ничто не может противостоять силе Светоносного. Ни ты, ни кто другой не сможет остановить этот смертоносный поток. Я жду

от тебя иного — ты должен найти и спасти Огонь до того, как он попадет в руки врага!

— Уже интересней! — приободрился Олег, — Ты хочешь, чтоб я, вампир из другого мира, проник в твердыню верных тебе Хранителей, которым ты сам же поручил их службу, украл у них главную драгоценность и смотался, оставив Орден на верную гибель от рук ужасного врага? Вот это я понимаю, благородный поступок! Может, даже соглашусь!

— Не язви, Олег. Ты думаешь, мне самому не больно? Хранители — мои дети, и, принося их в жертву, мое сердце разрывается от боли! Но я не могу их спасти: рожденный в этом мире не может покинуть его границ — это закон мироздания, и не в силах титана его изменить! Что же касается Огня… Олег, понимаешь, дело в том, что он пропал.

— Огонь Прометея? — переспросил Олег. — Главная местная достопримечательность, за которую здесь все так трясутся? Взял да и пропал? И никто ничего не заметил? Да, весело у вас тут, ты знаешь, мне это все больше и больше начинает нравиться…

— Огонь Прометея до недавнего времени хранился в Храме Хранителей, — сухим канцелярским голосом поведал титан, уставший от язвительности Олега, — Доступ в Храм в обычное время свободен, в военное время Храм закрывается для всех, кроме трех верховных священнослужителей, трех Наместников. Именно от них мне стало известно, что Огонь исчез с алтаря: мои силы ограничены, я лишь жалкая тень от титана Прометея, сына Урана и брата Кроноса, и лишь через верных мне людей я узнаю все новости. Где ныне пребывает Огонь — неведомо, но он не покидал пределы твердыни, и ты должен его найти. У тебя есть дюжина дней, Олег: на тринадцатый день после нынешнего войска Люцифера подойдут к цитадели Ордена Хранителей. Найдя Огонь, ты должен доставить его мне. И даже не пытайся одолеть вражескую армаду: не в моих силах приказать тебе, но ты лишь бесславно сгинешь, ибо твои силы ничто по сравнению с мощью владыки ада!

— Вот так бы сразу! — довольно кивнул Олег, — Ребята опростоволосились, кто-то прямо у них из-под носа одолжил большую ценность, и, пока эта самая ценность не попала к плохому дяде, добрый вампир Олег должен восстановить справедливость и вернуть ее законному владельцу. Просто и ясно, Промми, считай, что я согласен. Или я еще чего-то не знаю?

— Понимаешь, Олег… — смутился титан, — Дело в том, что… Темные, которые объединили племена нечисти… слуги Люцифера, главные враги Ордена… они вампиры. И вампиры тут считаются едва ли не главными врагами человека…

— Все понятно, — ни капли не расстроился Олег, — Помимо всего прочего, ты меня направляешь в местное логово вампироборцев и вампироненавист- ников. Просто чудесно — всегда любил наставлять людей на путь истинный, объясняя предельно важное место вампиров в биосферной экосистеме. Я так понял, союзников среди местных можно даже не искать?

— Увы. Но, Олег, ты пойдешь не один, только скажи — и я призову к тебе на помощь всех, кого ты только пожелаешь!

— Ух ты, класс! Объяснять им потом, чего они тут делают и почему должны мне помогать, как я понимаю, полностью придется мне? Что же, ничего другого я от тебя не ждал. Давай прикину, кто в таком дельце мне может пособить. Зинку, что ли, позвать, жену мою, любимую… Не, не стоит. Богатырей… Нет. Дельце предстоит интересное, и команда нужна ему под стать. Эх, жалко Алистина убили, прикольный был мужик, интересную накатал автобиографию… Ладно, Промми, знаешь что — давай сюда Машку, Хара и Йосю.

— Кого? — не понял титан.

— Ну ты даешь! Таких личностей не знаешь! Ладно, шлю мысленный образ — получил? Вот их и призывай, в такой компании и Люцифер не страшен…

— Я понял, Олег. Призываю…

Никаких спецэффектов не последовало — просто на той же лесной поляне, рядом, в десяти шагах, возникли три человека. Полная рыжеватая девушка среднего роста в длинном платье, парень неопределенного возраста в черной коже с металлическими шипами и огромный, двухметровый гигант в монашеской рясе, с толстым посохом и седой бородой до пояса.

— Кого я вижу! — радостно улыбаясь, Олег пошел им навстречу. — Какие люди в Голливуде! Вот так встреча, кто бы мог подумать!

А пока девушка и парень ошарашенно оглядывались по сторонам, пытаясь понять, как они здесь оказались и что вообще творится, гигант, крестясь своим огромным посохом, зычным басом на весь лес провозгласил:

— Во имя Отца и Сына и Святого Духа, сгинь, бесовское отродье! Изыди, нечисть проклятая, Господи, прости меня, грешного, за помыслы мои.

— И я тоже рад тебя видеть, святой отец, — кивнул Олег.

— Олег?! — удивленно воскликнула девушка. — Бог ты мой, это ты? Как же я давно тебя не видела… Но где мы? И что это за странное полупрозрачное существо висит в воздухе?

— Не поминай имя Господа всуе, дитя мое! — перекрестив девицу, тоном проповедника заявил гигант, — А ты, отродье бесовское, нечистое, ответ держи: в какие такие дьявольские козни на этот раз затащил ты души сии грешные?

— Так это что, не вызванные переутомлением галлюцинации? — подал голос и молодой парень, — Это что, реально? Олег, это ты или дисфункциональный бред моего подсознания?

— Ребята, как же я рад вас всех видеть! — улыбаясь, развел руками вампир, как будто обнимая всю троицу, отчего гигант на всякий случай еще раз перекрестился, — Давайте я вас сначала познакомлю. Сударыня, позвольте вас первой представить — прошу любить и жаловать, Мария Ловат, можно просто Машка или Машуня. Милейшее создание, можно даже сказать, ангел во плоти, добрая, нежная и ласковая! Ум, честь и совесть нашей эпохи, а заодно и красота! Сей достойный муж — отец Иосиф Киану Арторийский, святейший человек! Исповедаться али по вопросам веры — это к нему, просветит так, что мало не покажется! Вот этот, без лишнего преувеличения, богатырь, — все невольно покосились на отца Иосифа, пока не дошло, что Олег имеет в виду стоящего рядом парня отнюдь не богатырской внешности, — Игорь Харлей, для друзей просто Хар. Настоящий рыцарь двух колес, гений железа и… и не только. А вот это, познакомьтесь, «висит полупрозрачный», как Машка метко заметила, — титан Прометей, вы про него слышали. Винов… Первопричина всех наших бед… того, что мы встретились тут все вместе, чтоб совершить по-настоящему благое дело! Ах да, сам не представляюсь — думаю, что вы все меня хорошо или не очень, но знаете…

— Господи, прости меня, грешного, за слова мои, прости заблудшую овцу и сопричти избранному Твоему стаду… Ты, нечисть проклятая, не смущай души грешные своими посулами бесовскими! Благое дело твое в ад мостит дорогу! — уверенно заявил отец Иосиф, уперев свой громадный посох в грудь вампира.

— Святой отец, вы совершенно правы! Именно что в ад! Промми, дуй сюда, перескажешь еще раз свою историю. А хотя нет — давай так, я буду рассказывать, а ты только кивай, чтоб никто не подумал, что злой и нехороший вампир Олег их обманывает! Значит, дело обстоит так: большая редиска по имени Люцифер захотел стать еще большей редиской…

Отец Иосиф тут же навострил уши, да и Хар с Марией слушали Олега предельно внимательно, даже не замечая, что Прометей время от времени качает головой, не в силах воспринять слишком уж вольную интерпретацию нависшей над миром беды.

— Круто! — первым отозвался Хар, когда Олег закончил свою историю. — И вот это настоящий Прометей? А мы по-настоящему в другом мире? А там настоящие тролли и гоблины? И мы встретим настоящих рыцарей? И совершим настоящий подвиг? И…

— Полный отпад, — скривившись, согласилась с ним Мария.

— Господи, прости меня, грешного, что с сим бесовским отродьем нечистым дело имею, но, коли Божьей милостью в сих краях стезя меня вывела, Господним благословением, дети мои, суждено мне наставлять нас на путь истинный… — перекрестив всех и вся, включая никак не отреагировавшего на это вампира, заключил великан.

Довольный Олег повернулся к полупрозрачному титану, висящему прямо в воздухе.

— Вот видишь, Промми! Я же тебе говорил — это лучший отряд, который только можно придумать для такой цели! С таким можно и в огонь, и в воду, и в пасть дракона, и в логово Ордена Хранителей! Может, теперь вернешь меня домой, а они и сами справятся? Нет? Ну нет так нет, попробовать никогда лишним не бывает. Ладно, давай подробности. Где нам эту самую твердыню Ордена отыскать? Надеюсь, не на другом конце материка, а то перспектива шляться по местным чащобам меня не очень привлекает. И давай особые приметы своего Огня, а то боюсь, если у местных начну расспрашивать: «Вы не знаете, как ваша местная пропащая достопримечательность выглядит» — могут неправильно понять.

— Твердыня Ордена Хранителей в десяти лигах к закату — ближе я не мог открыть путь в иной мир, ибо лишь тут, в священном лесу, даны мне остатки былой силы. Огонь же Прометея ты ни с чем не перепутаешь, Олег, ибо сверкает он божественным сиянием! И нет ничего прекраснее ни в одном из мириадов миров, что составляют сущее!

— Все понял, — заключил Олег, — Искать светящееся куриное яйцо — ребята, святой отец, запомнили? Промми, последние наставления на дорогу не желаешь дать? Место встречи изменить нельзя, как я понимаю, так что свидимся здесь не позднее, чем через дюжину дней — верно?

— Я сожалею, что не могу открыть вам большего, ибо тяготеет надо мной закон Великого Равновесия, но я буду ждать вас денно и нощно… — заверил титан, растворяясь в воздухе.

— Ну и хорошо. Машка, ты же у нас главный следопыт — дорогу чуешь? Вот и веди, мы — за тобой.

Девушка кивнула и, не задавая лишних вопросов, уверенно пошла вперед, чутьем лесного хищника находя лазейки в самых густых буреломах. За ней с проворством истинного вампира последовал Олег, а за ним и отец Иосиф с Харом потянулись. Монах-вели- кан, прошибая своей широкой грудью торную тропу, на ходу читал молитвы, выпрашивая Божьего благословения на святое дело, время от времени незаметно крестя Олега в пустых надеждах, что вампир от святого символа по ветру развеется. А вот молодому парню тяжелее всего приходилось: мало того, что его каждая ветка норовила по лицу ударить, так еще и никак не удавалось умерить свое любопытство.

— Олег! — не выдержал наконец он, догоняя вампира, — А почему ты говоришь, что Мария — главный следопыт? У нее что, бол ьшой опыт? Или она здесь уже была? Она как-то не похожа на следопыта, такая милая девушка… Хотя идет красиво…

— Была? Да нет, наверно, тут дело в другом. Машка от природы… разными талантами наделена. Вот представь себе, Хар, что ты летел из Парижа во Владивосток и где-то, то ли над Сибирью, то ли над Гималаями, то ли в салоне самолета случайно потерял пуговицу, что оторвалась от рубашки. Через десять лет совершенно случайно, проездом через Новосибирск, вспомнил о том случае и решил эту пуговицу найти — как думаешь, у тебя получится?

— Нет, конечно! — возмущенно заявил Хар, — Это в принципе невозможно, с таким никто не справится!

— А Машка справится. Придется, конечно, попотеть, но за пару недель найдет, — сообщил Олег.

— Не верю! Такого не может быть! — тоном уверенного в плоскости Земли Птолемея заявил парень.

— Уж извини — по вопросам веры, это не ко мне. Вон Йося идет — милейший человек, ты к нему обращайся, он расскажет, что такое настоящая вера… Йось, да хватит меня уже крестить! Ты же знаешь, со мной вся эта лабуда не работает…

Однако следовать совету вампира парень не стал, решив, что к философским диспутам по вопросам религии и веры он еще морально не готов. Зато на Марию, на которую на первых порах особого внимания не обращал, стал смотреть новым, изучающим взглядом. Тужась понять, что за загадка скрывается в этой в об- щем-то самой обычной девушке, что именно делает ее особенной. Пока все эти потуги были безрезультатны, но Хар, от природы наделенный непревзойденными аналитическими способностями (по крайней мере он сам так считал), не сдавался, решив, что рано или поздно разгадает этот секрет.

Сама же Мария уверенно вела отряд вперед, находя дорогу в, казалось бы, самых непролазных чащобах и четко удерживая направление на город, о котором еще час назад даже не слышала. Поход через Священный лес, как обозвал Прометей местные дебри, мало напоминал легкую прогулку по тенистому парку. Крапива в человеческий рост, заросшие овраги, в которых сам черт ногу сломит, уханье и аханье разнообразного зверья, чьи-то злобные глаза, то и дело мелькающие в зарослях, сопровождали наших героев. Не говоря уж про вездесущее комарье. Впрочем, отряд Олега это мало занимало: девушку ни один комар не тронул, вампира его сородичи-кровососы облетали десятой дорогой, прочную кожаную куртку Хара, как и рясу святого отца, никто так и не смог прокусить.

Что же касается крупных хищников, которые тут, вне всякого сомнения, водились в предостаточном количестве, то первой и единственной попыткой полакомиться дивными путниками было нападение стаи волков. Небольшой, всего шесть особей. Молодняк, вышедший на свою первую и, как оказалось, последнюю охоту. Нет, убивать их никто не стал — святой отец, огрев серых для лучшего понимания по голове, прочитал им проповедь, объяснив всю бренность нашего существования и наставив на путь истинный. Так появились первые в этом мире волки-вегетарианцы — повторять их судьбу никто не хотел, так что странную четверку оставили в покое.

С разговорами не сложилось: отряд шел молча, все были погружены в свои мысли, общих тем для дружественной беседы пока не намечалось. Да и вести светские беседы, прорубаясь сквозь очередные кусты колючего терновника, непролазный ельник и норовящую ужалить крапиву, достаточно проблематично. Но время от времени и священник-великан, и парень, и девушка бросали мимолетные взгляды на Олега, пытаясь понять истинные замыслы древнего вампира.

А тот шел себе, насвистывая под нос то ли Марсельезу, то ли Интернационал, спокойный и уверенный, как и всегда за последние несколько тысяч лет. Если бы остальные не знали, что он такой же пленник в этом мире, как и они сами, посланный зловредным титаном на поиски древнего артефакта, то в жизни бы не догадались. Заразительная уверенность Олега всем и всегда внушала надежду, что все идет по плану и волноваться нет ни малейших оснований. А что другой мир, дикий лес, загадочный Орден, ненавидящий вампиров, сам Люцифер во врагах и армия мифических существ в придачу — значит, так и задумано, и нечего морочить себе голову.

При общении с древним вампиром излишнее любопытство наказуемо — хоть и знал это Хар, но не выдержал. Расцарапав щеку очередной колючкой, к счастью, не ядовитой, он догнал Олега и сделал попытку завязать разговор:

— Олег! Слушай, я вот иду, думаю, пытаюсь понять…

— Это полезно, — согласился вампир.

— Что именно полезно? — не понял парень.

— Идти полезно. Ноги тренируются. Думать полезно — серое вещество в голове развивается. Так что продолжай в том же духе.

— Олег, я не о том…

— А зря, между прочим: если кому из нас и нужны физические тренировки — так это тебе. Мы и трети пути не прошли, а уже дыхание сбиваться начинает, — тоном мудрого наставника поведал вампир.

— Да ничего со мной не случится… — отмахнулся Хар, едва не угодив в лисью нору и не вывихнув себе ногу.

— Спорное заявление — даже звезды взрываются, так что и с тобой что-то обязательно случится. Впрочем, если ты утверждаешь обратное… — отстраненно задумался Олег о превратностях человеческой, да и вампирьей тоже, жизни.

— Олег, да послушай же ты! Все это вокруг нас — понимаешь, я сначала не понял, что это взаправду! Не врубился, а теперь… Ты понимаешь, это по-настоящему! Мы сейчас идем не по Земле, а по совершенно иной планете, тут могут быть другие законы физики — представляешь? Другой мир… я всегда, когда читал книжки, представлял себе, как попаду в другой мир, где будут прекрасные принцессы и чудовищные драконы, и магия, обязательно магия, но я не верил, что такое может случиться на самом деле, и теперь… — Хар запнулся, — Олег, ты вообще слушаешь меня?

— А? Что? Я — тебя? — переспросил вампир, — Внимательнейшим образом слушаю, прекрасные драконы и чудовищные принцессы. Полностью согласен. Что может быть прекраснее величественного летающего ящера, что блестит золотистой чешуей в свете заходящего солнца, и чудовищнее изнеженной, капризной, привередливой принцессы! Что-то еще?

— Нет, больше ничего…

Осознав бесперспективность общения с вампиром, парень оставил его в покое. Но Олегу не долго пришлось скучать в одиночестве. Не только у Хара были лишние вопросы. Незаметно притормозив, с Олегом поровнялась ведущая отряд девушка.

— Зачем ты этого взял? — поинтересовалась она, махнув рукой в сторону парня.

— Нужен, — столь же кратко ответил вампир.

— Нужен? Да ты только на него посмотри! Он же еще ребенок! Напялил кожу и думает, что стал от этого взрослее!

— Именно, — согласился Олег. — Машунь, не суди — и не судима будешь, как сказал бы наш святой отец. У Хара глубочайший внутренний мир, это достойный уважения человек, его начитанность, образованность, эрудиция…

— Даром тут не нужны, — закончила за вампира девушка.

— К сожалению, — ни капли не смутился тот, — Но все равно он нам может пригодиться. Вот, например, попадем мы втроем в болото, и никого не будет вокруг, кроме Хара…

— Ты вылетишь, святого отца его Бог вытащит, а я… сам знаешь…

— Ну хорошо, согласен, пример несколько неудачный. Но, Машунь, ты скажи, мы с тобой ведь давно знакомы, я хоть раз делал что-то, что не имело бы смысла? — с ухмылкой поинтересовался Олег.

— Ни разу, — признала девушка. — Но, хоть убей, не могу я понять, на кой нам этот сдался!

— Не, Машунь, убивать я тебя не буду, ты мне еще можешь пригодиться.

Тут уже и девушка не нашлась, что ответить. Ей оставалось лишь поверить, что Олег знает, что делает, и парень, за пару часов ходьбы умудрившийся исцарапать все лицо, руки и вывихнуть ногу, не станет лишней обузой для отряда. Вздохнув, она двинулась дальше, шестым чувством выбирая самый короткий путь к ближайшему человеческому поселению.

В отличие от молодежи, у отца Иосифа вопросов к вампиру не было. То ли вести беседы со всякой нечистью считал ниже своего достоинства, то ли по какой другой причине лишний раз беспокоить Олега он не стал.

Алее все не кончался. Никто из отряда как-то не догадался узнать у Прометея, чему именно равна местная лига, да и средств спутниковой навигации никто не прихватил с собой, так что определить, сколько они уже прошли и сколько еще осталось, было достаточно проблематично. Конечно, тот же Олег вполне мог слетать на разведку. Мог, да не стал то ли из лени, то ли из солидарности со спутниками и дальше перемещаясь на своих двоих.

Когда солнце начало клониться к закату, вампир, мельком бросив взгляд на едва ковыляющего Хара, объявил:

— Привал. Отдыхаем полчаса. Машунь, поймаешь нам что-нибудь перекусить?

Девушка, которая, казалось, и не пробиралась пять часов через густые чащобы, свежая и полная сил, кивнув, исчезла среди деревьев. Тот же Хар в иное время не упустил бы случая поинтересоваться, как, по мнению Олега, безоружная девушка будет охотиться в диком лесу, но сейчас у парня даже на вопросы сил не оставалось. Повалившись на траву, он только и мог, что тяжело дышать, созерцая далекие облака.

Увы, Олег не собирался позволять своим путникам повторять подвиг князя Андрея, большого любителя смотреть на небо во времена наполеоновских войн. А так как вампиры из всех методов нетрадиционной медицины разве что по кровопусканию большие специалисты, то пришлось за помощью к святому отцу обращаться.

— Йось, полечи парня. А то действительно нам еще идти и идти, а он совсем раскис…

— Не тебе, нечисть проклятая, святых отцов поучать, Господи, прости меня, раба Твоего грешного! — огрызнулся великан, но тем не менее повернулся к Хару и начал над ним пассы своим посохом делать, по ходу дела то ли молясь, то ли заклинания читая. — Господи, не отвергни сию овцу заблудшую, ибо имя Тебе — Любовь! Подкрепи его, изнемогающего и падающего, ибо имя Тебе — Сила! Просвети душу сию, страстьми житейскими омраченную, ибо имя Тебе — Свет! Не преставай миловать здравием раба Твоего, ибо имя Тебе — Милость! Во веки веков, аминь!

— Спасибо, Йось, я всегда знал, что на тебя можно в сложную минуту положиться, — кивнул Олег, — И это, как его… аллилуйя, короче.

А благодарить действительно было за что — если совсем недавно Хар, зеленый от усталости, весь изрезанный и исцарапанный — и чем только умудрился! — валялся на земле готовым трупом, то теперь на свежей травке сном невинного младенца посапывал розовощекий молодой парень и только рваная одежда напоминала, что совсем недавно он перся через дикий, дремучий лес.

— Святой отец, — продолжил Олег, — а я тебе вообще говорил, что из тебя вышел бы просто прекрасный полевой врач? Можно даже сказать — незаменимый: помолился — и смертельно раненные бойцы живы, здоровы, полны сил и снова рвутся в бой.

— Все в руках Господа, — не стал спорить великан. — А ты, нечисть бесовская, не смущай умов сынов и дочерей Господа нашего!

— Йось, все дуешься на меня? — горько вздохнул Олег. — То, что было, травой поросло! Перестань, сам же видишь — на богоугодное дело идем!

— Господи, Ты заповедал любить врагов, но трудно нам, грешным, если с нами нет благодати Твоей… — продолжал гнуть свою линию бородатый великан.

— Йось, — не отступал Олег, — а хочешь, как все это закончится, я в монахи постригусь и в монастырь уйду, а? Буду в келье грехи свои замаливать, будем с тобой темными зимними вечерами вести беседы…

— Господи помилуй! — как от бешеного, отшатнулся от вампира великан.

— Ну вот, чего ты так? — расстроился Олег, — Ладно, ладно, не хочешь — как хочешь, мое дело предложить… Да знаю я, знаю, не место вампиру в божьем Храме, нас, нечистых, на кол надо да на костер, можешь не повторять, мы это с тобой сто раз обсуждали. А все равно не дуйся, я ведь тогда как лучше хотел! О, Машка пришла! Ну чего, Машунь, поймала кого?

Вместо ответа девушка кинула Олегу тушки двух куропаток, уже ощипанных и готовых к приготовлению.

— Молодец! Я знал, что на тебя можно положиться. Святой отец, у тебя сейчас случайно не пост? Вот и отлично!

Откуда Олег добыл огонь, никто так и не понял. Вроде только что один лишь сухостой валялся, предусмотрительно принесенный все той же девушкой, и вот уже горит костер, а над ним на деревянном вертеле две птицы жарятся. И такие запахи стоят, что даже сладко дремлющий Хар проснулся да голодными глазами на дичь уставился. Сразу стало ясно: молитва, может, и исцелит, да вот желудок ей никак не насытить…

После скорого обеда — да и что такое две куропатки на четверых голодных мужиков, даже если один из них вампир, а другой и вовсе девушка, — отряд двинулся дальше. Лес незаметно изменялся: гнетущий сосновый сменился светлой березовой рощей, крапивные джунгли — устилающим землю ковром лопухов, вездесущий терновник выродился в редкие, хоть и колючие, кусты дикой розы.

И наконец, когда солнце уже почти спряталось за горизонтом и тяжелые тени заполнили лес, местность вокруг преобразилась окончательно. То тут, то там появились следы хозяйственной деятельности человека: мусор, вытоптанные ягодные поляны, снова мусор, старые и не очень кострища и опять мусор; пни, срубленные и тут же брошенные гнить вековые дубы, следы многочисленных телег. Верность избранного Марией пути и до этого особых сомнений ни у кого не вызывала, но теперь каждый мог убедиться: Сусанин среди предков странной девушки явно не числился, заводить своих спутников в местные болота в ее планы не входило.

А в один прекрасный миг лес кончился и до горизонта простерлась широченная равнина, колосящаяся золотом бескрайних полей. И буквально в километре по дивной прихоти местной геологии из земли поднимался доминирующий над местностью холм, где в полном соответствии с законами фортификации и была построена твердыня Ордена Хранителей. Увы, разглядеть всю красоту этого города в упавших на землю тяжелых сумерках было нелегко. Солнце уже спряталось за горизонтом, луна на местном небосводе не была предусмотрена, а ночного зрения, коим были наделены некоторые из наших героев, хватало разве что на оценку величественных стен, тремя рядами окольцевавших город-крепость.

— Красиво! — заметил Хар, который после молитвы отца Иосифа так пропитался энергией, что чуть не светился. — На Минас-Тирит похоже, только там стены были в семь рядов. А как мы туда проникнем, Олег? Я смотрю, стража в воротах не дремлет, да и на стенах тоже… Хотя есть одна идейка… Олег, что скажешь?

— Да вот не знаю… Давайте совещаться, что ли. Предлагайте все свои варианты. Святой отец, как мы туда проникнем?

— С Божьей помощью, — пожав плечами, заявил гигант, как будто это было самоочевидным.

— Вариант, — согласился вампир, — А ты, Машунь, что скажешь? Как проникнем?

— Элементарно, — буркнула девушка.

— И это тоже вариант, — не стал спорить Олег. — Хар, а ты? Что там у тебя за идейка была?

— Я тут прикинул, шестая башня справа от ворот несколько выбивается из общего архитектурного комплекса. Смотри, Олег, на форму зубцов — один из них несколько шире, чем окружающие, а бойницы той же ширины. При комплексном подходе к фортификации это можно объяснить или небрежностью строителей, или же неким неучтенным фактором. И смотри, как дозорные ходят… вот сейчас — видел? Они все время идут по прямой, а в этом месте сдвигаются на полметра в сторону, это не может быть случайностью. А теперь, если обратить внимание на застройку по эту сторону стен, то видно, что в этом месте по какой-то причине оставлен нетронутый кусок земли, хоть место принципиально ничем от окружающих не отличается. И, заметь, сухое дерево, абсолютно здесь неуместное, — его как будто специально оставили как ориентир — вроде неприметно, но, с другой стороны, по нему всегда можно оперативно сориентироваться. Учитывая все вышеизложенное, можно определенным образом утвердиться в сделанных мною выводах… Короче, там где-то обязательно должен быть тайный ход! Я так думаю. И я полагаю, что мы сможем его найти…

— Да, — задумался Олег, — твой вариант, конечно, не такой красивый, как у Машки с Йосей, но тоже прокатит.

— А ты сам что думаешь? — переспросил Хар.

— Я думаю, что каждый из нас попадет туда так, как захочет, — заключил Олег. — Святой отец с Божьей помощью, Машуне это вообще элементарно, ты, Хар, поищи свой тайный ход — может, еще пригодится. Ну а я вас всех на центральной площади подожду — в любом нормальном городе такая должна быть как минимум в количестве одной штуки. Возражения есть? — Возражений не было. — Ну что же, тогда вперед! Машунь, до встречи, я вещи твои возьму, святой отец… Ну не надо меня крестить! Ты же знаешь, не испарюсь я от этого и пеплом не развеюсь!

Монах-великан горько вздохнул, и в одном этом вздохе читались и ненависть ко всякой богопротивной нечисти, и молитва с просьбой простить за мысли лукавые, и святая вера в истинность единожды избранного пути, сворачивать с которого отца Иосифа не могли заставить все искусы земные. Так что, гордо неся свет истинной веры, он отправился прямо к городским воротам, будто там и не дежурило два десятка вооруженных до зубов стражников.

Мария же, расправив плечи и простерев руки к небу, издала какой-то гортанный, клокочущий звук и… исчезла. Лишь пустое платье упало на землю, да грузная серая ворона, возникшая там, где только что стояла девушка, тяжело поднялась к небесам, полетев в сторону города-крепости загадочных Хранителей.

— О-ол-лег, что э-это бы-ыло? — лишь через полминуты, заикаясь, смог из себя выдавить Хар, обращаясь к собирающему вещи девушки вампиру.

— Это? Ничего такого — обычное обращение, я тоже так могу, только давно уже не тренировался. Мне как-то человеком привычнее, чем летучей мышью. А ты чего еще здесь? Ты же хотел свой тайный проход искать? Торопись давай, а то скоро совсем стемнеет.

— Так что, Машка… она… оборотень? — не обратил внимания на совет вампира парень.

— Машуня? Нет, Хар, да ты что, — возмутился Олег. — Чтоб я, высший вампир, с какими-то оборотнями имел дело?

— А кто она тогда? — не отставал парень.

— Хар, у тебя что, других проблем нет? Тайный проход, например, найти… Ладно, ладно, так и быть, открою тайну. Машка — октоборотень.

— Кто-о?! — тоном обиженного ребенка, которому обещали дать конфету, а вместо этого угостили рыбьим жиром, спросил Хар.

— Октоборотень. Никогда не слышал? И неудивительно — редчайшая порода, таких во всей совокупности миров единицы. Машка у нас редкий зверь — вернее, не зверь, а сразу восемь зверей.

— Octo, восемь… — тихим голосом продемонстрировал свое знание латыни парень.

— Вот именно, восемь, — кивнул Олег, — У нее восемь обличий — с двумя ты уже знаком, еще шесть, думаю, увидишь, хотя седьмое обличье она очень редко использует, а восьмое на моей памяти еще ни разу. Ну что, удовлетворил я твое любопытство? А теперь давай ищи свой тайный ход — его святейшество как раз на себя всю городскую стражу отвлек, у тебя есть прекрасный шанс осуществить свой план незаметно…

Хар кивнул, бросившись в сторону примеченного им сухого дерева у стены, а Олег, проводив его взглядом, взмыл в небеса. Это простому вампиру для того, чтобы летать, оборачиваться нужно, Олег же никогда не забивал себе голову такими мелочами. Со скоростью боевого истребителя (с которыми совсем недавно соревновался) он направился к центру безымянного города, настолько быстро пролетев сквозь магический сигнальный щит, окутывающий небесный простор над городом, что тот просто не успел сработать. И уже через минуту из темного переулка на центральную площадь крепости Ордена Хранителей вышел ничем не примечательный, элегантный, черноволосый, смуглый мужчина неопределенного возраста. Осмотревшись, он направился к самому презентабельному на вид трактиру, который, несмотря на позднее время, еще принимал посетителей.

Что может быть незаметнее, чем серая ворона, перелетающая поздним вечером через городские стены? Вопрос риторический — если наземные твари еще могут вызвать у стражи некое подозрение, то вольные птицы в просторах небес не ведают стен и границ, летят, куда их птичьей душе угодно. И каждый нормальный человек вспоминает их лишь в те редкие моменты своей жизни, когда особо меткий представитель рода пернатых решит оставить свой след, проявив чудеса бомбометания.

Впрочем, Мария Ловат была культурной вороной и делать подобные пакости не собиралась. Тяжело махая крыльями, она неспешно летела вперед, к центру крепости. Полет был не из легких. Да и сам облик вороны был едва ли не самым нелюбимым у девушки. Мария освоила его предпоследним из всех своих восьми ипостасей, и обращалась в птицу она лишь в тех исключительных случаях, когда другого выхода не оставалось.

Один из законов магии гласит: подобное притягивает подобное. Вампиры имеют сродство с небесами, потому и дан им второй облик — летучей мыши, человек же — дитя земли и, превращаясь в обитателя небес, испытывает целый комплекс малоприятных ощущений. Потому и изучить детально город с высоты птичьего полета Марии не удалось. Главным было как можно быстрее добраться до цели, и пятиминутный полет утомил девушку больше, чем многочасовое блуждание по диким чащобам местного леса.

Наконец показалась долгожданная центральная площадь — ничем иным пустое огромное пространство у подножия величественного Храма на самой вершине холма быть не могло. И едва успела девушка вернуться в человеческий облик, как раздался знакомый голос:

— Машунь, ну ты быстро! Бери свою одежку и дуй сюда, я уже нам столик на двоих заказал, — зазывал из дверей трактира Олег. — Поужинаем. Йося с Харом еще не скоро будут…

Вперед и только вперед! Святой отец Иосиф Киану Арторийский не ведал иных путей и направлений, не знал, что такое отступление, бегство или обманный маневр. Единожды уверовав, озаряемый светом веры, он шел напролом, сметая на своем пути любую ересь. Он не ведал сомнений и страха, пробивая широкой грудью, верой и могучим посохом торный путь сквозь любые дебри мирских забот.

Так и на этот раз. Хитрить? Искать тайные воровские тропы, под покровом тьмы проскальзывая по ту сторону крепостных стен? Нет, нет и еще раз нет — Господь не даст в обиду своего слугу, и, если с верой в сердце пойти прямо через центральные ворота, заблудшие овцы, что не ведают Божьей благодати, не посмеют остановить святого отца…

Однако посмели. По крайней мере они так думали — еще издали приметив великана в монашеской рясе, а подступы к единственным воротам крепости были хорошо освещены, местные стражники преградили ему дорогу, обнажив мечи, натянув луки и приняв на изготовку метательные копья. И, уж конечно, никто не стал падать ниц, исповедоваться и молить о прощении грехов, как, по мнению отца Иосифа Киа- ну, должен поступать каждый язычник, впервые встретивший апостола истинной веры.

Впрочем, ему было не привыкать. В разные времена заблудшие овцы уже пытались пронзить его острыми гладиусами, полуторными бастардами и легкими палашами, филигранными выпадами шпаг и рапир, болтами, стрелами, огнем кремниевых пистолей и автоматов Калашникова. Что взять с грешников, погрязших в своей богопротивной ереси, — святой миссией отца Иосифа Киану было подарить им свет истинной веры, чем он сейчас, помимо прохода в город, и собирался заняться.

— Стоять! Ни шагу больше! Выйти на свет, откинуть капюшон! Почему после заката не в городе? Где подорожная? — тем временем прикрикнул на святого отца начальник местной стражи.

Но того подобными приказами было не смутить: Иосиф Киану уже давно уразумел, что еретики — те же дети неразумные, их лучше не обижать, и если просят выйти на свет и опустить капюшон — значит, так и надо сделать. Благо скрывать нечего — великаны с седой бородой до пояса встречаются достаточно редко, так что ни с одним местным преступным элементом святого отца не перепутают.

— Где подорожная, я говорю?! — продолжал допытываться стражник.

— Господи, вразуми и настави сих сынов Твоих не- разумых! Просвети разум их светом учения Твоего, теплотою благодати Твоея и направи к деланию заповедей Твоих, да прославится имя Твое! Не ведаю я, сын мой, о коей подорожной ты говоришь, ибо милость Господа есть моя подорожная!

— Чего? — возмутился воин, — Старик, что ты несешь! Ты что, из Дома блаженных сбежал?

— Сын мой, не давай злобе завладеть душой твоея, ибо помыслы нечистые во мрак ведут душу твою бессмертную, что Господом нам дана! Опусти свой меч, ибо хоть милостив наш Господь, не ведает он жалости к тем, кто сеет разъединение и раздоры!

— Ты мне угрожаешь? — начал постепенно вникать в смысл сказанных монахом слов стражник, — Да кто ты такой?

— Я лишь смиренный слуга Господа! Сын мой, поведай, что за немощь али скорбь душевная сердце твое гложет? Отчего печали твои и скорби? От болезней али оскудела вера твоя? Открой душу, сын мой, перед Господом, ибо Он есть Милость!

— Какие будут приказы? — обратился к начальнику стражи один из солдат, — Отвести его в Дом блаженных?

— Подожди. Вроде он безвредный… Но что-то я не припомню, чтоб там такие водились…

— Может, он из Осененных Огнем? — предположил другой солдат, — Те тоже начинают неизвестно что нести…

— Может… А может, и лазутчик вражеский… В любом случае оружия не опускать! Ты, старик! Чего про скорбь мою говорил?

— Горе тебя гложет, сын мой, ибо прогневил ты благость Господа нашего, навлекши на себя гнев праведный, павши во глубину греховную! Исповедуйся, сын мой, признай имя Господа, открой душу свою, ибо лишь сим прощение заслужить можешь! Гложет тебя утрата тяжкая за детей, али за родителей, али за супругу твою? Не гневись, сын мой, не давай волю ярости…

— Слушай, старик, — в очередной раз попытался вразумить странного нарушителя порядка воин, — ты что, хочешь все мои неурядицы в личной жизни услышать?

Солдаты вокруг злобно захихикали — им, видать, самим уже надоело друг другу на судьбу жаловаться, а тут такой случай, старик-великан сам хочет все услышать, как будто не знает, что в последнее время ничего, кроме бед, и не происходило в мире.

— Воистину лишь исповедь перед Господом облегчит душу твою! — кивнул святой отец.

— Ну что же, слушай: жена стерва, дети от рук отбились, отец спился, брат в боях с нечистью сгинул, жрать нечего, пиво дрянное, а еще, говорят, скоро война и весь наш Орден нечисть проклятая со свету сживет!

— Господи Боже, прости землю сию, что раздорами раздираема, и рабов Твоих, что видят лишь беды свои, не разумеючи Твоего провидения… — начал Иосиф Киану, и так плавно потекла его речь, что, реши сейчас пройти через ворота крепости вся татаро-монгольская Орда во главе с самим Чингисханом, никто бы их даже не заметил…

Игорь Иннокентьевич Ариев (которого иначе как Игорь Харлей, или просто Хар, никто никогда не называл) с мастерством увлекать чужие умы мудрыми речами был знаком разве что чисто теоретически. Риторика как наука об ораторском искусстве не была среди его приоритетов, парень любил точные отрасли знаний, где проблемы решались логикой или в крайнем случае отверткой и гаечным ключом. Талантливый механик, способный из ирбитского «Урала» сделать настоящий «Харлей Дэвидсон», предпочитал человеческому

зз

обществу, где все никак не мог найти себе достойное место, общество техники, логики и цифр. Не в силах понять поведение знакомых девушек, он мог часами рассуждать о преимуществах и недостатках бесступенчатого клиноременного вариатора и автоматического центробежного сцепления относительно стандартной механической коробки передач и цепной передачи на заднее колесо.

Не обделял вниманием он и другие научные дисциплины. Так относительно недавно на глаза попалась двухтомная иллюстрированная монография, посвященная архитектурным особенностям средневековых фортификационных сооружений. Ну и, понятное дело, была проштудирована от корки до корки, хоть никакой практической ценности, казалось бы, для инженера-механика не представляет. А вот сейчас понадобилась — именно из анализа нарушенной целостности оборонного комплекса Хар сделал вывод о наличии тут тайного хода.

Однако ход на то и тайный, чтобы не бросаться в глаза. Ничего в окрестностях достопамятного сухого дерева, где парень начал свои поиски, не намекало, что где-то здесь предусмотрительные строители оставили лазейку для незваных гостей. Да к тому же темнота не способствует продуктивности поисков — солнце село, и лишь огонь горящих на стене факелов давал Хару хоть какой-то свет.

Основой для своих поисков парень выбрал две фундаментальные работы, что некогда скачал с какого-то игрового сайта: «Малый стандартный набор приемов для поиска тайников» и «100 советов, как найти тайный ход в незнакомом замке». В частности, было простукано все, во что можно стучать, нажато на все возможные закорючки, внимательно исследованы дупла, ямы, колодцы и всякие подозрительные места. Детально, на коленях, изучен слой дерна в десятиметровом поперечнике, переставлены с места на место все камни, переложены ветки. И хоть результаты всего этого комплекса поисковых мероприятий были нулевые, Хар не сдавался, так как отступать ему было некуда. Кто ищет, тот всегда найдет, думал он, и, хоть выражение это достаточно спорное, в данном случае, к удивлению самого Хара, оно полностью оправдалось.

Уже было далеко за полночь, когда парню показалось, что грунт в одном месте несколько отличается по своей структуре: то ли более рыхлый, то ли более влажный, то ли, наоборот, более жесткий и сухой. Несколько прощупываний острой палкой подтвердили подозрения — под почвой было нечто твердое. Еще пара часов земляных работ — и перед Харом предстал самый настоящий люк, старый и ржавый, с могучим, неприступным на вид замком. А дальше дело техники: секунды на взлом замка, двадцать минут на то, чтобы замести за собой все следы. И вот парень на месте — в темном, мокром, узком проходе, без света, без ориентиров, весь в грязи, смертельно уставший, но довольный, как стадо слонов.

К счастью, кто бы ни строил этот ход, он позаботился, чтоб заблудиться тут было проблематично. Никаких тебе боковых ответвлений, ловушек или ложных стен — прямая кишка, ведущая в сторону города. К сожалению, довольно скоро, передвигаясь на ощупь и заработав кучу синяков, Хар добрался до еще одной запертой на замок двери. Но и это не остановило парня — взломать в темноте средневековый замок не сложнее, чем на спор с закрытыми глазами разобрать и собрать любой мотоцикл до последнего винтика. И вот Хар уже на лестнице, а еще через несколько синяков перед ним последняя дверь, за которой каждые тридцать секунд раздается строевой шаг дозорных.

Настал самый ответственный момент. Еще снаружи парень отметил, что солдаты на стене бдят внимательно, предыдущий отряд находится в поле зрения следующего. Но то ли один из них этой ночью не вышел на дежурство, то ли по какой другой причине, каждые пять минут выпадал буквально двадцатисекундный интервал, за который можно было успеть проскользнуть на ту сторону. Причем четкости, с которой была поставлена служба, можно было только позавидовать. Так что, дождавшись нужного момента, Хар приоткрыл дверь тайного хода (эта, к счастью, была не на замке и открывалась абсолютно беззвучно), выскользнул оттуда и ночной тенью растворился в темноте спящего города.

Героический поход через городскую стену закончился — правда, до парня только в этот момент дошло, что крепость Ордена Хранителей окружена не одним, а тремя рядами укреплений. К счастью, хотя на втором и третьем уровнях стража тоже имелась, функция у нее была скорее декоративной, так как считалось, что и через наружную стену вражеским лазутчикам не пробраться. Так что еще через несколько часов эти две преграды были преодолены, а уже к рассвету грязный, оборванный, шатающийся от усталости парень добрался до центральной площади города.

— О, Хар, а вот и ты! — радостно поздоровался с ним вышедший на утреннюю пробежку Олег, — Я же говорил Машке, что ты доберешься, а она «поймают», «поймают»… Только вид у тебя чего-то бледный — вампир, случайно, не кусал? Ладно, иди выкупайся, отдыхай, а что до одежки… Ну, ее все равно бы пришлось поменять, тут рокеры не в моде, так что не печалься, мы с Машкой что-то тебе подыщем… Кстати, Йосю не видел? Вот ведь проказник, наверняка опять проповедовать начал, не может прожить без этого…

Проводив Хара в таверну и сдав его с рук на руки Марии, поручив «позаботиться об этом герое», вампир отправился завтракать.

— Олег, — не выдержала девушка, — ты уверен, что со святым отцом все в порядке?

— Абсолютно, — кивнул вампир. — Машунь, ты за Йосю не переживай — мы знаешь из каких передряг с ним целыми и невредимыми выбирались? Тебе с Ха- ром такие и не снились…

— Но если ему нужна наша помощь?

— Была бы нужна — позвал бы. У Йоси голос — Левитан позавидует, Машунь, вот увидишь, припрется сейчас и начнет сразу рассказывать, какие мы грешники… Ты вот и за Хара переживала — и что? Жив, здоров, своим ходом добрался. Кстати, как он там?

— Дрыхнет, как младенец… — отмахнулась девушка, — Я его только уложила сразу… И ведь нашел свой ход…

— Еще бы, — хмыкнул Олег. — Я в Харе даже не сомневался, хакер от бога. Причем ему все равно, что взламывать, — Пентагон, банковский сейф или вражескую крепость. Талант.

— Может быть, — не стала спорить Мария, — Что мне сейчас делать? Где начинать поиски?

— Машунь, не спеши! Отдыхай, наслаждайся жизнью. Вот выспится Хар, найдется Йося, соберемся, все обсудим, там и решим, что делать и кто виноват… А пока сходи поищи что-нибудь для Хара, приодеть нашего парня надо. Вчера хозяин был столь любезен, что благородно поделился со мной суточной выручкой, так что с финансами у нас проблем пока нет…

— Хорошо, я поищу что-нибудь подходящее, — кивнула девушка.

— Приснится же такое…

Проснувшись, Хар долго не мог понять, где он. И как он здесь оказался. И почему будильник не разбудил вовремя. И что за странный сон такой — про титанов, вампиров, оборотней и средневековый город. И почему солнце не такого цвета, как надо. И небо, кстати, тоже. И вообще, что вокруг творится?

Постепенно воспоминания возвращались. Нельзя сказать, что процесс протекал так уж безболезненно, но свою норму переживаний Хар уже прошлым вечером исчерпал на несколько лет вперед, так что осознание реальности вчерашнего сна особого шока не вызвало. Проснувшись окончательно и оглядевшись по сторонам, он с удивлением обнаружил, что от привычной кожаной формы не осталось и следа. Зато рядом на стуле терпеливо дожидался Хара местный костюм — белая льняная камиза, серые брэ до лодыжек, черный плащ с фибулой, легкие кожаные сандалии. Все неприметное, грубое, но достаточно удобное и точно по размеру, как будто специально на него, Хара, портной и шил. Оперативно освоившись со всеми завязками и застежками — это ведь техника, а с техникой у парня никогда проблем не имелось, — он отправился на поиски тех, кто мог бы его просветить относительно дальнейших действий.

И такие люди нашлись. На первом этаже трактира, в совершенно пустом в полуденное время зале, за крайним столиком сидели Олег с Марией, над чем-то заразительно смеясь.

— О, а вот и наш соня проснулся! С добрым утром, Хар! — поприветствовал парня вампир. — Присаживайся, мы тут тебе как раз обед заказали. Машунь, а ты говорила «до вечера проспит»… Как спалось? Кстати, тебе местная мода идет — можешь Машке спасибо сказать, классный она тебе фасон подобрала…

— А святой отец где? — садясь за стол, поинтересовался парень.

— И ты туда же? Хар, мне Машка уже все уши прожужжала: «Где святой отец?», «Куда делся святой отец?», «Пошли быстро искать святого отца»… Загулял наш Йося. Еще вернется. Неужели вы без его наставлений прожить не можете?

— Если он в беде, мы должны ему помочь… — неуверенно заявила девушка.

— Йося? В беде? В жизни не поверю. Вот увидите — сейчас он появится… О! Я же говорил, только черта помянешь, он тут как тут… Иосиф Киану! — (Как будто подтверждая пророческий дар вампира, в трактир заглянул седобородый великан в монашеской робе.) — Мы как раз о тебе говорили! Дуй сюда, где ты пропадал так долго?

— Неисповедимы пути Господни, — пожав плечами, ответил святой отец.

— Воистину, — кивнул Олег. — А все же? Чем занимался?

— Наставлял грешников, что света Господа нашего не ведали, на путь истинный.

— Дело полезное… И как? Успешно?

— Божьей милостью… — кивнул Иосиф.

Но видя, что так просто от него не отстанут, горько вздохнув, святой отец все же рассказал свою историю. Когда же он закончил, пока Хар с Марией пытались (метафорически) вправить на место выпавшие челюсти, Олег кратко подытожил:

— Значит, ты обратил в свою веру половину гарнизона, учредил местную епархию, заложил фундамент кафедрального собора и основал духовную семинарию? Что же, неплохо, я всегда говорил, что в тебе пропадает талант настоящего миссионера.

— Сии заблудшие овцы блуждали во тьме неверия, и я, смиренный слуга Господа Бога нашего, лишь обратил их взоры к свету Господнему… — не стал спорить отец Иосиф.

— Вот и отлично. Думаю, ты заслужил за труды праведные сытный обед, а пока вы с Харом пополняете свои силы, я кратко обрисую ситуацию. Как я ее вижу. Значит, так. Все видели большое здание неподалеку, чьи шпили пронзают небо? Этот шедевр местной архитектуры называется Храм Огня, в нем до недавнего времени хранился Огонь Прометея, которому ежедневно поклонялись паломники со всего мира. Да, я не оговорился: крепость Ордена Хранителей — отнюдь не единственное человеческое поселение в этом мире, хоть и самое крупное. Прометей несколько отстал от жизни. Здесь уже есть несколько вполне независимых королевств, княжеств и даже одна карликовая империя. Но это все не имеет ни малейшего значения. После того как над миром нависла угроза войны, все границы были перекрыты. Сейчас в этом почтенном граде, который среди местных так и называется — Город Огня, остались или местные жители, или те, кто не пожелал возвращаться домой, решив, что за крепостными стенами безопаснее. У них у всех есть красивые подорожные, пока вы отдыхали, я и нам четыре штуки добыл. Теперь запоминайте. Мы — семья ремесленников из дальнего форта Ухтыёпинска, прошу прощения, ничего более благозвучного на тот момент в голову не пришло. Соответственно святой отец — Иосиф Ухтыёпинский, Машунь, ты его дочка, Хар, ты ее жених, ну а я — троюродный племянник брата мужа двоюродной кузины. Так что мы с тобой, Йося, родственники. Приехали мы все в Город Огня два месяца назад, ищем работу по специальности, какой именно — решил не уточнять, что-нибудь придумаете.

Теперь перейдем к самому Храму Огня, — продолжил вампир. — Как вы уже догадались, это местный Ватикан, Иерусалим и Мекка в одном лице. Структуру я пока не выяснил, но в общих чертах так: заведуют всем три равноправных Наместника, они здесь и архиепископы, и патриархи, и муллы, и раввины, и кто угодно еще в одном лице. Только у них есть ключи от главного зала Храма, где, собственно говоря, до недавнего времени хранился огонь. Живут они тут же, в специальных покоях, каждый со своей свитой, писарями, камердинерами и прочим обслуживающим персоналом. Кроме них троих, ключи от главного зала не имеет никто, никто из них ключи не терял, проникнуть иным способом, кроме как через дверь, туда невозможно. Зал Огня защищен магической и обычной сигнализацией покруче Форт Нокса, проникнуть туда незамеченным невозможно в принципе. Как вы прекрасно понимаете, из того, что я сказал, ровным счетом ничего не следует. Абсолютно любой человек мог пробраться в покои одного из Наместников, «одолжить» ключ, украсть Огонь и вернуть ключ обратно. Для умелого вора дело плевое, так что нам важнее разобраться не с тем, кто мог, а с тем, в чьих это интересах.

А вот тут уже интереснее. Как я выяснил, хоть Огонь Прометея и является символом всего этого мира, никто и никогда не оспаривал право Храма Огня хранить данную реликвию. Это подразумевается как нечто само собой очевидное. «Где Огонь? В Храме Огня!» Так что воровство с целью сбыта я исключаю сразу — в этом мире не найдется ни одного покупателя для такого товара. Сразу же появляется другой вариант: а если Огонь украли слуги Люцифера, дабы дезориентировать Орден, внушить ему панические настроения? Возможно, только из того, что я слышал, следует, что здесь даже слухов о похищении Огня не ходит. Люди абсолютно уверены, что он на месте, доступ к нему и раньше закрывался в тяжелые времена. О похищении знают три Наместника и вор. Все. Что это значит, пока не могу сказать. Это нам как раз и предстоит выяснить.

Что искать — поняли. Теперь — где искать. Вот тут даю полную свободу действий. Разве что скажу пару слов о наиболее интересных достопримечательностях этого города. Во-первых, конечно же Храм Огня — помимо Зала Огня и покоев Наместников, в его состав входят тысяча и одна организация. Тут вам и Стражи Огня — элита местного войска, и Дом Осененных — местная дурка, где на излечении пребывают самые закоренелые, но в то же время безопасные психи, и Темные Палаты, где разные сроки отбывают уже не столь безобидные личности. Храм имеет свою стражу, свою валюту, свою власть, свою школу, там в ходу свои законы, свой суд — это отдельное государство, и я не исключаю, что Огонь Прометея не покидал его стен, там можно хоть «Титаник» в подвалах спрятать, сто лет будут искать — не найдут. Ведь, как вы уже, наверно, догадались, подвалы эти самые да прочие тайные ходы весь холм, как муравейник, пронизывают.

Но, и кроме Храма Огня, в городе полно увлекательных мест. Перечислять не буду, сами разберетесь, отмечу лишь Академию Магии и Дворец Ордена. В Академии, как из названия понятно, готовят местных магов, но и не только магов — это главный и единственный университет всей этой планеты, если не считать, конечно, альтернативную ему школу Храма. Образование светское, но с Храмом поддерживаются самые тесные связи. Во дворце же, тоже очевидно, находится местная светская власть — вся верхушка Ордена Хранителей. Эта крепость едва ли не более неприступная, чем Храм — его вечный конкурент в борьбе за власть, так как за все эти тысячелетия магистры Ордена так и не смирились, что их безграничная власть заканчивается за стенами Храма. Уж не знаю, зачем Прометей так все устроил, но Наместники, хоть и входят в список верховных иерархов Ордена, реальной власти в нем не имеют. С этим тоже желательно разобраться — поручаю вам это дело.

Идем дальше. Машка, Хар да и Йося, хоть он и делает вид, что услугами нечисти бесовской не желает пользоваться, вижу, вы ждете, что я, такой крутой вампир, сейчас наколдую страшное заклинание, прочитаю мозги всех злодеев и выдам вам на блюдечке с голубой каемочкой имя похитителя. А вот не выйдет. Местные маги, видать, неплохо учат в Академии, покрыли весь город сторожевой сетью, рассчитанной специально на вампиров. То есть на меня. И если пробрался сюда я незаметно, то колдовать, читать мысли и заниматься прочими антиобщественными делами не хочу. Дело не в том, что боюсь, вдруг меня поймают. Не хочу поднимать панику. Кем бы ни был вор, мы не должны его вспугнуть — потому действовать осторожно, незаметно, скрытно. Машунь, к тебе это не относится, в твои умения я верю, это больше Хара с Йосей касается. Закладывать первый камень в фундамент будущего кафедрального собора, конечно, хорошо, но я думаю, что это может еще немного подождать, а вор ждать, пока мы его отыщем и попросим вернуть незаконно украденное, не будет. Хар, ты тоже держись в тени.

Относительно временных ограничений — вы сами знаете. Недели две у нас еще есть, только я бы все же советовал не медлить. Но и торопиться не стоит, действуйте обдуманно, осмотрительно. Никаких приказов «прочесать город от сих до сих» я не даю, вы люди взрослые, даже Хар, сами должны все понимать. Ну и совет напоследок: если вы что-то найдете, ухватите ниточку, перепроверьте все сто раз и только после этого… Нет, не ловите вора ни в коем случае — найдите меня, а уж я решу, что дальше делать. Штабом назначаю эту таверну, это же место нашей постоянной дислокации, Машка, Хар, Йося, вопросы есть?

— А сами эти, Наместники, не могут ворами оказаться? — предположил парень.

— Почему же не могут, тоже вариант, — пожал плечами Олег, наливая себе бокал местного вина, — В список невиновных можете по умолчанию вносить лишь меня, да и то советую проверить, а вдруг я на старости лет стал страдать амнезией, украл Огонь Прометея и сам это запамятовал… Да, чуть не забыл: Машунь, ты на Хара волком не смотри, не забывай — он ведь твой любимый жених…

Последнее замечание несколько разрядило напряженную обстановку. Парень, девушка и святой отец уже начали думать над поставленной перед ними проблемой, решение которой, не сомневался вампир, в скором времени будет обязательно найдено.

А тем временем в обеденную пору в таверне стал собираться народ и то там, то тут начинались довольно интересные разговоры… Хар, привыкший анализировать любые мелочи, что попадались ему на глаза, невольно прислушался. Ему все время казалось, что что-то в окружающем не так, как должно быть, какая-то мелочь никак не дает покоя… И вдруг до него дошло.

— Олег, да они же говорят под фанеру! — внезапно воскликнул ошарашенный парень, вызвав всеобщее недоумение.

— Господи, излей благодать на сына Твоего, ибо не ведают его уста, что изрекают! — тут же взмолился святой отец.

— Олег, — одновременно с ним обратилась к вампиру девушка, — тебе не кажется, что у нашего мал ьчика начались галлюцинации? Может, лучше пусть он тут посидит, отдохнет, пока мы Огонь искать будем…

— Вы чего? — возмутился Хар, — Да вы посмотрите вокруг: они же реально под фанеру говорят! Олег, ну скажи им! Разве я не прав?

Три взгляда скрестились на вампире, и тому все же пришлось отставить в сторону бокал с вином, дегустацией которого он занимался.

— Нет, Хар, ты не прав. А вы, господа хорошие, вместо того чтоб ругать парня, лучше бы сами присмотрелись. Ничего в манере речи окружающих не кажется подозрительным?

Великан и девушка, бросив взгляд на людей вокруг и не приметив ничего особенного, отрицательно покачали головой.

— Да они же рот не в такт речи открывают! — не выдержал Хар.

— Именно, — кивнул Олег.

— А почему так? — уже и девушке стало интересно.

— Да потому что они на местном языке разговаривают, — пояснил вампир, — А мы, можете сказать спасибо одному несносному титану, который при переходе магическим образом засунул в наши головы знание этого языка, слышим их речь, как будто они на русском говорят. Вот и кажется, что рот не в такт словам открывают…

— Подожди! — тут же перебил Хар. — Так что, и им тоже кажется наоборот? Когда мы с ними общаемся, они думают, что мы говорим на местном языке, хоть на самом деле…

— Угу, заклинание двунаправленное, — кивнул Олег, возвращаясь к дегустации. — Можно сказать, что с курсом «основы магической лингвистики» вы ознакомлены… Кстати, надо будет обязательно перед возвращением домой одолжить пару бутылок местного вина, оно тут просто отменное…

После обеда все разошлись в разные стороны. Хар отправился на разведку к Храму, святой отец — к своей пастве, Мария — в комнату, и лишь Олег остался сидеть в зале, откинувшись в кресле у камина и закрыв глаза… И ничто не могло потревожить послеобеденный сон вампира — ни шум трактира, ни гортанное рычание из комнаты на втором этаже, ни трубы архангела Гавриила, если бы тот вздумал призывать людей на Страшный суд…

Через минуту серая тень выскользнула из таверны…

Еще прошлой ночью Хар наигрался в доблестных разведчиков на пару лет вперед и сейчас не горел желанием совершать новые подвиги. Отправившись проводить рекогносцировку местности, он не лазил через стены, не искал тайные ходы, суетливо не перемещался короткими перебежками из тени в тень. Он просто бродил, как обычный провинциальный турист, что — бывают же странные прихоти — решил в полувоенное время посмотреть достопримечательности всемирно известного Храма Огня. Благо Храм всегда открыт — лишь центральный Зал Огня, святая святых, запирался, по всем остальным помещениям можно бродить свободно, уплатив символическую пошлину на входе. Причем Хару даже не нужно было притворяться. Он действительно никогда раньше не бывал в этом месте и сейчас совмещал приятное с полезным — созерцание небывалых красот с выуживанием полезной информации.

А местный люд был на редкость доброжелательным — все с радостью отвечали на самые каверзные вопросы парня, рассказывали ему местные истории и легенды. Конечно, большей частью это был не относящийся к делу мусор: вряд ли история строительства Дома Осененных в мельчайших подробностях — какой мастер строил тот или иной флюгер и сколько лет возводился каждый из ярусов — могла помочь в поисках Огня Прометея. Но Хар не жаловался, ему это было действительно интересно, и случайно встреченный местный гид добровольно два с половиной часа водил парня по залам Храма. В иное время за такую экскурсию пришлось бы несколько золотых уплатить, а у Хара даже отказался плату принимать, объяснив, что рассказывать такому благодарному слушателю ему самому было в удовольствие.

Побывал парень и в покоях Наместников — единственном месте, где у него попросили документы. Впрочем, добытое вампиром свидетельство на имя Хара Ухтыёпинского никаких подозрений у стражи не вызвало, и он был благополучно пропущен внутрь. Тут ничего толкового найти, к сожалению, не удалось, но зато полностью подтвердились слова вампира: украсть ключ от Зала Огня мог любой желающий. Столкнулся в коридоре Хар и с одним из Наместников — пожилым, с усталым лицом грузным мужчиной, выделяющимся на общем фоне разве что своей мантией, украшенной такими драгоценными камнями, что и королеве Великобритании не снились.

В подземелья Храма парня не пустили. Но зато он целый час трепался со стоящим на посту стражником, выяснив все подробности его службы, семейной жизни и правил доступа к подземным ярусам, куда попасть можно было только по личному приказу одного из Наместников, Магистра ОрдеНа Хранителей или ректора Академии Магии. Причем все посетители в обязательном порядке фиксировались в служебном журнале, а за нарушителями следили не только гвардейцы, скорее декоративные, а и сложнейшая магическая система, еще ни разу за согни лет существования не давшая ни единого сбоя. Почему такую же систему не поставили в Зал Огня, стражник не знал, предположив, что происходит интерференция с полем Огня Прометея (до того как стать стражником, парень два года проучился в Академии Магии, откуда был отчислен за «грубейшее нарушение общественного порядка»), Но зато с радостью пустил Хара почитать журнал всех посетителей подземелий, а на прощание пригласил к себе домой, пообещав познакомить со свой дочкой Хелей, которая все никак не может жениха подходящего найти.

Уже на выходе из Храма Хар узнал, что экскурсовод, водивший его по Храму, на самом деле Паладин Стражей Огня, а если по-простому — начальник всей местной охраны и третий человек в Ордене Хранителей, после Магистра и Архимага. А история Храма — его хобби, вот и любит подшучивать над иногородними зеваками, представляясь им обычным гидом. Причем Орден смотрит на его проделки снисходительно, а остальные стражники и вовсе едва ли не боготворят своего начальника — мечника, равного которому еще никогда не рождала эта земля.

Потратив на Храм все время с полудня до заката, Хар решил не ограничиваться лишь им одним и уже в полумраке побродил по городским улочкам, наслаждаясь ни с чем не сравнимым чувством причастности к по-настоящему великим событиям, настоящей средневековой атмосферой и ароматами истории. Правда, эти самые ароматы больше всего походили на конский навоз, но это мелочи, не заслуживающие внимания и не способные испортить общего незабываемого впечатления от города-крепости.

Когда совсем стемнело, Хар вернулся в трактир и, поздоровавшись с Олегом, засел анализировать добытую за день информацию.

Что может быть незаметнее, чем серая плешивая дворняга, что бежит куда-то по своим делам в огромном городе? Люди торопятся, решают свои проблемы, обсуждают животрепещущие вопросы, делятся секретами и просто болтают, могут быть настороже и сменить тему беседы при первом же подозрительном шорохе. Подозрение может вызвать человек, дуновение ветра или стрекот сверчка, но никто и никогда в жизни не заподозрит безобидную псину, что старательно выгрызает блох из проплешины на боку, полностью увлекшись этим увлекательнейшим занятием.

Облик пса был одним из любимых обращений Марии — еще маленькой девочкой она любила превращаться в милого серого щенка, подшучивая над своими родителями, которые тогда еще не знали о необычных талантах дочки. Это были сладкие годы, когда девушка еще не уяснила страшную истину — далеко не все люди умеют, как она, менять облик, и даже любимые папа с мамой обречены всю жизнь прожить в этом страшном двуногом теле. Со временем Мария выросла, вырос и щенок, став худым, костлявым, поджарым псом, но воспоминания детства остались, и каждый раз, принимая этот облик, девушка погружалась в ностальгию об оставшемся в далеком прошлом детстве…

Собаки вездесущи. Эти потомки волков живут повсеместно, где ступала нога человека, и даже там, куда люди еще не успели добраться. Сбиваясь в стаи, они бродят повсюду, проникают в самые узкие щели, в дыры под забором, куда в жизни не сможет пролезть человек. Бездомные собаки как призраки — люди их видят, но не обращают на них внимания, стыдясь того, что лишь по человеческой вине эти звери оказались брошены на произвол судьбы.

Именно в такого бездомного призрака превратилась девушка, отправляясь в разведку по городу. Первой целью было избрано самое информативное, по мнению Марии, место любого уважающего себя средневекового города, а именно рынок. Там, где покупают и продают, торгуются и обманывают, воруют и обводят простаков вокруг пальца, где всегда хватает богатых и бедных, где пересекаются миры нищих и богачей, где действуют свои неписаные законы, — в этом котле перемешаны самые разнообразные компоненты. А потянув за нужные нитки, проследив и подслушав, понаблюдав и сделав выводы, можно узнать о том, что ни в одном другом месте не узнаешь.

Конечно, у человеческого облика есть свои плюсы. Если ты молодая и симпатичная девушка, то можешь воспользоваться женскими чарами, выпросить, вымолить, улыбнуться кому надо, кого надо отблагодарить деньгами или чем еще. И так Марии тоже приходилось поступать, в ее жизни были самые разные моменты, о многих из которых вспоминать совершенно не хотелось. Но сейчас она предпочла именно облик пса. Да, собака не умеет говорить, собака не может направить беседу в нужную сторону и с помощью хитрости, коварства или просто милой улыбки узнать какой-то секрет. Зато собака умеет слушать…

— Эй, ты, куда прешь! А ну убирайся прочь с дороги!

— Рыба, свежая рыба! Утренний улов, свежая рыба! Покупайте рыбу!

— Подайте нищему на пропитание, во имя Огня…

— Пряности! Последний завоз, покупайте пряности! Лучшие пряности, самые низкие цены! Покупайте пряности!

— А ну пошла отсюда, проклятая псина, нечего на кости зариться, и без тебя жрать нечего! Брысь!

— Зелья, магические зелья! Привратное, отвратное, для мужской-женской силы, лучшие зелья, созданы по секретным рецептам Академии!

— Хозяин, мне два лотка вот этой ткани. Жена совсем села на голову, новое платье ей срочно подавай, будто других забот нет…

— Это последний, мастер, больше уже не будет, сами знаете, с южными городами сейчас совсем связи нет…

— Оружие! Лучшее оружие, ковано по лицензии Ордена. Луки, мечи, алебарды. Купи меч — спи спокойно! Позаботься о своей семье…

— У вас хлеб свежий? Или вчерашний?

— Тихо! А если нас кто-то услышит?

— Слушай внимательно: войска того, кому мы служим, будут здесь через дюжину без одного дня, и если вы хотите сохранить свои никчемные жизни, то позаботьтесь, чтоб ворота города были открыты.

— Не желаешь ли изведать настоящей любви, касатик? Всего за один золотой ты познаешь истинное блаженство.

— Кожи, лучшие кожи в городе! Крепкие, прочные кожи! Любые кожи, на любой вкус, заказывайте кожи!

— А ты слышал, что, говорят, Наместники нашим врагам продались и в Зал Огня никого не пускают, потому как там день и ночь оружие для врагов куют…

— А он и говорит: «Сын мой, именем Господа нашего отпускаю тебе все грехи», и, знаешь, действительно легче на душе стало! Сегодня вечером мы все идем на проповедь, пойдем с нами.

— Скажите, а мне под цвет глаз этот медальон от сглаза идет или лучше тот, синенький, от наводнения купить?

— Травы! Самые редкие травы, больше не найдете нигде в городе! Редчайшие травы.

— Распродажа! Доспехи на любой вкус, большие и малые, полные и половинные, шлемы любых разновидностей! Подарите себе покой — купите доспехи, лучшие доспехи в городе!

— Бедная собачка, голодная… Иди сюда, я тебе кусок мясца дам… Хорошая собака, и что за зверь такую милую дворняжку выбросил… Молчи, отец, мы и поголодать можем, а на нее посмотри — кожа да кости, надо же проявлять сострадание…

— И говорю я: придет последний час, пробьет колокол, распахнутся небесные врата, и сам Прометей, отец наш, спустится с небес на землю, покарает грешников и наградит праведников! Покайтесь, пока не поздно!

— Сдоба, свежая сдоба! Сладкая, свежая, только из печи — торопись, налетай, сдобу нашу уплетай! Сдоба, лучшая сдоба!

— А потом, представляешь, он взял и превратился в дракона! Мы все аж под парты попрятались, а он — уже опять человек и говорит: «Всем, кроме Анг- вара, незачет, вы, бездари, так и не освоили основы распознавания иллюзий, и чему я только вас полгода учил!» И знаешь, что я думаю? Это не иллюзия была, наш препод — самый настоящий дракон в человеческом обличье!

— Кто выйдет на сцену и продержится против нашего богатыря, пока последняя капля воды не упадет в этой клепсидре, получит золотой! Не упустите шанса получить золотой!

— Были вчера мы на дежурстве, и знаешь что? Все леса нечистью кишат! Говорю тебе: что-то они задумывают. ох чую, грядут тяжелые дни…

— Слушай и запоминай! Тот, кому мы служим, проведал, что на помощь вашим врагам пришли воины из иного мира! Ты должен найти их! И уничтожить — благодарность того, кому мы служим, не будет иметь границ.

— Писчие принадлежности, книги! Вспомните о вечном, покупайте книги! Книги с картинками, книги для взрослых, лучшие книги в городе, покупайте книги!

— Мне два фунта лягушачьих лапок, пинту крови девственницы и вон тот корешок, пожалуйста.

— Мам, купи мне этого песика! Ну купи! Ну, мам! Ну купи! Уа-а-а!..

— Держите вора!

— Старший дозорный за порядком Питх-Рау, ваши документы!

— Любимая, я долго готовился произнести эти слова: ты выйдешь за меня?

— Да, любимый! — Долгий звук поцелуя.

— Вот молодежь пошла, совсем бесцеремонные, при людях таким непотребством занимаются! Вот в наше время…

— Говорю же я тебе, это не простая псина! Вишь, как уши навострила! Говорю тебе, это оборотень, самый настоящий оборотень!

— Дяденька, отпустите меня! Я больше не буду! Ну пожалуйста! Ну я больше никогда воровать не буду! Ну отпустите меня, дяденька!

— Читал последние небылицы, это, как его, Мари- фотеля? Якобы Земля круглая, вокруг Солнца крутится? Вот ведь чудаки бывают, и почему его до сих пор в Дом Осененных не упрятали, только умы молодежи смущает…

— Тихо! Нас никто не видит? Смотри, вот — «Деяния Прометея», «Зевс и Иные Легендарые Боги», вчера вынес из библиотеки, едва ушел! Двадцать пять золотых каждая. Берешь?

— Молодой человек, помогите бабушке до дому корзину донести, так спину прихватило…

— Да вы на зубы этого коня посмотрите! Зверь! И по хозяйству поможет, и от любой погони уйдет! Сами понимаете, скоро нам всем, быть может, бежать придется, от себя, можно так сказать, отрываю, почти даром отдаю…

— Вам не нужны услуги нашей бригады? Дрова порубить, крышу обновить, починить чего… За кров да харчи работаем!

— Моим топорам, вьюноша, реклама не нужна. Клеймо мастера видишь? Это и есть лучшая реклама…

— Слушай, а что это за светящаяся штуковина, которой Фальсимониа вчера хвасталась? На Огонь Прометея похожа, не знал бы я, что он в Храме, подумал бы, что это именно он…

— Фрукты заморские, дивные, редкие! Сладкие, вкусные, хоть неприметные. Фрукты, фрукты покупай, праздник вкуса получай!

— И это таки мешок? Десять золотых? Да что вы мне сказки рассказываете! Я что, не знаю, что такое мешок? Мне таки мама всегда говорила, что с вами всегда надо держать ухо востро, а то каждый норовит обмануть честного человека! Два золотых, и вы мне должны быть еще таки благодарны, что не написал на вас жалобу! А шо такое, я могу.

— Мягкое постельное белье! С нашим постельным бельем ваш сон будет спокойным!

— Ой, не говорите, совсем сувениры плохо идут… Тяжелые времена настали…

— Представляешь, иду я вчера из Храма домой и, знаешь, что вижу? Прямо посреди площади голая девица стоит, а формы, какие формы! Только я к ней подойти хотел познакомиться, как какой-то хмырь из трактира выходит, одежду несет… Извращенцы!

— Это еще ничего, мы вчера только ужинать сели, как смотрю, с крыши сущий дьявол спрыгивает! Весь в черном, цепями и шипами блестит, грязный, как сам черт. Спрыгнул и пошел, шатаясь, в сторону центра…

— Крысиный яд. Лучшее средство от грызунов и тараканов — избавляет раз и навсегда! Лицензия Ордена!

— Карты, лучшие карты! Покупайте карты, только с нашими картами вы не заблудитесь даже в далеких краях. Проявите предусмотрительность — купите карты…

— Слушай приказ того, кому мы служим: вот это зелье ты должен вылить в чан Дворца Ордена, и проследи, чтоб Магистр из него обязательно выпил хотя бы глоток!

— Господин Архимаг, опять вы под чужой личиной в народ пошли? Вы себя поберегите — сейчас времена опасные, враг не дремлет, а вы — наша главная защита и опора…

— Говорю же тебе: какой-то подозрительный тип сегодня весь день по Храму шатался! Так его сам Паладин Стражей Огня проверял, ничего не заподозрил.

— Эх, песик, никто меня, ик, слушать не хочет, давай хоть тебе я расскажу, ик, свою историю. Я ведь родился, ик, под другими звездами, ик, в Киеве, все мое детство, ик, прошло на зеленых кручах Днепра, ик, пока однажды, ик… Куда же ты, ик, песик? Ну вот, даже псы меня избегают, ик… Пойду выпью, ик, с горя…

— Внимание! Наш рынок закрывается! Прошу всех покупателей покинуть площадь. Внимание! Наш рынок закрывается!

До позднего вечера, пока не разошлись последние покупатели, не сложили свои товары последние продавцы и не вышли на работу первые «ночные бабочки», пробегала Мария по рынку. Сотни лиц, тысячи запахов, десятки тысяч разговоров — даже мозг окто- боротня, который, как известно, намного вместительнее человеческого, устанет от такой нагрузки. Но и информации было получено немало. Большей частью бесполезной, вроде расценок местных жриц любви, но среди груд подобного навоза иногда встречались настоящие жемчужины, золотые самородки, добыть которые можно, лишь промыв тонны речного песка.

Уставшая, голодная, но довольная собой девушка вернулась в трактир, гавкнула Олегу, бросила мельком взгляд на напряженно думающего в углу Хара и побежала к себе в комнату преображаться обратно в человека. Через полчаса в трактир спустилась уже бодрая, умытая, улыбчивая красавица, пленительница мужских сердец, в которой тяжело было опознать давешнюю плешивую дворнягу.

Лучше всего Хару думалось под тяжелый рок, и чтоб обязательно была чашка крепкого, горького кофе. Увы, до рок-культуры местное общество еще не доросло, зато аналог кофе, пусть не из кофейных зерен, а то ли из женьшеня, то ли из цикория, варить умело. Заказав себе чашку сего напитка, Хар задумался.

Кто бы ни украл Огонь Прометея, думал парень, он должен быть как-то связан с Храмом. А значит, лучше всего начинать искать с самого верха. Наместники. Три человека. Первый — Яниос Кариан, девяносто три года, из них более шестидесяти Наместник. Фанатичен, безгранично предан своему делу, одинаково почитается и в Ордене, и среди людей. Не женат и никогда не был женат, детей нет, в порочащих связях не замечен, всю свою жизнь провел в Храме, не покидает его даже по большим праздникам. Абсолютно замкнутый в себе человек, единственный, кто имеет к нему доступ — личный секретарь, Роп Араклас. Личность серая, крайне подозрительная, но со своими обязанностями справляется на «отлично». В Ордене не состоит, а значит, никаких карьерных перспектив, удерживается на своей должности только благодаря покровительству Наместника Кариана. В прошлом, говорят, учился в Академии, проследить былые связи в Академии не удалось.

Второй Наместник — Багги Халиош, шестьдесят шесть лет. С ним как раз я встретился лицом к лицу. Бывший солдат, в Наместники попал случайно десять лет назад, прямолинеен, открыт. До сих пор предпочитает общество ветеранов Храмовникам. Вдовец, имеет двоих детей. Сын Ариан Халиош — Паладин Стражей Храма, всю свою жизнь доказывает всем и каждому, что заслужил свое положение сам, а не по протекции отца. Дочь Ниа Халиош учится в Академии Магии, у самого Архимага. Опять Академия? Ничего удивительного, у них тут, похоже, все тесно переплетено. Среди друзей Наместника выделяется Мазос Ивер, боевой офицер, которого все пророчат в будущие Магистры Ордена, чему не рад нынешний Магистр, продвигающий своего ставленника. Как все запутано. Вот и готовая связь с Дворцом Ордена, и готовый мотив — опорочить Наместника и все, что с ним связано, протащив своего человека.

Еще одна чашка местного кофе.

Третий Наместник — Эраф, просто Эраф. Двадцать пять лет, должность получил в прошлом году, став самым молодым Наместником в истории Ордена. Вундеркинд, шут и балагур, в пятнадцать лет поступил в Академию Магии, в семнадцать окончил, четыре года прослужил в армии, получив титул Огненного Стража, вроде нашего полковника, что ли. У них здесь на Огне все помешаны. Слухи ходят про него самые разные, голову даю на отсечение, что он же сам две трети из них и распустил. Предан своему делу, но иногда бывает слишком легкомысленным, неоднократно приводил в свои покои девиц легкого поведения, местная вера это не осуждает. Судя по всему, увлекается магическими опытами, иначе ничем не объяснить странные явления в его покоях. Судя по всему, поддерживает постоянные связи с Академией Магии, многие волшебные ингредиенты здесь можно добыть лишь через Академию, будь ты хоть самим Магистром Ордена. Странные порядки. Опять Академия? Слишком много на ней завязано в этом городе… Семьи у Эрафа нет, круглый сирота, вернее, найденыш, воспитывался в приюте, но уже лет десять туда не наведывался.

Ключ могли украсть у любого из троих. Но… Яниос Кариан со своим никогда не расстается, держит на цепочке, снять можно разве что во сне. И то очень осторожно, чтоб не потревожить старика. По слухам, Кариан страдает бессонницей и, чтоб хоть как-то заснуть, регулярно принимает магические снотворные зелья, которые ему добывает все тот же секретарь, Роп Арак- лас. Через Академию. Мог выпить более крепкую, чем обычно, порцию? Вполне вероятно: зелье для Наместника готовит лично Архимаг, но, пока его доставляют, могут подмешать что угодно. Хотя это уже целый заговор выходит — маловероятно. Кто бы ни украл Огонь — это один, в крайнем случае несколько человек.

Еще одна чашка местного кофе.

Ключ Багги Халиоша получить немногим легче, старый ветеран спит чутко, но если действовать аккуратно, то пробраться в его покои и выкрасть ключ можно без проблем. Но… Рядом находятся покои его дочки, а специализация Ниа Халиош — сигнальное волшебство, в котором она одна из лучших, и всем известно, что на шестидесятипятилетие она подарила отцу «паука-стража», не знаю точно, что это такое, но, по отзывам стражников, крайне эффективное индивидуальное охранное заклинание. Нейтрализовать его может или владелец, или создатель, или еще более сильный маг, а таких единицы. Опять маг? Маг — значит, Академия, все без исключения местные маги прошли через ее стены.

Ключ Эрафа… Его получить и проще, и сложнее всего. Проще — потому что Эраф часто приводит к себе жриц любви, любая из них могла подсыпать снотворное и выкрасть ключ. Сложнее — потому что покои Эрафа — настоящая магическая лаборатория, где сам черт ногу сломит, а Наместник славится как великий шутник, который любит окружать себя сплошными мороками. Чтоб найти что-то в его покоях, надо или точно знать, где оно лежит, или быть магом, способным видеть сквозь иллюзии. Опять маг? Да, выходит, что, кем бы ни был похититель, без магии тут не обошлось. Хорошо, а что если подойти с другой стороны? Ключ украден, похищен Огонь, ключ возвращен на место. Снять с ключа копию невозможно, ни один из Наместников ничего утром не заметил — значит, вор чувствовал себя уверенно. Или же у него был соучастник, которому был передан Огонь — в любом случае его нужно еще вынести из Храма. Могли ли спрятать внутри, в каком-то тайнике? Сомневаюсь: все Наместники проходят ритуал «сроднения» с Огнем Прометея, и, если бы он был рядом, они бы почувствовали. Конечно, если не прикрыть Огонь магией, но в таком случае мы опять выходим на Академию.

Еще одна чашка местного кофе.

Хорошо, значит, украл или способствовал похищению маг. Кому это может быть выгодно? На первый взгляд Люциферу, но это настолько очевидно, что маловероятно. Правильно говорил Олег: если бы слуги Люцифера могли так просто похитить Огонь, они бы не затевали всю эту войну. Кто-то воспользовался ситуацией, кто-то из местных, чтоб направить поиски по ложному следу. Сомнительно, что хотели подставить Наместников — у них хоть и хватает явных и тайных недоброжелателей, тот же Магистр Ордена, скорее целью похищения был сам Огонь. Кому он может понадобиться? Тому, кто захочет его использовать по назначению — как источник силы. Судя по рассказу Прометея, силы в нем сокрыты огромные. Но почему именно сейчас? Потому что близится война, в которой Хранители не имеют никаких шансов не то что на победу, а и на спасение. Только об этом пока еще почти никто не знает, лишь верхушка Ордена, простые солдаты убеждены, что близится обычная, хоть и кровавая, война с нечистью, дело неприятное, но не смертельное. Однако вор рискнул похитить Огонь — значит, он знает истинное положение дел. И готов рискнуть, обратившись к мифической силе Огня Прометея. Опять же, откуда он мог это узнать? Простые люди знают, что это великая реликвия, доверенная им на вечное хранение, знания о сущности Огня доступны немногим. Об этом знают Магистр, Архимаг и три Наместника — ни один из них не может быть вором, ни один из них не раскроет тайны. Откуда же информация? Я вижу единственное объяснение — книги!

В книгах есть все. Но книги есть не у всех. В городе три библиотеки — городская, Храма и Академии. Первая доступна для всех, потому там не может быть ничего ценного, вторая доступна только для избранных, потому там все под контролем, третья доступна для всех учащихся Академии Магии, и никто толком не знает, что там хранится. Есть еще частные коллекции, но их мало, так как общий уровень грамотности населения низок, а книги дороги. Среди воинов Храма умение читать и писать не пользуется честью, зато маги грамотны поголовно, потому как все их заклинания записаны в книгах и многие только так и можно передать, ибо при произнесении они автоматически активизируются. Опять Академия? Похоже, дальнейшие поиски стоит вести именно там.

Еще одна чашка местного кофе.

Но хорошо, забудем об Академии. Другие версии. Предположим, что Огонь украл не маг. Каким-то чудом добыл один из ключей, пробрался незамеченным мимо стражи, вынес Огонь из Храма и где-то спрятал. Сможет ли он его применить? Сомнительно — лично я понятия не имею, как такими вещами пользоваться. Сможет ли перепродать? Нет, его никто не купит, это слишком рискованный шаг. В городе идет «тайная» операция по выявлению возможных перебежчиков — рыцари Ордена под видом прислужников Люцифера ищут возможных предателей и дают им «тайные» задания — например, отравить Магистра или разведать дислокацию войск. Причем организованы утечки информации, об этой операции всем прекрасно известно, и, если настоящие адепты тьмы развернут свою деятельность, их быстро выловят. Продавать Огонь нельзя, хранить — опасно и бессмысленно — значит, его надо использовать, а для этого нужен маг. Выходит противоречие.

Хорошо, подытожу. Огонь украл маг, талантливый, имеющий доступ к библиотеке Академии Магии, идеалист, решивший таким образом выиграть войну. А значит, молодой — старости свойственно искать компромиссы и не рисковать. Молодой, смелый, талантливый маг, знающий истинное положение дел, искать такого нужно в Академии Магии. И никак иначе — вынес Хар свой окончательный вердикт.

Святому отцу выпал нелегкий день, но с ним был его Господь, а значит, все мирские заботы бренного тела не имели особого значения. Ведь известно, что главное — спасение бессмертных душ, а тело вторично, так, кратковременное обиталище духа, и не более.

Покинув трактир, первым делом он направился в северную часть города, где на заброшенном пустыре сегодня утром был воздвигнут деревянный крест и освящен первый камень в фундаменте будущего кафедрального собора. Именно тут трудилась его паства: вышедшие с дежурства солдаты, их семьи, просто несколько случайных людей и нищий подзаборный, который только, увидел отца Иосифа — так сразу же и уверовал и теперь руководил всей этой стройкой. Причем темпы работы потрясали. Святой отец заразил всех своей уверенностью, что лишь в Храме Божьем они могут спастись в грядущих войнах, что лишь крест и вера, а не высокие каменные стены и острые мечи спасут от когтей проклятой нечисти. И хотя еще никто и никогда не строил кафедральные соборы за две недели, Иосиф Киану веровал, и эта заразительная вера передавалась остальным.

— Господне благословение с вами, дети мои! — поздоровался он. — Не засомневались ли вы в вере, не терзают ли вашу душу демоны сомнений? Ибо ежели сомневаетесь вы — откройте душу перед Господом, а я, смиренный сын Его, выслушаю вас… Исповедуйтесь, дети мои!

И началось… За время отсутствия пастыря многие люди невольно засомневались, чего это они вдруг бросили дом и всей семьей пошли за странным великаном Храм строить. Другие сомнениями от прохожих заразились, не понимающих, чего это вдруг в голодное предвоенное время людям вздумалось еще один Храм построить, чем их Храм Огня не устраивает. А третьи и вовсе в божественном замысле нашли какие-то изъяны. Но каждого из них отец Киану выслушал, для каждого нашел слова.

— Святой отец, если наш Бог нас так любит, то зачем нужны все эти войны? Почему мы не можем жить в мире с нечистью, вместе поклоняться Огню? — спрашивал один.

— Господь любит людей, но посылает скорби, дабы познали они немощь свою и смирились, и за смирение свое приняли Господа Бога нашего, а с ним — все хорошо, все радостно, все прекрасно, — отвечал он.

— Святой отец, а моя жена так и не уверовала, и мне сказала, что я трус и лентяй, вместо того чтоб семью содержать, детей голодных кормить, о теще заботиться, страдаю неизвестно чем. Может, она права? — спрашивал другой.

— Иной много страдает от болезней и бедности, но не смиряется и без пользы потому страдает. А кто смирится, тот всякою судьбою будет доволен, потому что Господь — его богатство и радость, и все вокруг будут удивляться красоте души его, — поведал священ- ник-великан.

— Святой отец, а вот меня вчера ограбили, разве это справедливо? — спрашивал третий.

— Господь дал, Господь взял, да будет благословенно имя Господне, — пожав плечами, как нечто само собой очевидное ответил Иосиф Киану.

— Святой отец, вот вы говорите полюбить врагов наших, а как же служба? Ведь наши мечи нужны городу и если не мы, то кто защитит его? Разве не должны мы встретить неприятеля с оружием в руках? — спрашивал послушник Артемий, в миру — рыцарь Ордена и начальник городской стражи.

— Все народы — создание рук Господа, обрати их от вражды и злобы на покаяние, да познают все Твою любовь. Токмо нечисть, сын мой, не есть Божий промысел, и, коли встретишь ты вампира, али вурдалака, али иную нечисть проклятущую, да будет тверда твоя рука и благословенен твой меч, и да разит он врагов Господа нашего! Не ведай сомнений, сын мой!

— Спасибо, святой отец! — просиял воин и помчался к своим докладывать, что Бог в принципе не возражает, чтобы они свой воинский долг до конца исполнили.

Когда же закончились вопросы, вокруг уже собралась порядочная толпа, заинтересованная странным зрелищем. И отец Иосиф не был бы собой, если бы и их тоже не наставил на путь истинный… И новых любопытных. И тех, кто только подошел. И тех, кто уже подходил да решил вернуться со своими знакомыми, странного седобородого великана показать. И даже Архимага, замаскированного под простого башмачника, попробовал было святой отец наставить, да вышел между ними философский диспут — Архимаг никак не мог смириться с происхождением человека из глины, настаивая на еретической версии про обезьян. Впрочем, отец Киану, впервые за долгие годы встретивший равного собеседника, лично с Архимагом в более спокойной атмосфере пообещал обсудить все интересующие того вопросы, так как их спор на повышенных тонах привлекал излишнее внимание. Да и сам Архимаг остался доволен «познавательной беседой», пригласив святого отца в Академию Магии прочитать цикл лекций по богословию, у них как раз лектора не хватало. Великан обещал подумать.

Каждый человек в своей жизни совершает как хорошие, так и не очень хорошие поступки. Было немало грешников и среди новообращенной паствы. Когда же они узнали, что для прощения всех проступков достаточно лишь исповедаться, к святому отцу выстроилась огромная очередь. Люди, толкаясь и переругиваясь, спешили добраться до импровизированной исповедальни с аналоем, где священник их выслушивал и кому сразу отпускал грехи, а на кого накладывал епитимью. Конечно, пришлось пойти на некоторые упрощения обряда, обойтись без креста и епитрахильи, а «разрешительную» молитву несколько сократить, но Иосиф Киану никогда не считал себя ортодоксом и на подобные нестыковки ритуала закрыл глаза.

Тем более во время исповедей он узнал столько всего интересного, сколько ни Хар, ни Мария, ни сам Олег своими методами и за полгода бы не узнали. Правда, тайну исповеди никто не отменял, но святой отец и не собирался ее нарушать, полученные сведения предназначались исключительно для «внутреннего использования».

Так, он узнал, что Ниа, дочка Наместника Багги Ха- лиоша, тайно от всех встречается с Ропом, секретарем Наместника Яниоса Кариана (исповедь лучшей подруги Ниа).

Что Наместник Эраф — незаконнорожденный сын Ариана Халиоша и внук Багги Халиоша, которого в детстве злодейка-мать хотела бросить в лесу на съедение голодным волкам, а сердобольная повитуха тайком отдала в приют (исповедь самой повитухи).

Что боевой офицер Мазос Ивер, любимчик Багги Халиоша, давно уже продался Люцеферу и плетет заговор против Магистра Ордена (исповедь камердинера).

Что Наместник Эраф вызывает девиц легкого поведения по ночам не для любви, а для участия в своих магических опытах (исповедь офицера, который за всем этим подглядывает через замочную скважину).

Что Огонь Прометея был выкраден из Храма Огня и сейчас хранится в Академии Магии (исповедь одного из студентов, который обо всем знал, но которого пригрозили убить, если он хоть слово кому-то скажет).

Лишь поздней ночью поток желающих исповедать свои грехи иссяк, и святой отец, сопричастный всем городским тайнам, отправился в трактир, обдумывая по дороге, как бы открыть местоположение Огня и не нарушить при этом тайну исповеди. В конце концов было решено, что Бог все видит, все знает, дело святое — простит. С подобными мыслями Иосиф Киану и присоединился к остальным членам отряда.

Когда четверка собралась в полном составе, Олег объявил:

— Лед тронулся, господа присяжные заседатели. Как я понимаю, ваши усилия были плодотворны и к цели мы намного ближе, чем вчера?

— Да, у меня есть определенные догадки, где может быть Огонь. Даже почти уверенность, — кивнул парень.

— Кой-чего интересного услышала… — поддержала его и девушка.

— Волей Господа нашего открыта мне была истина, — подтвердил святой отец.

— Ну и отлично, — улыбнулся Олег. — Итак, я слушаю. Что удалось выяснить?

— С вероятностью девяносто пять процентов похищение Огня связано с Академией Магии, — гордо провозгласил Хар.

— Где сей Дар Господний пребывает и поныне, — добавил святой отец.

— У некой Фальсимониа, — подытожила девушка.

— Ребята, вы сработали великолепно! — похвалил вампир, продемонстрировав свою голливудскую улыбку. — Налицо настоящая командная работа! Я ведь так и знал, что вам можно доверить самую сложную миссию и вы меня не подведете! Сплоченность и командный дух — вот залог успеха! Ну что, будем продолжать в том же духе? Вперед и с песней. Итак, где и у кого Огонь мы уже знаем, остался сущий пустяк — добыть. Какие будут предложения?

— Наставить грешницу на путь истинный, дабы уверовала она в Господа, покаялась и исправила свое злодеяние! — убежденно заявил Иосиф Киану.

— Проникнуть тайком на территорию Академии и выкрасть Огонь, — предложил альтернативный вариант Хар.

— Прийти и потребовать, а не даст… — многозначительно недомолвила Мария, и почему-то никто не усомнился, что в этом случае ничего хорошего похитительницу (или все же похитителя?) не ждет.

Олег сделал вид, что задумался.

— Что же, интересно. Я бы даже сказал, очень интересно. Только ведь мы не ищем простых путей, да? По-

тому действовать будем по-моему. Йося, тебя ведь, если я не ошибаюсь, пригласили пару лекций по богословию в Академии почитать? Вот и отлично — думаю, нам всем стоит поближе познакомиться с этим заведением. Машунь, что в таких случаях делать, ты знаешь. Хар, придется тебе вспомнить молодость, побыть немного студентом. А я уж как-нибудь тоже выкручусь…

— Но зачем? — удивился парень. — Если мы точно знаем…

— А затем, — перебил вампир, — что ни черта мы не знаем. Увы. Студентки по имени Фальсимониа в природе не существует, могли бы сами по имени догадаться[2], и вас, господа, красиво провели вокруг пальца. Признаюсь, по моей просьбе — уж очень хотелось проверить, не ошибся ли я, взяв себе таких помощников… — Олег замолчал, но три негодующих взгляда заставили его продолжить, — Пока вы гуляли, пришлось мне пообщаться с нужными людьми… Наместник Яниос Кариан и Архимаг Джелиос — эти имена вам что-то говорят? Очень достойные люди, без комплексов, их даже моя вампирская натура не смутила. Единственные два человека, которые знают про нашу миссию и которым мы можем доверять. Умеют при необходимости организовать утечку информации… Хар, или ты думал, что секреты Храма так просто рассказывают всем желающим? Машунь, о таких вещах на рынке не говорят. Йося, исповедь исповедью, но если бы кто-то знал о похищении Огня, никакой страх за свою жизнь его бы не остановил. Впрочем, вам нужно было вклиниться в местную жизнь и вы с этим успешно справились.

А Огонь действительно в Академии, — продолжил Олег. — Это единственное, что известно абсолютно точно. Так что с завтрашнего дня мы переселяемся туда, и не надо на меня смотреть, как будто я чудовище какое! Я, между прочим, вампир, мне на роду написано быть плохим и над времи издеваться, и, вот увидите, за сегодняшний розыгрыш вы мне еще будете благодарны… Ваше здоровье, господа присяжные заседатели!

Подняв бокал вина, вампир сам же его и выпил, после чего, не оборачиваясь, направился в комнату, оставив остальных членов команды обдумывать его слова…